Часть 1

Ярилика шагала по узкой тропинке, усыпанной влажными листьями. В воздухе стоял аромат мокрого мха и хвои, а где-то впереди слышался плеск воды. Радим шёл рядом, молча, но девушка чувствовала его взгляд. Она знала, что он давно хочет что-то сказать, но никак не решается. — Думаешь, озеро действительно волшебное? — спросил он, наконец. — Хочешь проверить? — Ярилика лукаво улыбнулась и шагнула вперёд, к воде. Её босые ноги коснулись прохладной глади, и озеро тут же отозвалось лёгкими кругами. Радим, задержав дыхание, наблюдал, как вода, казалось, ласкает её ступни, притягивая к себе. — Осторожнее… — Он схватил её за руку, но девушка только рассмеялась. — Ты боишься? Радим не ответил. Он смотрел на неё — на золотистые пряди, в которых запутались солнечные лучи, на её губы, на тени, играющие на коже. — Если озеро исполняет желания… — он сделал шаг вперёд, — что бы ты загадала? Ярилика задумалась, но не успела ответить. Радим уже стоял рядом, его пальцы скользнули по её запястью, слегка сжимая. — Можно я загадаю за тебя? Сердце девушки забилось быстрее. Она подняла голову, встретившись с его взглядом — в нём было что-то новое, что-то, от чего в животе поднималась теплая волна. — И что же ты хочешь? — Тебя, — прошептал он. Озеро вспыхнуло мягким светом, окутывая их тихим шелестом воды. И Ярилика понял а, что желания сбываются.Радим целовал её так, будто хотел раствориться в ней, забрать себе каждый вздох, каждую дрожь её губ. Ярилика никогда не думала, что он может быть таким — настойчивым, требовательным, не оставляющим ей шанса на сомнения. Её спина ударилась о прохладный камень у кромки воды, но она не почувствовала холода — его ладони уже скользнули по её талии, горячие, жадные, словно он боялся, что она исчезнет. — Ярилика… — он выдохнул её имя прямо ей в губы, а потом впился в них снова, глубже, сильнее. Она не узнавала себя. Пальцы дрожали, пробегая по его плечам, цепляясь за ткань рубашки, а потом — за кожу под ней. Радим низко застонал от этого прикосновения, сжимая её ещё крепче, так, что их тела теперь неразрывно сплелись. Она задыхалась, сердце бешено стучало в груди, а внутри что-то пылало, нарастая волной жара. — Ты не представляешь, как долго… — его губы скользнули к её шее, а дыхание стало ещё тяжелее, — я этого хотел. Её пальцы впились в его спину, дыхание сорвалось с губ. — И что же ты хочешь теперь? — её голос был полон вызова, но глаза выдавали дрожь, желание, жар, охвативший её с головы до ног. Радим резко посмотрел на неё. В его взгляде было что-то дикое, необузданное. — Всю тебя, — прошептал он, прежде чем снова накрыть её губы поцелуем, от которого земля уходила из-под ног. Радим не дал ей времени на размышления. Он прижал её к себе ещё крепче, его тело как огонь касалось её, сжигая последние преграды. Ярилика чувствовала, как её грудь прижимается к его, как их сердца бьются в одном ритме — быстро, как в погоне за чем-то, что не может быть остановлено. Она поддалась этому вихрю, и её руки нашли его шею, сжимая её так, что между ними не оставалось ни малейшего пространства. Он снова и снова целовал её, так, будто хотел сжечь каждую клеточку её тела своим желанием. Ярилика не могла остановиться — она сама начала целовать его с такой же жадностью, как и он её. Его рука скользнула вниз, за её спину, ощупывая её тело, оставляя на коже следы жара. Он прошептал её имя, а её дыхание стало неровным, прерывистым, как будто весь мир вокруг исчез, и остались только они двое, поглощённые этим моментом, этим желанием, которое они больше не могли сдерживать. — Ярилика, — его голос стал низким и хриплым, он прижал её ещё ближе, — я хочу тебя. Ты хочешь меня? Она закрыла глаза, чувствуя, как его руки скользят по её коже, как он касается её так, как никто до этого. Внутри неё разгорался такой огонь, что она уже не могла дышать без него. Она просто кивнула, не доверяя голосу, который был прерван её собственными стонами, когда его губы нашли её шею и начали оставлять там горячие, жадные поцелуи. Он не ждал её слов. Он уже знал. Их тела искали друг друга, и в этот момент они уже не были просто людьми, они были частью чего-то большего — чего-то безудержного, непреодолимого. Ярилика чувствовала, как её сознание растворяется в его прикосновениях, в его поцелуях, как она теряет всякое представление о времени и месте. Всё, что существовало, было здесь и сейчас, в этом лесу, у этого озера, где желания сбывались. Радим поднял её, не выпуская из своих рук, и Ярилика почувствовала, как её тело охватывает волну страсти. Он был с ней, и этого было достаточно. Всё остальное потеряло смысл.Ярилика почувствовала, как её тело почти отзывается на каждый его прикосновение, на каждый её вздох. Радим держал её, как если бы не хотел отпускать ни на секунду. Его пальцы царапали её кожу, оставляя горячие следы, которые только разжигали её страсть. Он наклонился, касаясь её губ своими — жёстко, не давая шанса на отступление. Ярилика ответила ему с такой же силой, отбросив всякую осторожность. Руки его скользили по её телу, снимая с неё ткань, так быстро, что её мысли терялись, растворялись в этом горячем, бессмысленном удовольствии. — Ты этого хотела, — сказал Радим, его голос был хриплым от страсти. — Ты не могла бы устоять. Ярилика не ответила словами. Всё, что она могла сделать — это снова прижаться к нему, почувствовать его кожу под пальцами, его жар, его дыхание, которое накрывает её, как пламя. Она знала, что в этом моменте нет ничего кроме них двоих, и всё, что они делали, это было их собственным миром. Её тело пылало. Страх, сомнение, всё это исчезло, и осталась только сила влечения. Он был с ней, и она не хотела ничего другого. Его руки нашли её плечи, затем спустились вниз, где её тело отозвалось на каждое его прикосновение. Она прижалась к его груди, шепча его имя. Радим отозвался, сжимая её ещё крепче, как если бы она была самой хрупкой, но одновременно и самой сильной частью его. — Я тебя хочу, — прошептал он, и эти слова вызвали в её груди новый вихрь страсти. Их тела встретились в этом волнующем танце, где нет ни прошлого, ни будущего. Всё было сосредоточено только в этом мгновении, в их желании, в том, как они сливаются друг с другом, в их поцелуях, что становились всё глубже и страстнее. Они больше не были просто Яриликой и Радимом. Они были двумя огнями, сливающимися в один, в котором не было места ни для сожалений, ни для сожалений. Только желание.