***

Дио Брандо был последним человеком, за которым можно представить себя замужем. Эгоцентричный, дерзкий, гневливый и просто неприятный, если всё остальное ему удавалось как-то в себе удерживать. Имея искусно сшитые костюмы и отменную внешность, под ними британец таил свой мерзкий характер, таким образом ослабляя бдительность окружающих. Однако по какой-то причине его мерзкие выходки обходили эту девушку стороной. Рядом с Т/и он был нежным и терпеливым, его улыбка — искренней. Яд, которым было пропитано каждое слово, растворялся в её присутствии. Это удивляло всех, считая саму виновницу таких разительных перемен в Брандо. Т/и вспоминала, что когда Дио всё ещё ухаживал за ней, Джонатан (его гораздо более приятный сводный брат) говорил, что крайне удивлён мягкости его вредного брата в её присутствии. Но, несмотря на протест девушки, все отнеслись положительно к этому союзу двух сердец. Если она была единственной, кто мог держать Дио на коротком поводке одним своим существованием рядом с ним, все были только рады принести её в жертву этому демону. Естественно, без согласия самой жертвы. Когда избранница пригласила его на встречу со своими родителями после многих убеждений с обеих сторон, он очаровал отца невесты до такой степени, что тот был более чем готов отдать Дио руку дочери, а также её сердце впридачу. Мать девушки добродушно пошутила о том, если бы она не вышла замуж, то украла бы Брандо у собственной кровинушки. О, лучше бы так оно и было. Если бы Т/и могла, она бы спорила и настаивала на расторжении помолвки. Но едва ли она имела своё мнение, тем более Дио был к ней весьма благосклонен. В итоге девушка продолжала себя убеждать, что всегда может быть хуже. И этот молодой человек на фоне фантазий казался не таким уж плохим. У неё не было выбора думать иначе. Всё, что Т/и могла, — это надеяться, что доброта Дио не испарится в один прекрасный день, что он оденет ей кольцо на палец и что она сможет взять его фамилию как собственную, ходить под ней до конца своих дней. И вот настал день свадьбы. Она проходила гладко. Ещё бы, ведь мистер Джостар и родители невесты побеспокоились о том, чтобы всё было на высшем уровне. Они не пожалели ни денег, ни усилий на прекрасную церемонию и превосходный алтарь. Свадебное платье стоило таких баснословных денег само по себе, что хотелось плакать. Но Джордж Джостар был достаточно богат, чтобы презентовать его «дочери, которой у него никогда не будет». Это звучало почти неправильно. Т/и искренне надеялась, что Эрина когда-нибудь тоже услышит эти слова. Девушка бы чувствовала несправедливость за возлюбленную Джонатана, что она могла бы посчитать себя нежеланной или нелюбимой просто потому что какая-то девчонка восполнила сожаление о невыполненном плане по деторождению. Дио заявил о своей любви к возлюбленной у алтаря на глазах у всех многочисленных присутствующих, держа сравнительно небольшие женские руки в своих с неожиданной нежностью. Она и не думала, что такие люди как он могут обладать подобной заботливостью. Т/и неубедительно ответила на это чувство, пообещав все, что женщины должны были обещать своим мужьям, даже если от этих слов у них больно скрутит живот. Теперь же день подходил к концу, церемония давно кончилась, празднество тоже завершалось. Солнце уже начинало заваливаться за горизонт. И новоиспечённую жену пугало то, что теперь от неё требуется. Очень скоро Дио придёт в их отныне общую спальню и Т/и придётся подтвердить их женитьбу делом, а не словом. Выполнить свой супружеский долг. Мысль об этом пугала. Не только потому что девушка была вынуждена подчиниться и не имела путей отступления, но и потому что Дио был... большим. Он возвышался над своей драгоценной, кидая жгучий взгляд с высоты почти двух метров куда-то вниз. Было не по себе, что в соответствии с ростом его тело должно быть равно пропорционально большим во всех местах. Помимо рук и ног. От этой мысли девушка сжала в страхе ноги. Т/и смотрела на себя в зеркало на туалетном столике, пытаясь