Глава 54. Кто я?

      Проснулся я резко — словно кто-то выдернул меня из глубокой, вязкой тьмы. В последнее время я ненавидел тьму. Когда я закрывал глаза в голову начинали лезть неприятные, гадкие и удручающие мысли. И я еле справлялся с ними в одиночку.       Первое, что я почувствовал была боль в виске. Второе — тошноту. После комнату начало вести в сторону, качать. Я медленно сел, опираясь на локти. У меня уже получалось сидеть дольше пары секунд и даже не чувствовать головокружения. Утреннее солнце показалось из-за зашторенных занавесок и я улыбнулся. Это было приятное, теплое летнее солнце. Оно проникало в комнату, окрашивая стены в рыжие цвета. И эта частичка спокойствия, обыденности и нормальности меня успокаивала. Ни войны, ни смертей, ни криков. Только тишина и восходящее солнце. Я хотел взять стакан воды с тумбочки, повернулся, но когда наткнулся на маленькое зеркальце, замер. Отражение из прямоугольного зеркальца смотрело прямо на меня. Мужчина с резкими чертами лица. Бледный. С короткими светлыми волосами, чуть растрепанными. Измученное лицо и сжатые плечи. Белесая повязка на виске. Кажется, недельная щетина.       Знакомые детали, но целого образа нет. Как когда смотришь на фотографию давнего знакомого или родственника — ты будто бы узнаешь черты, но не можешь назвать человека на снимке. Я моргнул. Отражение повторило за мной. Я нахмурился. Отражение — тоже. И все равно…я не узнавал его. Словно передо мной был кто-то другой. Глаза все еще мои — светлые. Но взгляд мне неизвестен. Слишком тяжелый, измученный, далекий, пустой. Неужели я на самом деле так выгляжу? Я наклонился ближе надеясь, что, возможно, так получится что-то разглядеть. Но ничего не получалось. Лицо распадалось на детали: нос — отдельно, губы — отдельно, линия скул — отдельно. Вроде бы все складывалось, но в то же время не складывалось ничего. Я не понимал, кто передо мной. Я не узнавал человека в отражении. Мое сердце пропустило удар.       — Кто ты…— выдохнул я.       Паника поднялась, как ледяная волна. Грудь сдавило.       — Это…не я, — прошептал я надломившимся голосом. — Не я…       Мир вдруг поплыл. Стены задвигались. Сердце заболело. Я резко отодвинулся от края и потерял координацию, чуть не упал с кровати.       — Нет…нет..нет…— я зарылся пальцами в свои короткие спутанные волосы, впиваясь пальцами в кожу головы так, будто мог силой вызвать утраченные воспоминания. Я ощутил под пальцами бинты. Дыхание стало рваным, резким, сбивчивым. Комната потеряла свои четкие формы и превратилась в одно большое размытое пятно. Я не слышал ничего. Ни шагов, ни открывшейся двери. В моей голове стоял звон. Но потом кто-то осторожно коснулся своими теплыми ладонями моих.       — Клаус.       Голос. Тихий, ровный. Знакомый. Самый знакомый из всех. Мой единственный якорь в этом хаосе.       Я поднял глаза. Фигура передо мной расплывалась, но силуэт я узнал.       — С…Сара…— прошептал я дрожащим голосом. Казалось, еще немного и я начну откровенно рыдать. — Я здесь, — она опустилась рядом со мной на край кровати. — Дыши. Дыши вместе со мной. Все хорошо.       Все отвратительно.       — Я…— слова застряли в горле вместе с криком о помощи. — Я не узнаю себя. В зеркале. Я смотрю…и не понимаю, кто это.       Сара вздрогнула, но после постаралась собраться с силами. Она ожидала этого. Она готовила себя к такому исходу событий.       — Это пройдет, — сказала она мягко. — Это временно, слышишь? Даю слово. Но я знаю, что это страшно.       Я всхлипнул против воли. В горле встал ком, глаза защипало. Я буквально рассыпался на части. Я не узнаю людей вокруг, я не узнаю своего лица. Сара придвинулась ближе и положила мою холодную ладонь себе на щеку.       — Вот. Это я, — сказала она тихим, спокойным голосом. — Почувствуй, — и я почувствовал ее теплую гладкую кожу. — Это я. Почувствуй форму моего лица, ощути движение моих губ, текстуру волос. Запоминай.       И я пытался запоминать. Медленно поглаживал женское лицо. Не слишком откровенно или грубо, осторожно и медленно. Моей целью было собрать ее образ заново.       — Я Сара. Ты знаешь меня, Клаус.       И я действительно ее знал. Но теперь мне приходилось узнавать ее иными способами.

