Часть 1

Стоило переступить порог кабинета, как Сакура поняла, что окончательно и бесповоротно пропала. Сердце на секунду подпрыгнуло и осталось в таком положении, вызывая неосознанное желание сглотнуть, но получалось не очень.       — Меня зовут Учиха Итачи и в этом семестре я буду вести медицинскую подготовку для вашего потока, пока преподаватель не вернётся. Ещё один стук сердца и Харуно понимает, что всё ещё стоит в дверях, пялясь на мужчину, чьи руки плавно передвигают на столе бумаги, продолжая рассказывать что-то про то, какие планы у них на ближайший час и в полоборота взглянув на ученицу спрашивает:       — Мисс? Если вы из этой группы, то проходите на своё место. В школьные годы, Сакура Харуно избежала участи быть влюбленной в учителя, да и первые курсы получились вполне себе спокойными, без каких-либо серьезных потрясений. Но тут пришёл он: Итачи Учиха. Наконец, в некой прострации пройдя на третий ряд, девушка начала судорожно размышлять и прислушиваться к внутреннему голосу, который буквально вопил! Окей, если подумать, он не совсем учитель. Всего лишь проведёт у них несколько часов в этом семестре и всё, больше его не будет. Значит, её покорил просто взрослый мужчина, с офигительными руками и тёмными как сама ночь глазами, которые пробежались по студентам, лишь на долю секунды зацепив и её [на мне он задержал взгляд дольше?!]. Чёрт возьми. Нервно накрутив на палец розовый локон, Сакура заставляет себя опустить взгляд в блокнот, где уже положено было записывать конспект, ведь для этого они все собрались здесь, верно? И совсем не для того, чтобы витать в облаках, мечтать о прикосновении тонких пальцев своего учителя и представлять, как от него пахнет. Почти! Учителя. Технически он здесь на один семестр. Даже меньше. Запомни. Да и все мы здесь взрослые люди, что такого то. Правда?...       — Ты выглядишь так, словно строишь теорию заговора, — уловив шёпот соседки, Сакура пару раз моргнула, отгоняя пелену с глаз. Ино изогнула бровь, ожидая хоть какого-то ответа от подруги.       — Я в порядке.       — Заметно, — усмехнувшись и покачав головой, Яманако решила, что будет ещё время это обсудить. А обсудить было что. Спустя сорок минут, Сакура наконец смогла сосредоточиться лишь на его голосе, неуверенной рукой делая пометки и всеми силами стараясь не прикрывать глаза, когда спокойный и уверенный тембр заполнял всю аудиторию.       — Твою... Да он же брат Саске. Ну этого мрачного типа со старшего курса, помнишь? — она помнит. Помнит и не понимает, какая вообще разница? Сейчас Сакура видит перед собой молодого мужчину, в идеально выглаженной рубашке и длинными волосами, что спадают на плечи. И если бы Ино слышала её мысли, то скорее всего сказала бы, что та помешалась. Может быть так и есть?       — И что? Это же не значит, что он такой же мрачный. Ино хмыкает себе под нос, пожимает плечами и задумчиво замолкает. До конца остаётся десять минут и в голове Сакуры внезапно загорается гениальная идея... ***       — Ты серьёзно собралась просить старшего Учиху быть твоим наставником?       — В любом случае это скоро надо будет делать... – избегая взгляда подруги и складывая в шкафчик всё конспекты, Сакура знала, что реакция будет примерно такой, какая она есть.       — Но ты ведь его не знаешь, он провел у нас всего две лекции, — Ино закрыла железную дверцу и ввела код, не отрывая внимательного взора от подозрительного румянца Харуно.       — У него тот же профиль, что и у меня — это главное, — и это судьба, не иначе. Молча спустившись во дворик, Ино всё ещё задумчиво смотрела вперёд, а затем чуть ли не подскочила от осознания, разрушая спокойствие неожиданным возгласом:       — Ты в него влюбилась что ли?! *** Яманако ещё долго старалась вразумить, встряхнуть и отговорить от идеи сближаться с учителем, ведь это неимоверно ведёт к разбитому сердцу и слезам, которые будут обмывать её любимую жилетку. Но Сакура была непреклонна и решительна. Каждая встреча в коридоре, каждый мимолётный взгляд на собраниях, буквально сбивали дыхание, от чего хотелось одновременно кричать на весь мир и запереть все чувство глубоко-глубоко. Подальше от всех. Она давно не испытывала такого, — да и уже сомневалась, что вообще что-то подобное когда-либо было, — и боялась лишь того, что упустит шанс. Шанс, который заставляет каждую клеточку визжать при виде Учихи Итачи. *** Его временный кабинет находился там же, где и проходили лекции, стоило лишь обойти полотно для презентаций. Полки аккуратно заставлены колбами и книгами, за вторым столом видимо тоже кто-то работает и Сакура ощущает странную ревность к тому, что здесь кто-то ещё бывает. Но это неправильно. Она не имеет на это право. Встретившись с заинтересованным взглядом и мысленно приказав себе собраться, старшекурсница всё же выдает себя слегка охрипшим голосом.       — Я хочу, чтобы вы стали моим наставником на этот семестр. Конечно мысленно эту сцену она проигрывала тысячу раз и представляла сотню разных реакций, от совсем невинных и до таких, от которых коленки подкашивались. На деле же всё происходило как нельзя обычно.       — Почему Вы решили, что я подхожу на такую ответственную роль? Ей хочется сказать, что он подходит на любую роль, с этими его вечно спокойными глазами и идеальными волосами, но это будет звучать очевидно странно и почти пошло; хочется сказать про внезапную влюбленность, что даже сейчас заставляет её желудок делать двойное сальто, но по понятным причинам озвучивать такое – вершина глупости. Придётся довольствоваться половиной правды.       — Ну-у, я поговорила с другими преподавателями и даже с вашим братом, Саске, мы с ним раньше неплохо общались, а у нас с вами ещё и одинаковые профили, потому я решила, что это знак, кхм, знак, что вы идеально подходите. Мне. Как наставник. Постаравшись звучать максимально естественно и мило улыбнувшись, Харуно уже заранее поставила крест на всём плане. Ну как можно было купиться на невнятное объяснение и...       — Ладно. Вы меня уговорили, Сакура. Он то ли усмехается, то ли улыбается, но абсолютно точно земля ушла из под девичьих ног в тот миг. *** То, что происходило дальше невозможно передать словами. Все последующие совместные часы с новоявленным наставником были просто кошмарно тяжелы. Итачи не жалел заданий и поручений, дополнительные занятия, литература на латыни, всё свободное время Сакура то и дело что думала о том, как бы не забыть что-то из списка. Ино уже готова была пойти и высказать всё этому красавчику, но подруга не позволяла. Она не жалуется. Во всю старается показать хороший, нет, идеальный результат, отчаянно желая произвести впечатление. Учиха же всё замечает. Он не дурак и не садист, однако вновь и вновь продолжает загружать её будни, не давая вздохнуть; в надежде, что ненависть к нему и к его дотошности вынудит ученицу отказаться от него, выбрать кого-то другого. Вынудит отказаться от тех чистых и активных чувств, что она не в силах скрыть, каждый раз поражая мужчину. А его душевное равновесие, на секунду, мало что могло потревожить. Харуно такая упрямая и целеустремленная, что это зачаровывает. И когда краем уха слыша, как небольшая компания девушек обсуждает день рождение Сакуры, Итачи уже был готов сделать последний шаг к тому, чтобы она окончательно разочаровалась в нём. И даже придумал задание, которое очень надолго займет студентку в этот вечер. Нет, он не хотел осознанно делать ей больно, но