Тебе было и без нас хорошо!

— Ну, мааам, я хочу конфету! - девочка потянула маму за руку и умоляюще посмотрела на неё. Ирина слабо улыбнулась и взяла дочь на руки, затем поцеловала её в щеки. — Тебе нельзя сладкое. Доченька, у тебя аллергия. Кроме того, ты обещала мне, что больше не будешь на этом настаивать. Слушай, сейчас я тебя покормлю, а потом мы вместе пойдём спать. Мама весь день на работе и уже устала. - малышка улыбнулась и крепко обняла маму. Блондинка быстро накормила девочку пюре и уложила её спать, а затем вернулась на кухню мыть посуду. Она потеряла счёт дней и ночей, неожиданно осознала, как же устала от такого образа жизни и просто опустила руки. После того как Геннадий внезапно уехал в Израиль, Ирина узнала, что беременна. Но она даже не подумала позвонить ему и поговорить об этом, хотя это была их мечта. Она решила, что справится со всем сама, но даже это было совсем непросто. Женщина перенесла трудную беременность, а, роды были действительно сложными. Но она выдержала это нелёгкое испытание. Всё было прекрасно, взяв на руки свою девочку, она стала самой счастливой женщиной на свете. Но через несколько месяцев после родов, когда ей сказали, что у её ребёнка порок сердца, у неё словно рухнул весь мир. Ирина уже не могла мыслить позитивно. Единственным выходом оказалась пересадка сердца. Лечащий врач говорил, что они уже ищат донора, но результата не было. Положив голову на мягкую подушку, блондинка погрузилась в столь необходимый сон. Ближе к утру раздался звонок в дверь. Протерев глаза, она встала с кровати и медленно подошла к входной двери. Геннадий стоял на пороге. — Кривицкий, ты знаешь, который час?! Что ты здесь делаешь? - нервно спросила Ирина, но мужчина вошёл внутрь, не ответив ей, и закрыл за собой дверь. — Я хочу увидеть свою дочь. Я хочу с ней познакомиться. — Что?! Ты с ума сошёл? — Почему ты удивляешься? Ира, я знаю, что она моя дочь. - уверенно сказал он и посмотрел ей прямо в глаза. — Кто тебе это сказал? — Это важно? Главное, что она моя дочь. Наша дочь. — Ген, я не хочу больше об этом слышать. Уйди, пожалуйста. — Отрицай всё, что хочешь, но я не уйду. Я хочу увидеть свою дочь. — Итак, Гена, она не твоя дочь. Ты не имеешь к нам никакого отношения, и я никогда не подпущу тебя к ней. - строго перебила Ирина и отвела взгляд. Конечно, Геннадий не был слепым или глупым. Он сразу догадался, что это их ребёнок. Чем больше Ирина отрицала правду, тем больше он в ней убеждался. — Ничего страшного. Мы сделаем ДНК-тест. Я докажу правду. Я докажу, что она моя дочь. — Если ты скажешь это ещё раз, будет страшно! — Ир, мне больше нечего терять. — Мамочка, я боюсь. - вдруг послышался тихий детский голосок. Девочка подбежала к маме и обняла её. В этот момент глаза Кривицкого сверкнули. Эта маленькая девочка была его копия. Только глаза были как у мамы. — Вика, почему ты проснулась, солнышко? — Мне стало страшно. Мамочка, а что это за дядя? — Привет, принцесса. Я Гена, коллега твоей мамы. — Вик, ты же помнишь чему я тебя учила? Нельзя разговаривать с незнакомцами. — Помню, мам. - тихо сказала девочка, продолжая с любопытством смотреть на Геннадия. Блондинка взяла девочку на руки и прижала к себе, словно пытаясь стереть из памяти эту встречу. Она быстро отнесла её в детскую и через 15 минут вернулась в гостиную. Она до последнего надеялась, что Кривицкий уйдёт, но он всё ещё стоял там. — Она даже не знает, что я её отец. - нервно проговорил мужчина, но голос его дрожал. — С чего ты взял, что ребёнок твой? — Тогда скажи мне, кто отец. — Какое тебе дело, что происходит в моей личной жизни? Кажется, ты забыл, что ушёл из неё. - Ирина старалась говорить как можно тише, так как не хотела, чтобы их дочь стала свидетельницей этой ссоры. — Ира, пожалуйста. Умоляю тебя, перестань мне лгать. Я вижу, что Вика — моя дочь. — Нет. Ты для неё никто. Убирайся отсюда! — Ир, что ты ей сказала? Что ты ей ответила, когда она спросила, где папа? - Геннадий задавал вопросы, чтобы успокоиться, но боялся услышать ответы. Блондинка глубоко вздохнула и села на диван, закрыв лицо руками. Она больше не умела притворяться, но было ясно, что он не уйдёт, пока не услышит правду. — Ничего. Она не спрашивала где папа. Она маленькая, и мы говорили об этом только один раз. — Спасибо, Ира. — Ну ничего не поделаешь, Гена. Я боялась за своего ребёнка, как любая мать. Ты потерял всё в тот день, когда бросил меня. Уходи. Тебе было и без нас хорошо!