Живым возвращайся

- Может, все-таки останешься? - Прости, если сможешь, любовь моя, но этот вопрос бесполезен. ...Мы обнимались во тьме. Без Древ было так непривычно. Звезды глядели с высоты на наше прощание. Не хватало света. Не хватало сил. Казалось, даже воздуха не хватало. Да и стоит ли дышать? Как я ненавидела его в тот миг! Его проклятое чувство долга, готовность идти в неизвестность... Эту решимость пойти до конца. И как же любила! Любила, несмотря на то, что моя жизнь в эти минуты летела куда-то... под ноги Морготу, в зловещий, сотканный Унголиант мрак... Город суетился в сборах — и захлебывался в женских слезах. Я изо всех сил старалась не плакать. - Давай, я все-таки пойду с тобой. - Нет, melda. По нашему первому разговору я почувствовал: ты не готова. Да и мне будет спокойнее, если ты останешься. - И что? Мы вот так просто расстанемся? - Пойми — я иду не за новыми землями. Иду на войну. Хотя бы для того, чтобы Враг не пришел сюда. В предстоящих битвах с Морготом ты - не воин. Что ж, сама виновата. Ляпнула, что хочу остаться с подругой. И про терзающий страх неизвестности. Самое главное, что он прав. Когда он тренировался с нашими детьми, у меня не было ни малейшего интереса к этому занятию. Я буду только обузой. Никого из наших детей я тоже не смогла уговорить остаться. Больше всего, конечно, умоляла Ириссэ. Но она настроена еще решительнее, чем ее братья. Так ненависть боролась во мне с любовью. Но нет, нельзя провожать упреками. Едва сдержав крик, я молвила: - Возвращайся! И — полушепотом: - Живым возвращайся. Моя свеча всегда будет гореть для тебя. - Храни надежду, - ответил Нолофинвэ. - Даже один-единственный луч света может разрушить тьму. Вырвавшись из моих объятий, озаренный звездами, он сделал первые шаги в окружающий мрак. А я осталась в своей собственной тьме — с единственным маленьким лучиком надежды.