Пролог

Шел третий год, как началась разрушительная и крупнейшая за всю историю война. Все мужчины, которым уже больше 16 лет, отправились на фронт, оставляя свое будущее, прошлое и, в первую очередь, настоящее. И я не стал исключением. — Дэн, они пробили третью линию, надо отступать! — Да вижу я и без тебя, заткнись и дай работать, — сухо ответил я. Ситуация на фронте для России поворачивалась не в лучшую сторону. Со всех сторон ее обступили противники, жаждущие новых территорий, технологий и в целом, новых возможностей. 90% территории Беларуси и Украины на европейском фронте были захвачены. Мы бились за последний город под нашим контролем на территории Беларуси — Оршу. Довольно важный город, ведь через него проходят железнодорожные узлы, связывающие сейчас Россию с Беларусью. Враг медленно и уверенно наступал. Мне уже видны были из прицела снайперской винтовки литовские нашивки. Элитный батальон «Железный волк» не щадя убивал моих боевых товарищей. «Черт, а ведь там Серёга!»: подумал я и начал выбираться из кустов в лесу недалеко от окопов. -Денис, идиот, куда ты полез? Жизнь совсем не дорога?! — воскликнул Артем. Ему было всего 16 лет, когда его призвали. В словах его чувствовался неподдельный страх. — Я пойду за Серым. Его нельзя оставлять там, «волки» его просто съедят. Прикрой меня, — сказал я, чтобы он не полез за мной и в случае чего зазря не погиб. Вокруг взрывы, паника. Страх охватывал меня с каждым сантиметром моего приближения к окопу. И вдруг я услышал детский плач откуда то из-под завалов неподалеку. «Да ну нахер»: я просто остолбенел от такого поворота событий. Похоже с Серёгой предстояло повременить. Я пополз на звук. Ребенка оставлять одного нельзя, «Железный волк» также имел дурную славу «карателя» мирного населения. Уже подползая к старому минивену «Фольксваген», я заметил макушку маленькой, лет шести, девочки. Малышка не могла остановиться плакать. Я взял рацию и, зажав кнопку разговора, сказал Артёму: -Артем, у нас внештатная ситуация. Гражданский ребенок на передовой. Я передам его тебе, а потом вернусь за Сергеем, — уже обращаясь к девочке, — Пойдем со мной, не бойся, я приведу тебя в более спокойное место, но тебе придется внимательно меня выслушать и дальше во всем беспрекословно слушаться. Ты поняла меня? Напуганная и без того девочка коротко кивнула. -Итак, сейчас мы с тобой поползем. Я буду ползти, прикрывая тебя спиной… Взрыв. Короткая, но очень мощная звуковая и вибрационная волна прокатилась на метров 30 от воронки в разные стороны. ОНА ВЗОРВАЛАСЬ БУКВАЛЬНО В 20 МЕТРАХ ЗА МИНИВЕНОМ! Чудом осколки не пробили боковые стекла с той стороны. На глаза ребенка начали снова наворачиваться слезы. -Малышка, послушай, надо ползти, не волнуйся, я тебя прикрою, — я и сам был напуган, но теперь уж точно ставил жизнь ребенка выше своей, — сейчас мы с тобой начинаем ползти. Ты ползешь так, чтобы мое тело прикрывало тебя. Я сейчас вылезу из машины, а ты сразу под меня, поняла? От испуга девочка не могла выдавить из себя ни звука. Я начал действовать. Быстро выпал из машины, положил девочку рядом с собой и начал лёжа аккуратно двигаться в сторону тех кустов, в которых находился Артем. До них было метров сто. Было очень жутко. Подумать только, теперь на мне лежит ответственность за чью-то, помимо моей, жизнь! Вдруг я услышал крик одного из наших солдат: -МУЖИКИ, ОНИ В ОКОПЕ, У НИХ ОГНЕМЁТ, БЕГИТЕ! БЕГИТЕ! БЕГИТЕ! «Бегите, бегите, бегите…» Моё сердце сжалось. Сергей… Нас пока не должно было быть видно литовцам, но я уже слышу выстрелы Абрамсов, которые начали движение и огонь после захвата окопа. Мой слух в общем обострился. Я мог уловить уже и еле слышные команды офицеров Литвы: «Nieko negailėkite, pribaikite žiurkes tranšėjose ir valydami gatves, greitai, kekšės!» Это значило что-то около «убивайте всех без исключения». Тем временем мы уже были в 20 метрах от тех самых кустов. Я взял рацию быстро проговорил: -Тема, готовься забрать девочку, 20 секунд! -Слушаюсь, ожидаю! — голос Артема прямо ощутимо дрожал. И вдруг в 40 сантиметров от меня пронеслась пуля и врезалась в песок на земле. Это значило только одно — нас обнаружили и мы на прицеле. Я видел только один вариант развития событий, однако выживет только девочка. Мне придется пожертвовать жизнью. Жизнью. Как же это, блять, плохо. На раздумия мне оставалось лишь пару миллисекунд. Я быстро вскочил на ноги и помчался к кустам и укреплению за ними, держа девочку перед собой и прикрывая от потенциальных врагов сзади. Странное ощущение в области спины — первая пуля. Со звоном вторя пуля отрикошетила от каски. Дальше — хуже. Целая автоматная очередь была направлена мне в спину, а ведь оставалось всего метров 5-6 навскидку. Я старался игнорировать ужасную боль, но моя скорость начала снижаться. Литовцы перестали стрелять, видимо уже понимая, что мне не жить, и упаду я через пару секунд. -Артем, Артеееем, забери малышку, она должна жить! — с хрипом и надрывом прокричал я. Из-за кустов показался сначала шлем, а потом и испуганное лицо Темы. -Я бросаю, лови и убегай вместе с ней, обо мне забудь, я уже не жилец! С этими словами я бросил маленькую, лет 6 девочку своему напарнику. Он поймал ее и сразу же пропал. Я упал. Обмяк. Расслабился совсем. Жаль Серёгу. Ему было как мне — 25 лет с небольшим. Наверное тоже погиб. И ведь правду говорят — жизнь перед глазами проносится. Как наяву я увидел свою Дашеньку. Милая такая, как всегда. Стоит, улыбается. Люблю её. Мы поженились за пару лет до начала войны. Хорошие были времена… Все кануло во тьму. «Сон что-ли?..»: подумал я последний раз в своей жизни.