***

      Через час — когда все вышли — я решил попробовать встать. Тишина слишком давила и действовала мне на нервы. Я чувствовал себя беспомощным и хотел попытаться сделать хоть что-то самостоятельно.       Я медленно сел. Поморщился. Висок стянула тупая боль. Но я упрямо уперся ладонями в матрас…и поднялся. Ноги дрожали. Но стояли пока я держался рукой за край кровати. Я сделал один медленный шаг. Половина палаты расплылась, к горлу подступила тошнота. Я схватился за тумбочку, но рука соскользнула. Я услышал, как распахивается дверь и послышался голос Сары:       — Клаус?! Что ты…       В тот момент я не мог ей ответить — у меня кружилась голова и слабели ноги. Я, кажется, падал. Она кинулась ко мне почти бегом и поймала, удерживая всю тяжесть моего тела и прижимая к себе.       — Ты…с ума сошел?! — ее голос нервно дрожал. — Ты упал бы головой на пол! Ты снова хочешь вернуться на операционный стол?!       Я держался за нее, потому что не мог стоять.       — Я…должен…попытаться…должен быть сильным.       — Сейчас ты должен жить! — крикнула она. — Только это и ничего другого! Ты понимаешь?!       И впервые я услышал страх в ее голосе — не злость, не тревога, а страх. Страх потерять и не успеть.       Она осторожно усадила меня обратно на кровать и сразу же устроилась рядом. Я чувствовал ее ладони на своих руках. Мое тело дрожало, я задыхался и не мог успокоиться. Сара осторожно прижала мою голову к себе, мягко удерживая, поглаживая по волосам.       — Пожалуйста, — она практически умоляла меня, — не делай так. Хотя бы не один…       Я крепко вцепился в тело фройляйн Доун, прижимаясь к ней всем телом, стараясь унять дрожь. В тот момент я чувствовал себя маленьким ребенком, которому приснился кошмар и он пошел к маме за помощью. Я был совершенно беспомощен и слаб. Мой мозг, казалось, разрывался на части.       Позже, после того как Сара внимательно осмотрела меня и в тысячный раз сказала быть осторожным, я пытался настоять на том, что стоит попробовать еще раз.       — Клаус, нет, — Сара сразу покачала головой. — Ты не готов.       — Я должен попробовать, — повторил я в который раз. Сара смотрела на меня, нахмурив брови. — Позови Оливера, — предложил я через пару минут размышлений. — Вы вдвоем точно сможете мне помочь.       Сара внимательно осмотрела мое лицо, задержала взгляд на повязке, поджала губы.       — Ты же понимаешь, что я все равно добьюсь этого, — тихо прошептал я, стараясь выдавить из себя некое подобие улыбки. Но мое тело было слишком измотанно.       — Понимаю, — ответила Сара, сокрушенно выдохнув и прикрыв глаза. — Ты слишком упрям, чтобы сдаваться, — ее губы изогнулись в тонкой улыбке.       — И поэтому нужно попробовать, — продолжал настаивать я, склоняя голову. — Если не получится, то я буду добросовестно отдыхать и набираться сил.       Фройляйн Доун смотрела на меня, что-то обдумывая в своей голове. После она покачала головой и медленно отпустила мою руку, которую все это время крепко держала.       — Я позову Оливера, — произнесла она наконец.       — Спасибо, — искренне сказал я, смотря за тем, как Сара поднимается с кровати и отходит к дверям. У самого выхода она вдруг обернулась и посмотрела на меня строгим взглядом.       — Только сиди смирно, — серьезно произнесла она. — Иначе нам с Оливером прийдется привязать тебя к кровати и отдать на растерзание Алисии.       Я не заметил, как улыбнулся — коротко, но искренне.       — Достаточно серьезная угроза, — заметил я, наблюдая за тем, как Сара исчезает за дверью.       Через пару минут Сара вернулась ко мне в комнату вместе с Оливером.       — Так ты решился испытать себя, дружище? — первым делом спросил Раш, подходя ближе к моей кровати. Я взглянул на него и все внутри опять сжалось. Я все еще не узнавал его лица хотя где-то в глубине души надеялся, что смогу увидеть знакомые черты. — Ты только недавно очнулся, твоему телу необходимо восстанавливаться и это не быстрый процесс.       — Я хочу попробовать, — настаивал я, уверенно — насколько это возможно — глядя на Оливера. Я услышал, как Раш сокрушительно выдохнул.       В итоге Сара встала с одной стороны, а Оливер — с другой.       Я медленно опустил ноги на пол, холодная плитка обожгла ступни. Мои руки намертво вцепились в локти Сары и Оливера, которые уверенно и крепко держали меня. Мне удалось медленно выпрямиться. Все было нормально, я стоял и меня практически не шатало.       — Только три шага, — сказала Сара рядом. — Потом остановишься и отдохнешь.       Я сделал один шаг. Оливер придерживал меня за поясницу, а Сара — за плечи. Пол под ногами шевельнулся. После второго шага я случайно задел ногой стул и чуть не оступился. Я замер.       — Я…не помню, где что…— прошептал я.       — Это нормально, дружище, — Оливер мягко погладил мое плечо. — Травма затронула твое восприятие. Мы будем помогать тебе учиться заново. Все вместе. Сделай еще шаг.       И я сделал еще шаг. Чуть более уверенный, чем прежде. Я заметил какой-то блеск. Маленькое зеркало висело у стены. При помощи Сары и Оливера я подошел ближе. Я понимал, что вряд ли что-то увижу, но отказывался верить в это. Смотрю. И не понимаю, кто передо мной. Мое сердце опять замерло, руки впились в запястья Оливера и Сары. Пол под ногами стал мягким, зыбким. Я почти рухнул, если бы две пары рук меня не удержали.       — Так, приятель, — это был голос Оливера, уверенный, но взволнованный. — Сядь. Сядь, не геройствуй.       Они усадили меня обратно на кровать.       — Это просто приступ, — заговорила Сара мягко, но быстро, чтобы успеть помочь мне. — Дыши. Дыши ровно. Ты знаешь, где ты. Ты знаешь, кто ты. Ты в безопасности.       Я сильнее зажмурился и осмотрелся. У стены стояло простенькое коричневое кресло…и я не мог понять, что это кресло. Только то, что это — привычный предмет с незнакомой формой и контуром, который никак не сходится со всем, что я знаю. Паника ударила в грудь.       — Я…— мой голос захрипел. — Я не понимаю…это…что это?       Сара сразу же взяла мое лицо в свои руки, неотрывно глядя в глаза.       — Клаус, смотри на меня. На меня. Не на предметы. На меня, — Я не мог смотреть в ее глаза. Я не видел ее глаз. Это мучило меня больше всего. Я лишь видел легкие оттенки — чистые, теплые, светлые. Голова пульсировала так сильно, что хотелось кричать. Я зажмурил глаза и с силой прижал ладонь к виску. Сара сразу же деликатно взяла мою ладонь. — Тише, Клаус, — ее голос был единственным якорем в этом аду.       — Что со мной…будет? — спросил я хрипло и ощутил, как девушка наклонилась ближе.       — С тобой все будет хорошо, Клаус. Но ты должен верить не только мне, но и себе.       Я открыл глаза. Ее лицо было рядом. Слишком близко. Слишком безликое.       — Сара, — я выдохнул, сжимая челюсть до скрипа зубов. — Я никогда не боялся войны. Никогда. Но сейчас…мне страшно.       Она не отвернулась. Вместо этого Сара деликатно прижала меня к себе, уложив мою голову на свое плечо. Я услышал шаги. Это был Оливер. Я ощутил его твердую руку на своем плече.       — Всем бывает страшно, дружище, — произнес он тихо, плавно поглаживая мое плечо. — Но ты не один.       — У тебя есть люди, которые помогут тебе, — мягко и искренне прошептала Сара, поглаживая мои волосы. — И ты справишься. А мы все тебе поможем всем необходимым.