снять вуаль с волос, поочерёдно открепляя заколки. Тихий визг открывающейся двери заставил её остановиться и та увидела, как Дио, воплощение элегантности в своем отутюженном костюме, вошёл в комнату. — Я всё думал, где же ты, моя дорогая, — он улыбнулся, закрывая за собой дверь. Казалось, что одним этим жестом у бедной девушки официально отняли свободу. — Я устала от застолья, — оправдывалась красавица. — Не хотела тебя беспокоить. Ты был так поглощён разговором с моим отцом. Дио хмыкнул, подошел к ней сзади и положил руки на хрупкие плечи. На мгновение девушка застыла от неожиданности, пытаясь расслабиться и успокоиться, мужчина в то время нежно впился большими пальцами в спину, начиная делать массаж. — Надеюсь, ты не слишком утомлена, милая, — в его голосе была плотоядная нотка, которая заставила невесту снова напрячься. — У нас впереди еще одно важное дело. — Дело, к которому ты сейчас и подводишь, — сказала она в свою очередь, ненавидя в тот момент свой дрожащий голос. Дио это заметил. Конечно, он знал, что Т/и будет нервничать. Он может быть добр к ней, но никто не в силах изменить хищную природу этого человека. — Не стоит так бояться, — Брандо заговорил, в тот же момент крепко сжав чужие плечи, едва ли это был жест утешения. Он наклонился, его губы коснулись девичьего уха, когда он прошептал: «Я буду нежен. Сперва». Дио отстранился и засмеялся, пытаясь казаться непринужденным и равнодушным, но девушка уловила его взгляд в своем зеркале. Блондин смотрел на юницу, как голодный волк на раненого оленя. — Встань, будь так добра. Я хочу тебя раздеть, это будет мой личный свадебный подарок. Т/и все ещё наблюдала за Брандо: он сбросил пиджак, а затем и галстук, который был небрежно брошен на пол. Красавица встала, отступив от туалетного столика к своему теперь уже мужу. Нервы провоцировали головокружение, но она держала спину прямо и голову ровно. — Какая красивая картина. Само воплощение невинности, — задумчиво сладко тянул Дио, глядя на свою возлюбленную. Его глаза встретились с её, и та тут же решила, что ненавидит их цвет. Такой резкий и некрасивый рыжий. — Ты ведь девственница, не так ли? Щеки Т/и моментально загорелись алым под цвет брошенного на пол галстука. Она хотела спрятать лицо, отвернуться, но вместо этого лишь молча кивнула. — Превосходно, — Дио хищно усмехнулся. — Будет весьма забавно рывком войти в тебя. — Я не дверь. Рекомендую не вламываться в меня, — слова покинули девичьи губы бездумно, заставляя фигурные брови Дио приподняться. Его хищная улыбка только стала ещё шире, он все равно выглядел довольным. — Так она разговаривает! — девушка осмелилась поднять неуверенный взгляд от пола на Дио. Но жених был не этим обеспокоен. — Я начал думать, что ты потеряла голос. Ответа от Т/и не последовало. Дио решил воспользоваться этим моментом, чтобы сократить расстояние между ними: он вновь положил ладони на хрупкие плечи и повернул девушку к себе спиной, чтобы расстегнуть пуговицы платья. — Ты можешь не быть дверью, дорогая, — ей не нравилось, как это обращение слетало с его языка. Как кличка. — Но если бы я хотел тебе что-то порекомендовать... это была бы инициатива подготовить себя. И вот кровь прилила к щекам, красавица могла отчётливо слышать пошлые нотки в его голосе и видеть затылком соответствующую усмешку. Если бы эта женщина была храбрее, то наступила бы мерзавцу на ногу или ткнула локтем в ребро. Тем временем пальцы Дио расстегивали пуговицы одну за другой, оголяя кожу дюйм за дюймом до тех пор, пока его взор не упёрся в корсет. Т/и вздрогнула, когда он был на полпути внизу, и провел кончиками пальцев по бёдрам, тому участку тела, что ещё не успел обнажить. — Прелесть, — тон Дио казался искренним, но она решила не доверять ему. — Не могу дождаться момента, когда сломаю всё это. Острым ногтем Брандо провел по позвоночнику от задней части шеи до того места, где начинался корсет. Девушка закрыла глаза, обнаружив, что повторяет в голове молитву «Отче наш». Не то чтобы юная особа