***

      Сколько часов уже прошло? Сколько алкоголя уже выпито? Да в общем-то, всего одна бутылка вискаря, запрятанная на особо важный случай. Ну, вот. Важнее некуда. Несколько часов назад, она ушла из ФЭС, уволилась. Просто не может там находиться. Так и ждёт, что сейчас Рогозина окликнет её, отправит куда-нибудь.. Кабинет её с закрытыми глазами проходит.       И на прощание придти не смогла.       Не верила. А её взяли и похоронили. И все видели, что там именно она, а не закрытый гроб, как уже было однажды. А она не видела. Не пришла. - Рита.. - Надо забрать у него ключи.. В отражении стекла, сам Стёпа кажется расплывчатым пятном, которое покачиваясь, медленно приближалось к ней.. У неё перед глазами всё мутно уже который день. - Иди к чёрту.. - Пусть уйдёт. Он уже уходил. Когда она уверяла, что это всё фальсификация и Рогозина никак не могла вляпаться в такое дерьмо. Он ушёл на прощание. Она не пошла. Пусть и сейчас идёт ко всем, пусть и дальше делают вид, что ничего не случилось и жизнь продолжается.. Ей с ними делать нечего. - Мы хотим своё расследование провести.. - Угу.. вперёд.. - Голова опустилась на руки, но руки тут же потянулись к пустой бутылке. Рита рывком поднялась. - Ключи отдай.. Они тебе больше не нужны будут. - Прикрывая глаза, Рита даже слёз не могла почувствовать. Их просто не было. Одна злость. Одна ярость. Одна боль. Но не слёзы. Может, проревелась бы и стало легче, а она не может. Даже вызвать эту долбанную солёную жидкость не может.. Где у неё сердце в этом теле? Даже пореветь не может.. - Если ты ушла, это не значит что мне стало всё-равно. Рогозина.. - Да замолчи ты.. Стёп.. - вот сейчас что-то в горле сжало с такой силой, что эти слова вышли так тихо и хрипло. - И иди домой. - Я волнуюсь за тебя. - За себя волнуйся. - Рита подтолкнула его к выходу. - У меня всё нормально. Я даже не ревела, если ты не заметил.       Вот это его больше всего и беспокоит. Проревелись все. И он в том числе. А Рита пребывает в каком-то шоковом ступоре. Который может в любой момент спасть. И тогда что? У них хоть есть цель, а она лишь задвигает боль от потери Галины Николаевны. Но эта боль в любой момент прорвётся наружу, и Стёпа не хотел, чтобы она оставалась в этот момент одна.       Рита закрывает за ним дверь, не в первый раз. Оставшись без ключей, Стёпа не унывает. Попасть в её квартиру он сможет и с помощью отмычек. Чем и пользуется, когда заезжает следующие несколько дней, привозит еду и замечает, как она все больше оправляется, и не с такой агрессией и безразличием упрекает его в нарушении всех частных границ. Но ему всё-равно. Он просто её любит. Она.. он не знает. Всё так сложно у них. Ничего нет, а они как-будто вместе. Как будто. Но ничего между ними нет.       Несколько раз он не заставал её дома. Мчался с бешено колотящимся сердцем в единственное место, куда она могла бы пойти, и молил бога, чтобы ничего не случилось. Рита молча смотрела на воду. Данилов молча стоял рядом. Потом они расходились. Она к своей машине, он к своей. Провожал её до дома и ехал к себе. Получал смс-ку "ну хватит уже" и со спокойной душой ложился спать.       Рита тоже. Другой поддержки в их общем горе, она не выдержала бы.       День, когда выяснилось что Галина Николаевна жива, Данилов вспомнит потом с трудом. Вспомнит только, как не мог дозвониться до Риты, но оторвать взгляд от Рогозиной, сидевшей на своём привычном месте, не мог никто.       Пришли все. Кроме Риты. И вопрос, чего это капитан Власова проигнорировала её воскрешение, повис в молчаливых взглядах в стол. - Она.. она ушла из ФЭС.. - Хотелось кинуться сейчас к ней, сказать что Галина Николаевна жива и здорова, но Данилов ещё сам в это с трудом верил, и ему нужно было немного подольше на неё насмотреться.. А потом он поедет к Рите.       Серёга Майский тряс кулаками и в красках описывал, что ему пришлось с отмычками попадать в её квартиру, чтобы собственными руками..       