Акт XIV.

Тюрьма. Никогда не думал, что попаду сюда. Не знал, что тут будет именно так. Маленькая комната два на два, твёрдая железная лежанка безо всякого матраса или постельного белья. Еды тоже практически не было. Давали отвратную похлёбку. Первые дни брезговал, а потом... Голод, брат, не тётка... Я вёл счёт дней. Не терял времени и думал. Я нахожусь тут уже вторую неделю. Смогут ли меня вытащить отсюда? Нужен ли я кому-то там? Обстановка подавляла во мне всякие чувства надежды на спасение. Я думал, что вот-вот придёт моё время и меня просто убьют. Как убили здесь многих. Дверь хоть и была тяжелая, да и стены из железа и бетона, но истошные крики других сидельцев звучали неоднократно... Всё же несмотря на это тут было тихо. Учреждение было, наверное, специальное, прикреплённое только к Судзуихаре. Наверное. Всё это лишь мои догадки. В этом месте я не знал ничего точно. Сколько было время? Насколько в этот раз будет ужасна похлёбка? Будет ли жарко или холодно в камере? Насчёт последнего. Иногда в моём каземате напрочь выключали отопление. Было жутко холодно. Я забивался в угол, стонал от холода, пытался согреться собственным телом. Японский климат хоть и не был таким холодным как, например, в той же Сибири, но всё же моя небольшая комната стремительно теряла тепло и превращалась в огромный холодильник. Было небольшое окно. Свет из него помогал мне определять время суток. Однако оно было слишком высоко, чтобы посмотреть в него. Мыслей о побеге не было. Я просто не знал что мне в этом поможет. У меня не было ничего. Ту миску, в которой была похлёбка каждый раз отбирали, а в камере было пусто. Ни одной щели, пробоины... Тюрьма была новой. И вот вторая неделя. Я более-менее акклиматизировался в новых условиях. Похлёбка была не такой уже и отвратной теперь, а периоды, когда отключали отопления уже не вызывали того страха, что в начале. Однако страх был. Страх неизвестности. В один момент, после принятия пищи, охранник снова отобрал у меня миску. Его остановил другой охранник и завязался диалог. — Накормили? — — Да. — — Выводите его. Ему уже вынесен приговор. — Охранники были непоколебимы. Мне казалось, что в этом заведении работают самые чёрствые и хладнокровные люди. Люди, которые не дрогнут ни от чего. Спокойный, дежурный тембр голоса. Агенты Судзуихары казались мне детьми, по сравнению со здешними жандармами. Меня вывели из камеры и повели по коридору. Снова этот коридор... Когда я видел его - дежавю. Будто я уже гулял тут. И камера... Складывалось чувство, что я уже всё это видел и был тут. Справа были такие же камеры. Стальная дверь, а за ней, наверное, сидит такой же невольник... Мы вышли в просторную комнату. Здесь было три выхода. Куда они ведут - я не знал, однако охранник мешкал. В этой комнате была будка охраны, в неё можно было подняться по лестнице. С неё открывался вид на весь этот коридор, а внутри дежурили охранники. Охранник смутился и разозлился, будто... напоказ. Он ударил меня в бок, отчего я сразу скрючился и схватился за больное место. Но не стонал. Если буду молить о пощаде, то получу ещё добавки. В виде телесного наказания. Он взял меня за плечо и повёл за собой. Дверь, коридор, дверь и... Небо... Это был двор. Просторный двор, правда огороженный забором и колючей проволокой, но... Улица! В душе я ликовал. — Куда ты его повёл? — сзади возник охранник, окликнувший моего конвоира. Тот ничего не сказал. Не стал думать. Всё было уже решено. Он достал пистолет из кобуры, выстрелил в того охранника и толкнул меня в сторону. Тут я заметил машину. Грузовик. Задние двери его открылись и я увидел таких же охранников. — В грузовик! Живо! — крикнул мне стрелок. Я подчинился и побежал. Разогнавшись, я прыгнул и влетел в грузовик. Стрелок не стал мешкать. С минуты на минуту сюда сбежится вся тюрьма... Он развернулся и побежал к машине. Выстрел, выстрел! В него стреляют! Ноги у него подкосились и до машины он уже ковылял. Оставались считанные метры до спасения, он ковылял... Один из моих спасителей в машине скинул брезентовое покрывало с нечто и взял... Американскую автоматическую винтовку. Это была M16A2. Магазин на 30 патронов, довольно не дешёвая, распространённый патрон в Японии. Он начал палить по охранникам из тюрьмы и даже несколько из них упали от такого шквала огня. Другой подбежал к раненому и схватил того за подмышки и понёс к машины. Он дотащил его, двери захлопнулись и машину тронулась. — 50 секунд! Управились! Да! — спасители радовались. — 50 секунд? — спросил я, не понимая. — Да. Ещё бы чуть-чуть и на смену заступил бы другой охранник. Он отвёл бы тебя в укромное место, где