***

      Её волосы похожи на гнездо. Она вообще их расчёсывает? Глаза такие огромные, что, кажется, сейчас вылезут из орбит. Торчат два зуба, как у грызуна. И её улыбка… Раздражает. Она стала лучшей ученицей, а я был вторым. Я — и второй? Немыслимо… Ненавижу.       Ох, снова она. Волосы всё те же — она так и не расчёсывает их. Но она немного выросла. Всё такие же зубы и такие же огромные глаза. Ах да, она снова лучшая… Раздражает. Я не выдержал. Просто не смог и произнёс то самое слово. Обычно она гордая. Обычно она не обращает внимания на мои подколы. Обычно она успокаивает своих двух придурков. Но её большие глаза наполнились кристаллами. Я смотрел и ничего не мог ответить. Она убежала. Слово уже было сказано, я уже не могу взять его обратно. Впервые я увидел её слёзы… Ненавижу.       Она немного подросла. Волосы стали более послушными. Слово вырывалось уже с лёгкостью. Она перестала реагировать, её глаза больше не наполнялись прозрачным хрусталём. Меня ранил этот глупый гиппогриф. Как она посмела волноваться за меня? Её оклик, её слова… Раздражает. Хочу убить его. Он ранил меня — да как он посмел? Но она снова отреагировала. Щека горит и болит. Я смотрю на неё, я шокирован. Я вижу хрупкую девочку. Маленькую. С такими горящими глазами. Рука даже не дёрнулась — как я могу ей навредить? Никак. Я просто ушёл. Но… Ненавижу.       Она снова подросла. Волосы стали более волнистыми, зубы больше не торчали, глаза всё такие же огромные. Я наблюдаю за ней слишком много… Раздражает. Турнир Трёх, ах нет, Четырёх волшебников. Что-то она стала весьма популярна, слишком много светится. Святочный бал. Я никак не ожидал, я просто не мог оторвать от неё взгляд. Она танцевала с Крамом, улыбалась ему… Ненавижу.       Я прохожу мимо, а она вся ёжится и прижимает к себе сумку. Ах да, она ведь меня ненавидит. Ничего удивительного. Она слишком часто и много начала сидеть в библиотеке. Впрочем, я уже не мог за ней наблюдать. Миссия. На меня возложена огромная миссия. Я не могу подвести всех… Раздражает. Я слышал её разговор с этими придурками. Они были правы во всём, но она не верила. Почему она не верит им? Это же логично. Но она не верит… Ненавижу.       Страх. Как же страшно. Но я ничего не могу сделать. Абсолютно. Она ведь не верила. Это её вина. Зря она не послушала их. Зря. Не моя вина, что я её разочаровал. Он падает. Я не убил. Не смог. Мне страшно. Метка жжёт. А её взгляд перед глазами. Как так вышло, что именно её огромные глаза меня успокаивают?.. Раздражает. Их с этими двумя идиотами поймали. Как они могли? Почему они не выберутся, не спасутся? Где они? Она кричит, она плачет, ей больно. Она не заслужила. Она ведь такая маленькая, такая хрупкая. Прошу, спасите её. Кто-нибудь. Я не могу. Мне страшно. Как мне поступить? Она смотрит на меня, и её глаза пусты. Нет, только не так. Кто-нибудь, прошу… Ненавижу.       Страх. Страх и ещё раз страх. Пламя горячее. Друг погиб. Какой же он глупый. Но это моя вина. Моя. Они улетают. Да, лучше уж так. Лучше умереть. Но я слышу, как они возвращаются. Ха. Золотое трио не настолько жестоки. Всё ясно… Раздражает. Битва идёт. Метка жжётся. Страх, беспокойство, боль. Нужно всё запечатать под семью замками. Скоро всё кончится. Финальная битва. Он умирает. А я с семьёй убегаю. Так лучше. Но… Ненавижу.       Суд. Отец в Азкабане. Хотя бы мать в безопасности. А мне плевать. Хотя жаль. Я больше не увижу этих волос и огромных глаз. Да, действительно жаль… Раздражает. Она пришла. Она заступилась за меня. Зачем? Я не понимаю. Но я смотрел на неё, не отрываясь. Больно. Но не страшно. Уже не страшно. Она… Ненавижу.       Снова в Хогвартс. Снова учиться. И снова видеть её. Она пришла без своих двоих дружков. Я слышал, она начала встречаться с рыжим. Как это вообще произошло?.. Раздражает. Я снова начал наблюдать. Я так хотел попросить прощения. Чувство вины съедало меня. И однажды я не выдержал. Я высказался ей. Она выслушала, а потом улыбнулась. Её глаза были грустными, но всепрощающими. Она меня простила. Смогла простить. Как она смогла? Ведь даже я самого себя… Ненавижу.       Конец года. Возможно, я больше не смогу видеть её так часто. Я слышал, рыжий сделал ей предложение. Я тоже совсем скоро — браки у аристократов вообще без любви. Но плевать. Хоть и… Раздражает. Она счастлива. Шрам ей не мешает. Она улыбается. Ох, слухи были правдивы — на пальце кольцо. Рано, но не удивительно. Больно. Но я понимаю. Я такой же трус, каким и был раньше. Но хотя бы себе самому могу сказать, смотря на неё в последний день… Люблю.