была очень набожной женщиной, но это дало ей возможность занять разум и отвлечься от удушающего присутствия Дио. — И вновь тишина, — голос блондина звучал осуждающе. Желание наступить ему на ногу только росло. — Я устала, — повторила девушка. Звучало неубедительно, но муж, кажется, вновь не обратил внимания. Маленькое милосердие с его стороны. — Давай снимем с тебя лишнее. Его руки скользнули между тканью платья и нежной кожей, осторожно пройдясь по изгибу плеч. Т/и глубоко вдохнула через нос, вынимая руки из тонких рукавов. С мягким шелестом легкой ткани и кружева свадебное платье облегало ныне лодыжки, оставляя невесту в нижнем белье и корсете. Дио довольно хмыкнул, его руки на мгновение легли на женскую талию. Бабочки клубились в животе, вызывая легкую тошноту, когда сильные руки скользнули к спине и начали развязывать шнурки на корсете. — Небольшая ленточка на моем подарке, — Дио пробормотал больше себе, чем Т/и. Если бы это сказал кто-то другой, девушка была бы даже рада. Но не тогда, когда это исходило из уст этого человека. Юница вздохнула с облегчением, когда корсет ослаб. Её мать приказала горничной зашнуровать его крепче, чем обычно. Она хотела, чтобы дочь хорошо выглядела в день свадьбы, комфорт был послан к черту. Как будто все забыли о её благополучии, когда дело дошло до этого брака. Девушка застыла, когда почувствовала на своей талии чужие ладони, совершающие круговые движения к бёдрам, остановившись именно там. — Часто вздрагиваешь, милая, — шептал Дио прямо на ухо. — Ты правда так меня боишься? Ответа жена ему вновь не дала, едва устояв на месте, когда руки Брандо прошлись вверх от бёдер по животу, пока его пальцы не сомкнулись под краем корсета. Она заметила, что это был уже отработанный прием, и кислый вкус захлестнул нёбо при мысли о том, сколько женщин оказались во власти Дио таким же или почти образом. — Ты такая красивая, — мужчина продолжил говорить, когда корсет тоже упал на пол. — Знаешь, именно поэтому я выбрал тебя. — Я думала, что это из-за моего остроумия, — девушка заговорила, снова пытаясь перечить. Дио снова выглядел удивленным. — Хм... Это точно плюс, дорогая, — юная особа даже не заметила, как блондин расстегнул последнюю пуговицу нижнего белья, являя миру больше наготы, чем девушка хотела бы. Благодаря Дио и этот элемент одежды теперь валялся на полу. Т/и была почти полностью голая, осталась лишь обувь и чулки. Дио отстранился, начиная осматривать её, обходя по кругу. Он напоминал коллекционера, который наслаждается новым шедевром в своей коллекции. Девушка хотела прикрыться, но вместо этого лишь пялилась на своего жениха, будто бы давая ему таким образом разрешение на любое действие с собой. Которое давать она не планировала. — Прекраснее, чем я себе представлял, — сверкая глазами, как янтарь на солнце, Дио все не прекращал ухмыляться. — Мы несомненно проведём прекрасную ночь. И не одну. Красавица даже закашлялась, но Брандо опять не обратил никакого внимания. Вместо этого он сократил расстояние между телами и ласково припал к чужим устам. Одна из рук легла на талию девушки, заставляя её прижаться к его широкой груди. Т/и недовольно взвизгнула, когда Дио оторвал её от земли, чтобы взять на руки, как и полагается молодоженам, двигаясь в сторону кровати и опуская на неё свою драгоценную игрушку с неожиданной нежностью, тут же срывая с себя рубашку, заставляя ее присоединиться к другим вещам. Тело Дио заставило температуру подскочить на несколько градусов: он будто бы был сделан из мрамора, ничего лишнего. Интересно, как долго и упорно он работал над собой ради такого поразительного результата? Когда брюки были расстёгнуты, Брандо опустился на кровать рядом со своей невестой, взяв её за лодыжку и стащив с ноги туфельку. — Милая, ты представить себе не сможешь, как долго я ждал этого, — он вновь пошло улыбнулся, оставив на щиколотке в чулке поцелуй перед тем, как снять вторую туфлю. — Как много я думал над тем, как буду тебя ломать. О том, насколько мелодичные