тебя бы и убили. Вот так и избавляются тут от людей. Тебе очень повезло, что с приговором медлили. Многих расстреливают через день, после прибытия в этот... лагерь смерти. — — Повезло.. — печально сказал я. А чему радоваться? Я был на волоске от смерти. Раненному оказали первую помощь, он был в порядке. Все остались живы, спасены и операция эта была выполнена. — Едем в штаб. С тобой лично хочет поговорить господин Такуми. — — Кто это? — — Не знаешь кто это? Оно и правильно. Главный. Он самый главный в организации, если говорить проще. В 40-50 года он был одним из ведущих оперативников в Токио. Говорят, ему почти удалось убить лидера Судзуихары. Бой был тяжелый и он чуть не умер. Его ноги... Он парализован. Перебито несколько позвонков, отчего он может ходить. Всё же он возглавил нас, после смерти старого лидера. — — А старый лидер?.. — я не успел договорить. — Ещё поворот и мы на месте. Кончайте разговаривать там! — строго с переднего сиденья крикнули нам. Мы замолкли. Оказавшись уже на месте, мы вышли из авто. Снова небо... Значит, я нужен организации. Но зачем? Я всего лишь рядовой солдат, которого и жалко-то не должно быть... Приехали мы к очередному подвалу. Видимо, снова убежище. Были мы где-то снова на окраине Токио, однако здесь я уже слабо могу ориентироваться. Не местный. Лестница вниз, коридор, дверь в кабинет... Агенты оставили меня у двери, я постучался и вошёл. За письменным столом сидел неприметный... дедушка. Самый обычный и без всяких отличий пожилой мужчина. Он курил старую трубку и перебирал свои бумаги. У стола стоял на полу старомодный портфель. Кабинет выглядел довольно уютно. Не хватает только окон. Стол был в идеальном состоянии. Никакого бардака, кип бумаг и всякого мусора. Всё было идеально. Стопка бумаг справа, а слева печать и ручка. Он был увлечён работой и, видимо, от этого и не заметил моего присутствия. — Извините? Вы меня вызывали. — Дедушка поднял голову, прищурился и одел свои очки, после чего улыбнулся и кивнул мне на стул напротив. — Да-да, конечно... Присаживайтесь, Муракава. — Я сел. Стрельба, убийства, тюремное заключение - и всё это за малый промежуток времени. Я окаменел. Полная эмоциональная стабильность. Нервы словно стальные прутья. Казалось, что меня уже ничем нельзя удивить или напугать... — Как видите... Обстановка сейчас никудышная. Мы забились по норам. Операции и, собственно, наш факт существование - всё это строго засекречено. Двадцать пять лет назад... — И он начал свой рассказ... ... Что-то остановило меня перед заданием. Я встал как истукан и уставился на календарь. 23.06.1964. Я оглянулся.. За моей спиной была исхудалая квартира, где-то на окраине. Практически нет мебели, старые обои, потрёпанный пол. Однако было чисто. Нет пыли, мусора... Денег слишком мало. Всё уходит в... организацию. — Уже уходишь? — сзади прижалось ко мне некто приятный и нежный. Она положила свою голову мне на плечо. — Да, пора бы.. Ночная смена на предприятии. Иначе уже и на хлеб денег не будет.. — — А когда придёшь? — Её голос был немного заспанным, усталым. Голос был родным. Я любил её, но она представляла для меня опасность. Для нас опасность. Я это знал. Знал, что не стоит любить, пока ты в опасности. Знал... — Надеюсь, утром уже отпустят. Приготовишь завтрак как в тот раз? Получилось очень вкусно.. — — Ты только там... осторожно.. Снова в газете про несчастные случаи на заводе пишут. — — Я всегда осторожен, дорогая. — Она поцеловала меня в щеку, снова улыбнулась и отстранилась. Ушла снова в спальню. Я вздохнул. После того, как мы съехались появилось много забот. Например, не ловить пули. Раньше было плевать. Вендетта затмевала всякие чувства. Теперь уже сама вендетта канула в лету. Вместо неё появилось новое чувство. Более приятное. Хватит рефлексий. Пора за дело. Подъезд, улица, ночной фонарь.. Город заснул. Просыпалась мафия. В этот раз они купили якудзу. Одна группировка продалась, вошла в состав Судзуихары. Наши кроты были везде. Организация росла с каждым днём, масштаб операций увеличивался. Доходило до того, что либо нас, либо их расстреливали средь бела дня. В открытую. Война стремилась перейти в открытую стадию. Я хотел революции, хотел свершить её. Чтобы всё захлебнулось кровью... Но я не могу этого допустить. Не могу... Моей целью на эту ночь был ангар в порту. Там и располагалась отделение мафии. Снова убить всех. Нельзя никого оставить в живых. Эти воротилы уже успели прикончить несколько наших ребят.. Нельзя допустить новых потерь. Порт был рядом с окраиной, поэтому я добрался быстро. Натянул балаклаву на лицо, вытянул из внутреннего кармана