Вы вместе спите?

Этот разговор должен был наладить отношения отца и сына, но он лишь поставил точку. Ни один, ни другой не хотел уступать, признавать своих ошибки. Они не услышали друг друга. Геннадий подошёл к входной двери, но через минуту вернулся в гостиную. Илья Андреевич стоял перед окном и вглядывался в темноту улиц, надеясь, что сын наконец оставит его в покое. — Ты выгонишь меня? - совершенно спокойно спросил Геннадий, но в его голосе послышалась обида. — Я не выгоню тебя. Я просто хочу, чтобы ты ушёл по собственному желанию. Не зли меня больше, ладно? Оставь меня в покое. - Кривицкий-старший ответил строго, не глядя на него. — Пап, мне интересно, растает ли когда-нибудь твоё ледяное сердце... Конечно, я очень благодарен за то, что ты сделал, но... Я твой сын. — Ну и что? Мы не можем забыть прошлое. — Я знаю, ты винишь меня. Ты никогда не перестанешь винить меня в смерти мамы. Но я страдаю так же, как и ты. - Геннадий говорил дрожащим голосом и вытирал слёзы. Он не хотел вспоминать тот день. В тот день, когда умерла его мать, всё рухнуло безвозвратно. — Гена, иди отсюда. Дома тебя ждут жена и ребёнок. - старик холодно посмотрел на него и заперся в своей комнате. Кривицкий глубоко вздохнул и быстро вышел из квартиры. Ирина уложила дочь спать и решила посмотреть телевизор, пока ждёт Геннадия. Но шли часы, а он так и не появился. Она начала волноваться и выключила телевизор, а затем взяла телефон в руки, чтобы позвонить ему. Из тревожных мыслей её выдернул звук поворота ключа входной двери.  — Гена, где ты был?! Ты хоть представляешь, как я волновалась? Посмотри который час! - тут же начала его ругать блондинка, но мужчина совсем не хотел спорить. Он снял верхнюю одежду и направился в спальню. — Кривицкий, ты меня вообще слышишь? - она ещё раз повторила вопрос и заперла дверь. Она боялась, что Вика проснётся. — Ира, не кричи. Я слышу тебя. - ответил он совершенно спокойно и посмотрел в её зелёные глаза. — Гена, что случилось? Я так долго ждала тебя. Я имею право знать, я очень волновалась. — Я узнал, как Галина Ивановна так внезапно согласилась. — И как она согласилась? - с любопытством спросила Ирина и села рядом с любимым. — Папа её убедил. — В смысле? Как папа убедил? Погоди, а он знал о том, что случилось с внуком Галины Ивановны? — Да, я рассказал ему всё. Сегодня после работы пошёл поговорить с Галиной Ивановной, а потом с папой. Он чуть не выгнал меня. - грустно признался Кривицкий и лег на её колени. Блондинка гладила его по волосам и пыталась как-то успокоить. — Геночка, не расстраивайся. Мы знаем характер Ильи Андреевича. — Ириш, я просто хотел поблагодарить. А он снова начал копаться в прошлом. Мне тоже тяжело. Я не хотел, чтобы это случилось с мамой. — Тише, тише, успокойся, любимый. Ты ни в чём не виноват. То, что случилось с твоей мамой, было просто несчастным случаем. — Ира, что бы я без тебя делал? Прости меня... - мужчина крепко обнял любимую женщину и зарылся в её волосы. Ему было так плохо и беспомощно, и только она могла его успокоить. К счастью эта ночь прошла спокойно. Рано утром Ирина и Геннадий вместе с Викой отправились в клинику. Сегодня девочку госпитализировали, через два дня ей должны были сделать операцию. Она была ужасно напугана, и даже мама не смогла её успокоить. Арсений Николаевич постарался объяснить всё понятным языком и развеять её страх, хотя это было совсем непросто. — Вик, как ты себя чувствуешь? - спросил он с улыбкой и взял её за ручку. — Я хочу домой. - всхлипнула девочка и по её щекам потекли слёзы. — Милая, домой нельзя. Через два дня мы тебя прооперируем и всё будет хорошо. — Боюсь. — Чего ты боишься? — Я не хочу умирать. Я не хочу, чтобы мама плакала. — Вика, ты ещё маленькая, откуда у тебя такие мысли? - потрясенно спросил врач и сел рядом с девочкой. Девочка мыслила достаточно умно для своего возраста. — Я умная девочка. - гордо заявила Вика. — Да, Вик, ты очень умная девочка. Я поговорю с мамой. - сказал Арсений Николаевич с улыбкой и вышел в коридор. — Арсений Николаевич, надеюсь, всё в порядке. - взволнованно сказала Ирина и подошла к врачу. — Да, всё хорошо, Ирина Алексеевна, не волнуйтесь. Через два дня мы прооперируем вашу дочь. — Арсений Николаевич, вы, наверное, догадываетесь, как я боюсь. Вика тоже боится. — Да, я понимаю. Но уверяю вас, мы сделаем всё возможное и спасём Вику. — Да, спасибо. Блондинка улыбнулась и пожала ему руку, а затем вошла в палату. Она села рядом с дочерью и поцеловала её в щеку. — Мамочка, ты ведь не оставишь меня одну? - со страхом спросила девочка и схватила маму за руку. — Конечно нет, солнышко. Мама никогда тебя не оставит и всегда будет с тобой. Я обещаю. — А дядя Гена? — Дядя Гена тоже. - женщина горько улыбнулась и погладила её тёмные волосы. — Мам, а почему вы выходите из одной спальни утром? Вы вместе спите?