Стёпа прикусил губу, потупив взгляд в стол. Да. Серёга ему звонил тогда. Это сейчас он ещё сдерживался в передачи всех эмоций, что накрыли его тогда. Данилов его успокоил. Хорошо, что в это время она стояла на мосту у перил, а Данилов чуть подальше от неё, но рядом. Он бы наверно тоже тогда запаниковал. - А кто её отпустил? - хмурясь, обвела взглядом своих.. ребят, с таким цепким взглядом следившими за каждым её движением, и сердце обрывалось.. Такие они родные все.. И так жаль, что им пришлось это всё пройти. Рогозина встала. - Ну она у меня ремня полу-учит.. Стёпа, поехали.       Данилов сглотнул. Вот так сразу? А если у неё шок будет? У неё и так нервы в последние пару недель были ни к чёрту..       Галина Николаевна, порывшись в ящике стола и хмурясь, что кому-то бы руки оторвать за беспорядок что ей здесь навели, нашла планшет, прикрепила к несколько чистых листков, прицепила ручку. - Поехали. Надеюсь, оружия не понадобится, чтобы я обратно приехала с заявлением от неё.       В зале послышались тихие лёгкие смешки. Всё возвращается. ***       В дверь не переставая звонили.       Данилов бы уже воспользовался отмычками. Ничего не мешало ему врываться к ней, хоть ключи обратно отдавай.. Его бы даже не остановило, будь она не одна. Заглянул бы под одеяло убедиться что дышит, и ушёл бы.       Рита горько усмехнулась. Бросила в тазик мыльную тряпку. Вот сегодня ей захотелось намыть всё в квартире, первый раз за две недели, а ей кто-то вздумал помешать? Быстрым шагом Рита оказалась у дверей, и открыв их, сердце замерло, а рука медленно закрыла дверь обратно. - Рита.. - Идите к чёрту.. - Проговорила двери Маргарита, опасаясь, что теперь у неё начались проблемы с головой. Ладно Данилов ей по ночам снится, но это уже выходит за все границы. Надо выходить на работу. Надо сначала найти работу.. - Рита, это полковник Рогозина, если ты ещё не забыла. Со мной капитан Данилов.       Память откопала случаи, когда являются покойники и предупреждают о каких-нибудь событиях, и сердце забилось в страхе остаться и без него. - Вы Данилова не смейте забирать, полковник.. - Рита с горьким выдохом опустилась по двери вниз, - Он мне здесь нужен..       Стёпа затрясшейся рукой полез в карман за отмычками. Она думает, что у неё галлюцинации.. - Я открою.. - Голос сел, слова вышли с неестественной хрипотой, но в груди всё сжимало от слов, произнесённых Ритой. - Стёпа подожди. - Галина Николаевна придержала его руку и чуть громче, чтобы Власова её точно слышала, проговорила, - Капитан Власова сама откроет, потому что я хочу чтобы она встала сейчас с пола и открыла эту чертову дверь. Потому что я не уйду, пока она мне заявление на работу не напишет. Ишь, пока меня временно не было, улизнуть решила.. Я тебя отпускала? Нет! И ты ко мне на похороны не пришла. Почему?       Власова за дверями молчала. Какого хрена.. Этот телесный дух Рогозиной её ещё в чём-то обвинять собрался? Ну не попрощалась, а нечего их бросать..       Рогозина вздохнула, когда из-за дверей никакого движения не последовало и кивнула Стёпе, чтобы открывал.. Сама прислонилась спиной к стене, с нежными материнскими чувствами начав беспокоиться за Власову. Ничего ведь не показывает. А тут.. и сердце разрывается.. - Рита, - позвал её Данилов, предупреждая, - я сейчас дверь открою, отойди..       Голос Стёпы её словно вытащил из мрачных мыслей, в которых она уже упрашивала себя записаться к психиатру. Ради сына. Зачем ему мать с отклонениями в психике.. А они вроде сблизились, не хотелось бы разочаровывать ребёнка. Данилов..       Рита рывком вскочила на ноги. Она его ей не отдаст. - Стёпа.. - руки судорожно открыв дверь, убедились что за ними стоит живой Данилов, втянули его в квартиру и захлопнули замок. Рогозина даже от стенки оторваться не успела. - Рит..       Ладонью погладив его по щеке, Рита головой приложилась к его груди. - Данилов, у меня похоже глюки. Я Рогозину видела и слышала. - Всё с тобой хорошо. - Стёпа пригладил ей волосы, закрывая глаза от охватывавшего желания уберегать её от всего, - Рогозина жива. Как ты и думала, это всё инсценировка была. - Рита отступила, вглядываясь ему в глаза. - Нормально у тебя всё с головой. Она там, в коридоре, ждёт когда ты обратно ей заявление на работу напишешь. Сердилась очень.       