Громким смехом не избавлюсь от боли.

Громким смехом не избавлюсь от боли. Глянь, погряз, утопаю во тьме. А так хочется просто на волю, Чтоб на рану не сыпали соли, Чтоб не рылись, там где вспороли, И не знать ничего о тебе! И в метаниях, среди лиц прохожих, В безутешной, безмолвной мольбе, Не пытаться найти столь похожих, Черт лица, будоражащих кожу, И не знать ничего о тебе! Гаснет проблеск надежды от пыток. В истощенной тяжёлой борьбе, Не находиться даже попытки, Мерлин, Жалкой, грошовой попытки, Уморить в сердце вой аппетита, Знать хоть что-то сейчас о тебе! Как слепец я пол жизни напрасно, Агрессивной, безмозглой толпе, Уверял: грязнокровки — ужасно. Рождён магглом — выглядишь грязным. Чистокровные — это прекрасно. Знать хоть что-то тогда о тебе! До ничтожества пал в одночасье. Вся вина на фамильном гербе. Пленник злости, надменности, грязи, Арестант авторитарности мразей, Мне дорожку выстлали в князи, Но свернул я, погибнув в тебе. И теперь, защитив от напасти, Оградив от проклятий в стрельбе, Я могу распадаться на части. Я повержен, но я не в их власти. Ты жива. Настоящее счастье. Я отдал своё сердце тебе.