звуки ты будешь издавать в волне экстаза. Волосы встали дыбом, когда Дио, все ещё усмехаясь, навис над Т/и. В животе что-то перевернулось и упало, хотелось убежать, исчезнуть отсюда, но страх сковал тело, заставляя лежать смирно на кровати. — А ты думала обо мне? — Брандо поднял вопросительный взгляд, аккуратно раздвигая ноги девушки. Она пыталась сопротивляться и вновь сжать их, но Дио был гораздо сильнее. — Думала ли о том, как я буду тебя ублажать, зарывшись рукой меж мягких бёдер? Помотав головой, красавица отвела взгляд, Дио же перевёл свой колючий взор на пространство меж её ног. От этой картины по телу пробежала неожиданная волна возбуждения. — Ты говоришь одно, — слова блондина были подобны лезвию бритвы, — но твоё тело говорит совершенно другое. Т/и резко испуганно выдохнула, когда палец скользнул меж половых губ, на мгновение касаясь клитора. Она никогда себя там не касалась, новые ощущения слали мурашки по спине. Триумфальная улыбка Дио засияла в полную силу. — Ну и ну. Какая чувствительна, — дразнил он, водив подушечной пальца вокруг клитора, каждый раз уменьшая радиус. — Ты правда никогда себя не ласкала? В смущении девушка отрицательно резко покачала головой, не доверяя в такой ситуации своему голосу и не желая доставлять Дио больше удовольствия. Хотелось просто покончить с этим. — Нетронутая, — он сладко вздохнул. — Ты настоящее сокровище, — его палец тонул ниже меж бёдер, пока не нашёл вход, сделав пару кругов около него, он мягко проник внутрь. Т/и молча сильно удивлялась такой терпеливости со стороны Дио. Пусть и временной. — Прекрати... — красавица захныкала, когда палец вошёл достаточно глубоко. Дио вздёрнул бровь, но остановился, прекратив давить ладонью на промежность. — Мы едва начали, дорогая, — издеваясь, он согнул палец, впиваясь в стенку, заставив юницу немо вскрикнуть. — И нам ещё многое предстоит. Дио не оставил места для спора, когда наклонился и снова поцеловал Т/и, более собственнически, чем раньше. Его палец продолжал двигаться, она пыталась сжать бедра вместе, чтобы избавиться от этого неприятного чувства лишнего элемента в организме. Это было потрясающе и в то же время ужасно странно, хотелось, чтобы действие блондина прекратилось и продолжилось одновременно. — Трогай меня, — шептал Дио в сладкие для него губы девушки между поцелуями. — У тебя столько же власти над моим телом, сколько у меня над твоим. Очевидная ложь. Эти слова едва ли успокаивали, но Т/и повиновалась, то ли из страха, то ли из любопытства. Она точно не знала. Сначала тёплые ладони легки на могучие плечи, несколько странно, будто красавица хотела оттолкнуть от себя Дио в любой момент. Он возбуждённо мурлыкнул сквозь поцелуй в ответ на эту ласку и устроился меж бёдер невесты. Несколько осмелев, Т/и прошлась пальцами сквозь его светлые волосы. Ещё один удовлетворённый вздох мужчины, второй палец скользнул внутрь в качестве награды. Он на мгновение отстранился, сгибая пальцы. Девушка издала стон, одна из рук легла в смущении на лицо. — Прикоснись ко мне ещё, — Дио подбадривал, сжимая женскую руку и прижимая к своей промежности. Глаза Т/и расширились от поразительной длины, которая упиралась в прижатую ладонь. — Ты чувствуешь это? — дыхание блондина утяжелилось, а веки потяжелели. Но злорадная улыбка никуда не делась. — Скоро ощутишь в полной мере, — свободная рука с удивительной нежностью погладила ребра и живот девушки. Страх вновь ей овладел, когда Дио, казалось, достиг лимита своего терпения. Он поднялся с кровати и избавил себя от последних предметов одежды. В то же время красавица поджала ноги и перевернулась на бок, являя Дио спину в позе эмбриона, все намеки на былое удовольствие тут же улетучились. — О, прекрати, — Брандо звучал скорее как разочарованный родитель, чем любовник. — Ты боишься выполнения своего супружеского долга? Мужчина звучал осуждающе. Это вызывало гнев и грусть, заставляя зажмуриться и шмыгнуть носом. Ресницы начали мокнуть от мелких выступающих слез. — Я не хочу, — раздался