Начало нового пути

После завтрака Вика взяла цветные карандаши и устроилась на ковре в гостиной. Она рисовала дом с красной крышей, большое солнце и четырёх человечков. Геннадий присел рядом. — Что это у тебя? - спросил он мягко, заглядывая через плечо. — Это мама, дядя Гена, бабушка Галя и дедушка Илья. - Вика задумалась, потом добавила. — А вот тут буду я. - и нарисовала маленькую фигурку с жёлтыми волосами посередине. Ирина, наблюдавшая за ними с кухни, заметила: впервые Вика не нарисовала себя отдельно. Это было новое. — А почему ты сказала "дядя Гена", а не "папа"? - осторожно спросил мужчина, не отводя глаз от рисунка. Девочка прикусила губу, опустила голову. — Я не знаю… Если скажу "папа", это навсегда? — Навсегда... - сказал он твёрдо и обнял её. — Если ты этого хочешь. — Тогда ты — папа. С этого момента между ними больше не было неловкости. Только тепло и какое-то удивительное спокойствие. Час спустя в дверь позвонили — пришла Галина Ивановна с Ильёй Андреевичем и пирожками. Все собрались за столом. Вика болтала без умолку, Ирина смеялась, а Геннадий и Илья Андреевич переглядывались — отцы, которые теперь понимали друг друга как никогда раньше. Вика, довольная, как маленькое солнышко, побежала в детскую, прихватив свой рисунок. Ирина закрыла за ней дверь и повернулась к Геннадию. Он уже стоял у окна, задумчиво глядя на капли дождя. — Ты всё ещё переживаешь? - тихо спросила она, подходя ближе. — Нет... - он обернулся к ней и взял за руки. — Просто не верится, что всё действительно стало на свои места. Что мы вместе. Что Вика знает. — Мы справились. Ты справился. Ты стал отцом для неё задолго до того, как она назвала тебя так. — Ириш… А может, мы всё-таки сделаем это официально? - мужчина усмехнулся и потянул её в объятия. — Что именно? - женщина прижалась к нему, уже догадываясь. — Ну… Ты, я, Вика — одна настоящая семья. С моей фамилией… Как хочешь. Только чтобы без «дядя Гена». — Ты предлагаешь мне выйти за тебя? — Нет. - он прищурился. — Я просто предупреждаю, что скоро не смогу удержаться и начну умолять. — Тогда делай это как положено, доктор Кривицкий. Он опустился на одно колено, достал из кармана кольцо — простое, но с теплом, которое он носил в себе все эти два года. — Ириш, выйдешь за меня? Дверь детской вдруг приоткрылась, и Вика заглянула в комнату. — А что значит "выйдешь за меня"? Это как в мультике? Родители рассмеялись. — Да, Гена. Да. Я согласна. - с улыбкой сказала блондинка и обняла любимого Она знала — всё ещё впереди. Но главное уже было у них: любовь, доверие… и маленькое сердечко, которое билось в их дочери, будто специально для того, чтобы их объединить. Ребёнок радостно захлопал в ладоши и побежал к родителям, чтобы обнять. — Мам, а когда я вырасту, я тоже буду врачом! И буду лечить всех, как вы! - заявила Вика. — Конечно. - сказала Ирина, сжав руку Геннадия. — У тебя будет всё, что ты захочешь. — Потому что ты сильная, как сердце, которое у тебя внутри. - добавил папа. — Особенное сердце. — Значит, я тоже немного волшебная? — Самая волшебная девочка на свете. - родители ответили одновременно. Кривицкий обнял их обеих. В тот момент никто не думал о будущем, о словах, которые ещё предстоит сказать. Были только они — трое. Вместе. Связанные одним сердцем. Спустя час Ирина одела Вику в уютный свитер, поцеловала её в щёку и оставила девочку на пороге квартиры Галины Ивановны. — Будь умницей, солнышко. - прошептала она. — Хорошего дня, мама, дядя Гена! - прокричала Вика, махая рукой с порога. Галина Ивановна улыбнулась. — Не волнуйся, Ирочка. Мы с Викушей как две капли воды — справимся. Геннадий кивнул с благодарностью, и они поспешили к машине. Дорога до Склифа была привычной, но теперь казалась другой — как будто всё приобрело чёткие формы, как будто их жизнь наконец начала собираться в нечто настоящее и прочное. В приёмном покое Иру сразу перехватила медсестра с кучей бумажек и экстренным вызовом. Кривицкий успел только легко сжать ей руку. — Увидимся позже. Держись. — Ты тоже. - ответила она с лёгкой улыбкой и исчезла за дверью реанимации. Склиф оживал. Шум, тревожные сигналы, шаги по коридорам, разговоры врачей. Но в душе Ирины теперь было спокойствие. Где-то недалеко — Геннадий. Дома — Вика. И всё это вместе называлось жизнью, которую она боялась даже представить два года назад. — Бабушка, а ты знаешь, что у меня волшебное сердце? - вдруг сказала Вика, играя с куклой за столом. Галина на миг застыла, потом тихо погладила девочку по голове. — Знаю, милая. Я ведь его однажды уже слышала. Оно очень доброе. И оно тебя очень любит...