лучше раньше закончить всё это, чем давать надежду. Каково же было его удивление, когда в назначенный день она просто пришла, как обычно поздоровалась и села за второй стол в его кабинете. Ни слова о том, что сегодня её праздник. Она даже не пыталась отпроситься или намекнуть на то, что хочет уйти пораньше, хочет отгул, хочет поменять преподавателя. Н и ч е г о. Она просто как и всегда интересовалась его делами, спрашивала, какую погоду он предпочитает, считая, что вытягивает из него информацию совсем незаметно. Улыбалась и раскачивалась на стуле, хотя он тысячу раз просил так не делать. Когда он приносил ей чай, помогал с эссе по другим предметам, выслушивал странные шутки и делал вид, что не обращает внимание на то, как она смотрит на него, замирает, стоит ему склониться над её плечом для проверки задания; когда Итачи в конце дня неосознанно проматывал всё сцены в голове, он и не думал, что только Сакуре стоит отказаться от времяпровождения с ним. Эта девчонка вызывала в нём странные и непривычные эмоции. Любопытство. И желание знать, как у неё прошел день. Сколько между ними разница? Года четыре? А он пытается выставить всё так, словно ему давно за тридцать и молодая студентка проявляет к нему знаки внимания. Бред. Соберись, Итачи. Он собирается. Отрывает взгляд от монитора и впивается в женский профиль. Сакура увлечённо переписывает что-то в заметки, игнорируя свой светящийся экран мобильного. Наверняка друзья хотели устроить ей сюрприз, отпраздновать, а она... Сидит с ним. Дурочка.       — У тебя сегодня день рождения. Почему ты здесь? Карандаш в руке девушки замирает, а ресницы заметно вздрогнули, да и вся в миг собравшаяся фигура твердила о том, что вопрос застал врасплох.       — Я...никто не смог прийти, потому я решила и вовсе не праздновать.       — Врешь. Она случайно, не желая этого, резко оборачивается к нему и сталкивается взглядом. Он смотрит. Спокойно, без упрёка. Она же, не в силах выдержать, отворачивается обратно.       — Я не вру, Итачи-сан, просто... — почему ты не можешь соврать ему более правдоподобно, блин? Скажи, что пойдешь к ним потом, скажи, что забыла, да хоть что-нибудь! И пока она, демонстративно откашливаясь, судорожно пытается что-то вразумительное озвучить, слух не сразу улавливает движение рядом. Совершенно непонятное чувство непредвиденной нежности отозвалось где-то внутри, позволяя мужским пальцам невесомо заправить прядь розовых волос за ухо. Касается мочки и внимательно наблюдая за реакцией Сакуры. Она замолкает, кажется даже дышать перестаёт. Вроде всегда такая бойкая и упрямая, а тут буквально на глазах готова испариться. Поворачивается на этом идиотском стуле, смотрит снизу вверх и наконец не отводит взгляд. Она тонет в ониксовых глазах и всё ещё не осознаёт, какие чувства в них отвечают её собственным.       — Сакура, ты должна была сказать мне... — сказать про день рождения. Но сама Сакура не захотела слышать конец фразы, расценив их по своему, и буквально вспорхнула со стула, врезаясь в чужие губы своими. Дотрагиваясь неловкими движениями до напряжённой шеи, тут же зарываясь пальцами в такие желанные тёмные волосы на затылке. Что-то падает с края стола, когда рука мужчины непроизвольно обхватывает талию и притягивает к себе; не отдавая себе отчёт и лишь теряясь во вкусе вишнёвого блеска, Учиха слегка прикусывает верхнюю губу, срывая буквально мольбу с них. И отрезвляет себя. Не без усилий. Поднимая руки и обхватывая маленькое лицо он заглядывает в зелёные глаза, в уголках которых уже начали собираться слёзы. Он хочет что-то сказать, но говорит она.       — Да, я должна была сказать Вам, что Ваше присутствие заставляет меня быть лучше, — она начинает бесконтрольно шептать, стараясь отвести взгляд, но его ладони всё ещё не отпускают, — Должна была сказать, что моё сердце, кажется, принадлежит Вам и я не могу[не хочу] назвать это просто мимолётной влюблённостью. Она всё говорит и говорит, слёзы наконец скатываются по щекам, скрываясь под пальцами Учихи, что бережно стирал их, продолжая молчать и слушать. Сакура чувствует себя неимоверно глупо и в тоже время счастливо и ещё ей стыдно за это тоже. Буря чувств борется друг с другом. Хочется продолжать говорить, хочется убежать и хочется вновь поцеловать его. И всё это в один миг.       — Нет. Ты должна была предупредить про свой день рождения, — всё что смог сказать Итачи, не скрывая лёгкую улыбку, которую студентка, конечно же, не могла увидеть. Ведь она решила, что лучше всего зажмуриться и сдаться. Отпуская её лицо и невооружённым глазом замечая, как напряглись плечи, Учиха продолжал смотреть и прислушиваться к тому, что сердце предательски не замедляет ритм.       — Простите... Нет. В самую последнюю очередь он хотел, чтобы она испытывала вину за то, что чувствует и за то, что набралась смелости рассказать обо всём. Хотя он имел ввиду совсем другое, когда начинал диалог.       — Я бы тогда нагрузил тебя ещё большими делами, лишь бы ты сидела со мной до конца дня. Вскинув голову и наконец встретившись взглядом, Сакура не сразу поняла, что это была шутка. Шутка, которая, кажется, была почти признанием, или?... Или она вновь себе что-то надумывает. Она помнила этот взгляд. Такой взгляд был у Итачи, когда она делилась своими переживаниями по поводу экзаменов; когда приносила обед на двоих, зная, что он вновь забыл свой бокс в холодильнике. Он всегда то ли насмехался, то ли смотрел так, словно пытался что-то прочитать в её голова. И как же Сакуре временами было неловко от того, какие мысли посещали её в те моменты. Когда они впервые оставались наедине, когда он провожал её на остановку или когда в первый раз пригрозил лишить её стула, если ещё раз решит на нём покататься.       — Попробуйте.       — Попробую. Бедные твои коленки будут потом. Этот короткий диалог ещё долго не давал покоя Харуно и её фантазии. На какое-то время она даже боялась лишний раз пошевелиться на своём месте, а затем только и делала, что нарывалась на неодобрительный взгляд мужчины. И как жаль, что только на него. Пустые обещания, Итачи-сан... Сейчас же он над ней не смеялся, не пытался как-то пристыдить за то, что она себе позволила.       — Вы хотели просто дать мне больше заданий?... — вопрос был максимально неуместен, но Сакура должна была спросить, потому что она совсем запуталась и не могла понять, что происходит. Злятся на неё? Стоит уйти? Остаться? Что? И она получает ответ. Не такой, как представляла, но такой, который позволяла себе лишь в фантазиях. Дотрагиваясь до женского подбородка и слегка приподнимая вверх, Итачи не давая больше повода задать вопрос, накрывает её губы поцелуем. Это было невозможно описать. Первый поцелуй был быстрый, необдуманный, спонтанный, а этот совсем другой. Он тягучий и нежный, как первое прикосновение рук, но такой же интимный, как дыхание у самого уха. Сакура больше не хотела плакать. Она хотела закричать, прыгнуть высоко-высоко. Хотела провести по его плечам, вцепиться в них и не отпускать. Но через мгновение всё закончилось, сменившись его шёпотом в губы:       — Я хотел бы подарить тебе подарок...       — Я уже его получила, учитель. Наконец узнавая этот игривые нотки в голосе, Учиха усмехается, качая головой.       — Не думай, что я теперь буду более снисходителен к твоей учебе. У Сакуры же почти фейерверк взрывается в груди, а с губ срывается счастливое хихиканье.       — У меня и в мыслях такого не было!