плаксивый женский голос. — Я боюсь. Я... Дио прервал Т/и, хватая ее за плечи и переворачивая на спину, даровав такой грозный взгляд, что она вжала себя в кровать сильнее. — Милая, — не слово, а яд. Ни капли заботы в голосе. — Ты примешь любое мое решение. Тебе это ясно? Девушка кивнула от страха остаться в одиночестве на все оставшееся ей время в бренном мире, а Дио коротко хмыкнул, сигнализируя об окончании дискуссии. Тревога и паника заполонили все внутренности, заставляя зажмуриться, когда Дио снова опустился рядом на кровать. Т/и почувствовала, как мужчина вновь раздвинул ей ноги, довольно хмыкая. Он абсолютно точно пялился. Открыть глаза и убедиться в этом не представлялось возможным от страха. — Я собираюсь войти в тебя, — вновь этот преисполненный пошлости довольный тон. — Сделаю тебя своей во всех непристойных смыслах этого слова. Стон покинул губы красавицы, когда она почувствовала вес Дио на собственном теле, её раздвинутые ноги прижались к его узкому тазу с обеих сторон. Глаза наконец широко раскрылись, когда она почувствовала что-то тупое у входа. Дио, похоже, снова позабавило невежество Т/и, и он наклонился, без сомнения, чтобы принять более удобную позу. — Пожалуйста, постарайся расслабиться, — произнёс блондин, когда девушка опустила взгляд на место, в котором они скоро соединятся воедино. — Если не послушаешься, будет только больнее. Едва ли он вообще дал время на успокоение, очень скоро двигая тазом вперёд, вталкивая себя внутрь юной особы. Она закричала, чувствуя, будто достоинство Дио разрывает её пополам изнутри. Слёзы, которые так толком и не явили себя, теперь активно текли по розовым щекам. — Тише, все в порядке, —мужчина звучал скорее раздраженно, чем успокаивающе. Он медленно двинулся назад, заставляя Т/и вцепиться ногтями в простыни. — Больно, — всхлипнула девушка, пытаясь воззвать к той нежной любви, которую Дио изначально проявлял и по сути питал к ней. Он лишь наблюдал, мельком взглянув туда, где он уже успел наполовину в неё войти. — Неудивительно. Ты кровоточишь, — заключил Брандо. Пощады можно было не ждать. Расположение Дио на уступки также улетучилось. Он вновь сделал толчок, выбивая дух из своей возлюбленной, пока она тряслась в плечах от плача. Звук соприкосновения кожи с кожей казался отвратительным, как и извращённые влажные хлюпающие звуки, напоминающие о грубо отнятой невинности. — Так узко, — рычал Дио, зависнув над девушкой, сильные руки уперлись по обе стороны от её головы. — И так тепло. Красавица подняла на него взгляд, положив свою ладонь на щеку Брандо. Моргнув, он встретился с ней взглядом. На мгновение показалось, что Дио наконец осознал всю жестокость своих действий, но осознание исчезло также быстро, как и появилось, сменяясь вожделением. — Ну-ну, — вновь заговорил Дио, все же замечая, как его невеста плачет. Он повернул голову в сторону, целуя её ладонь. — Скоро и ты будешь наслаждаться, милая. — Но мне больно, — упрямо всхлипывала девушка. — Пожалуйста, помедленне... Кажется, Брандо решил наконец прислушаться к Т/и и снизить темп толчков. Его таз останавливается на миг. Жена чувствовала, что наконец может дышать, она старалась не обращать внимания на жжение между бедрами. Но как только девушка расслабилась, Дио продолжил двигаться, медленнее, нежели раньше. — Я буду щедр, потому что это наша первая ночь, — начал он, сев на корточки, схватив партнёршу за бедра и усадив нижнюю часть тела себе на колени. — Но в следующий раз тебе лучше подготовить себя для меня. Красавице пришлось закусить нижнюю губу, чтобы сдержать собственные всхлипы. Боль в промежности медленно утихала, когда тело наконец начало понемногу испытывать возбуждение. Движения Дио внутри стали более плавными, и что-то вроде удовольствия охватило тело, когда Т/и почувствовала, как головка его члена задела что-то внутри, упираясь на миг. Мужчина издал стон, и этот звук застал красавицу врасплох, жар прилил к голове. Она была почти уверена, что он будет молчать на протяжении всей