Ноги подкашивались, и Рите пришлось сесть на пуфик. - Я впущу её? - Получив нерешительный кивок головы, Стёпа открыл дверь, впуская Галину Николаевну. Рита чуть подалась назад. Рогозина стояла перед ней во плоти, и желание дотронуться до неё оказалось слабее желания высказать ей всё, что она о ней думает. Она же уже не её подчинённый. - Да как вы вообще посмели.. - Ослабевший голос прервали. - Заявление мне пиши, и документы обратно отдавай. Стёпа, найди их. - Рогозина вложила ей в руки планшет, - Я тебя прощу, что не была на прощание, но если ты, через лет тридцать-сорок, ко мне не придёшь, я тебе такую жизнь весёлую обещаю.. Стёпа тебе не поможет. Пиши. Я жду.       В полной отключке, Рита выводила какие-то слова, едва удерживая ручку слабыми пальцами и временами останавливалась, бросала на Галину Николаевну неверящий взгляд и снова опускала глаза к листку. Протянула. - Ну вот.. Завтра жду тебя, в приказе расписаться. Не мне же к тебе ходить. И на смену я тебя завтра ставлю. Со Стёпой. Чтоб больше ничего в твою голову не приходило. Всё ясно?       Последовал заторможенный кивок. - Стёпа, проследи чтоб пришла. - Взгляд Галины Николаевны потеплел, и она подошла ближе к Рите. - Я очень рада, что когда-то ты у нас появилась. И я очень ценю тебя. Ценю всех, кто со мной рядом. И очень вас всех люблю. Мне жаль, что пришлось так поступить. Жаль что вам пришлось пережить. Не закрывайся больше ни от кого. За тебя переживали все. - Рогозина погладила ладонью по голове Риты, так и сидевшей на мягком маленьком диванчике, не сводя глаз с неё. Как и все, кто находился недавно в ФЭС. - Только попробуй завтра не придти.       Не дождавшись никакой другой реакции у капитана Власовой, Галина Николаевна забрала у Стёпы конверт с документами, даже не думая, откуда он мог знать где они у неё лежат, и вышла из квартиры, мягко захлопнув за собой дверь.       Наступила долгая тишина.       Власова отходила от гипнотического появления бывшей начальницы, вернее уже снова её, а стоявший у стенки Стёпа, не сводил глаз от молчавшей Риты. Но вот она поднялась на ноги. - Ты бы видела наши лица, когда мы Рогозину в коридоре увидели. Майский даже перекрестился. - Хотелось немного снять то напряжение, которое сейчас наполняло небольшое пространство коридора. Но это не помогло. - Чай.. - Рита помолчала. Продолжила, - будешь?       Стёпа оттолкнулся плечом от стены. Не понравилось ему как она замолкла. Он сделал к ней шаг. И ему показалось, что именно сейчас наступит тот самый момент, от которого никуда было не деться. Это не прожитое чувство утраты, не оставленное там, в прошлом, смешается со всеми эмоциями, которые наполняли всех, когда они узнали что Рогозина жива. Облегчение и радость против тяжести от потери и злости на весь мир.       В её глазах появились слёзы. Потом дрогнул подбородок. А потом она шагнула к нему и медленно спряталась. От всего. Стёпа быстро сглотнул, избавляясь от плотного комка в горле. Окутывая её руками, прижавшись губами к мягким волосам, он долго ждал.       Ждал, когда ладони, прикрывавшее лицо, ослабев, соскользнут ему на грудь, и пальцы захватят в кулак уже мокрую ткань форменной куртки. Ждал, когда собранное в тугой комочек тело, начнёт расслабляться до мелкой дрожи и освобождаться от переполнявших его чувств. Ждал, когда она несколько минут стояла тихая, не двигаясь.       Он тоже не двигался. Закрывал её, хоть никого больше здесь и не было. Укутывал, когда она молча кричала, и только он её слышал. Оберегал, пока она доверялась ему. И был спокоен. Должен был. Но внутри всё разрывало, всё резало, всё кровоточило.. Он любит её. Он болеет за неё. Он живёт ею.       В порыве охвативших его самого эмоций, он крепче прижал её к себе. Спокойным быть не получалось. Отпускать её, а она сделала слабую попытку от него отойти, тоже. - Стёпа.. - губы, мокрые, горячие, вжались ему в шею. - Я бы ей тебя не отдала..       Стёпа утыкается ей в шею. Его грудь то сжимает, то колышет, когда он пытается справиться с внутренним штормом, в котором сейчас бились сразу несколько чувств. Любовь, нежность, надежда..       Рита вновь прислоняется к его груди щекой и расслабляется. Их тела словно сливаются в единое целое.       Стёпа помнит, что между ними ничего нет.       Рита знает что есть, и никому его не отдаст.