этой пытки. — Ты неповторима, — Т/и начала двигаться навстречу Дио, подстраиваясь под его ритм. — Не зря я ждал. — Дио... — девушка застонала, мысленно заметив, что тело действует инстинктивно, выгибаясь в спине. Блондин издал запыхавшийся осипший смешок, толкаясь своими бедрами к девичьим с силой, которую они едва могли выдержать. — Да, именно. Кричи мое имя, — мужской голос казался хриплым, он хватал Т/и за бедра и двигал навстречу его толчкам. Девушка стонала громче, чувствуя в животе клубок удовольствия. Он стал лишь сильнее, когда Дио потребовалось мгновение, чтобы просто врезаться в матку. — Ты наконец прониклась этим, не так ли? Отвечать красавица отказалась, лишь двинув бёдрами навстречу блондину для получения большего удовольствия, что росло с каждой секундой где-то внизу живота. Брандо издал негромкий довольный смешок. — Какая упрямая, — внезапный удар по ягодице заставил вскрикнуть. — Отвечай. Т/и боролась с желанием снова всхлипнуть, изо всех сил пытаясь сформировать слова, которые, казалось, бесформенно летали в голове. Не получалось, но, увидев, как Дио поднял руку вновь, она все же позволила ответу сорваться с губ в его первозданном беспорядке. — Да! Мне... да, нравится. — Отлично. Темп, который блондин задавал ранее, был возвращён, но в этот раз невеста стонала не от боли, а от удовольствия. Было ощущение, что она буквально наступает себе на горло этими звуками, но разврат погрузил в себя с головой, заставляя забыть о таких мелочах как гордость. Похоть согревала изнутри, заставляя сладко ныть нижнюю часть живота. — Дио, я, — Т/и сжала постельное белье в кулак, — я скоро... — Давай. Хочу это видеть и слышать твой сладкий голос. Этих слов было достаточно, чтобы пальцы ног сжались, сгребая постельное белье под собой, когда тело захлестнул оргазм. Девушка закатила глаза от удовольствия, Дио внезапно замер над ней. Он сжал челюсти, будто бы желая вонзить во что-то зубы. Глаза Т/и расширились, когда она почувствовала, как тот кончил внутрь. Ещё больше пугало осознание возможности скоро узнать о ребёнке. — Послушная девочка, — шептал Дио, проводя руками по мягким бедрам, пока они не коснулись живота. Он широко улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать нежные губы. Теперь, когда в комнате воцарилась тишина, можно было слышать, как праздник продолжался внизу. Жених встал, как только поцелуй прервался, быстро одеваясь. Девушка смотрела на него, не зная, что делать дальше. — Вставай с простыней, дорогая. У меня есть ещё одно дело, — сказал он, вся нежность вновь улетучилась. — Что ты имеешь в виду? — спросила Т/и, совершенно сбитая с толку внезапной потребностью Дио покинуть комнату. Боясь любых последствий, которые могут быть в случае неподчинения, она поднялась на ноги, обернувшись одеялом. Щеки покраснели, когда девушка почувствовала, как сперма Дио медленно стекает по ноге. Одним, возможно, слишком сильным движением блондин сорвал с матраса окровавленные простыни и перекинул их через руку. — Я собираюсь показать нашим гостям, что наша свадьба прошла должным образом, — он говорил с широкой ухмылкой. Т/и охватило смущение, и она почувствовала, что может вот-вот заплакать при мысли о том, что мать, отец, Джонатан и мистер Джостар увидят последствия того, что Дио сделал с ней. — Это так необходимо? — красавица едва ли могла поднять на Брандо взгляд. — Нет, но мне хочется, — фыркнув, он с усмешкой оставил поцелуй на щеке невесты. — Пока приводи себя в порядок. Позже я вернусь и мы продолжим, Т/и. Она не ответила, просто наблюдала, как Дио вышел из комнаты с простынями в руках. Не зная, что еще делать, девушка заползла обратно на кровать, изо всех сил пытаясь устроиться поудобнее, несмотря на боль между ног, кутаясь в одеяло. Снова захотелось плакать. Красавица чувствовала себя брошенной, оставленной наедине с мужчиной, которого заботило только его удовольствие и её приданное. Ужасно. Просто омерзительно. Т/и разревелась сразу же, когда услышала бодрые возгласы мужчин снизу.