пистолет и накрутил на него глушитель. Чтобы не разбудить ночной город... Оценив обстановку, я увидел открытое окно в ангаре. Чтобы до него добраться, нужно было преодолеть несколько метров высоты. Там стояли контейнера и я решил карабкаться по ним. Я оказался на вершине. Взглянул в окно и там оказалось несколько стрелков. Шестеро бандитов. Двое сидели посередине комнаты и играли в карты, двое сторожили вход в ангар, один уже видел пятый сон, сидя на коробках, а последний чистил оружие. Вооружение было скудное. На карточном столе было пара пистолетов, у парня у двери был небольшой пистолет-пулемёт, спящий был без оружия, последний же был с разобранным стволом. Разведка подошла к концу. Я забрался в окно и оказался в тени. Освещение в этом месте было скудное. Меня было не видно, вспышки от оружия тоже не может быть. Всё было идеально... Сначала я сработал по спящему. Тот уснул, но уже навсегда. Затем по парню, который чистил оружия. Все детали забрызгал своими мозгами.. Пара пуль в того, что стоял у входа. Он упал с грохотом, отчего игроки встали и довольно сильно испугались, схватились за стволы и стали нервно оглядываться. Я не стал их как-то мучить или насмехаться над ними. Было плевать. Я просто убил их. Убил всех шестерых бандитов. Этой ночью они точно не были профессионалами. Не было в них профессионализма. Возможно они были и убийцами, но некто с глушителем остудил их пыл. Теперь ещё парочка агентов будут жить, а Судзуихара потеряла союзника. Всё прошло слишком быстро. Домой не было идти смысла. Я сказал, что буду только утром. Снова в бар... Слишком много выпивать тоже нельзя, ещё домой как-то идти надо было... Оружие было надёжно спрятано в куртке. Его найдут только если начнут обыскивать меня, прохлопывая по всем карманам. Она ещё не находила его. Я обычно оставляю его перед домом в небольших схронах. Мой рабочий инструмент слишком грязный, чтобы хранить его дома... Время подходило к раннему утру. Я выпил последнюю пинту пива на сегодня и пошёл. Сигарета в этот момент спасала. Было приятно идти по улице, когда город только просыпался и закуриваться в удовольствие... Я дошёл к своему дому, сбросил пистолет в схрон и затушил сигарету. Она не любит запах сигаретного дыма... Аккуратно закрыв за собой дверь, я вошёл внутрь. Ночная смена подошла к концу... на сегодня. ... — Тогда всё было по другому... Совсем по другому. Что-то я заговорился о старом.. Стоит перейти к делу. — Старик минут двадцать рассказывал мне про прошлое. Тогда и правда... всё было по другому. Они вербовали к себе головорезов из якудзы? Занимательно... — Дело касается твоего крайнего задания. Так получилось, что твоей целью стал.. глава Судзуихары. Это правда? — — Да. Это был он. — — Начнём с того, что это была ошибка. Никто не знал, что ты попадёшь именно на него. Ориентировки смешались. Ты должен был убить другого человека. Этого...русского демона никто до сих пор не смог убить. Его и найти очень трудно. Всё это глупая случайность и тебе, сынок, очень повезло остаться в живых. Он беспощаден. Совершенно. Хладнокровен, словно зверь. В нём нет ничего человеческого. Узнать где он - великая удача. Но благодаря этому опыту мы смогли найти пару зацепок. Это приведёт нас к нему. Если мы его убьём - то всей Судузуихаре конец. Мы уже прекратили все попытки революции. Иначе всё.. всё будет в крови. Писание гласит об обратном и мы должны следовать ему. Достаточно будет лишь ликвидировать нашего главного врага и все смерти прекратятся. — — Что мне делать дальше? — — Можешь отдохнуть после заключение. Мало кто выбирался из тех стен... Я обязательно ещё свяжусь с тобой. Это не последняя наша встреча, Муракава. — — Спасибо. Я могу идти? — — Конечно, можешь быть свободным. — Я встал со стула и направился к выходу. Беседа с дедушкой подошла к концу. Пора ехать домой. Последние воспоминания о доме ломали меня в тюрьме. Смерть родителей... Казалось, что я остался один во всём мире. Всё же я смирился там. Там я со многим смирился. Смирился со своим новым образом жизни. Многое понимаешь, когда находишься в маленькой коробочке без всего. Наедине с мыслями... Я закончу это дело. Я обязан его закончить. Одежда на мне была та же, в которой меня и взяли. Да и был я совсем не опрятным. Душ сейчас бы был идеальным средством снятия стресса. Отмыться от всего. Я вышел из подвала и оказался на улице. Было только утро. Я неспешно пошёл по улице, сунув руки в карманы. Люди странно смотрели на меня. Я сильно выделялся на фоне общей картины. Опрятные, ухоженные люди со "свободной" от мыслей головой смотрели на меня как на чужака. Мужчины бросали неодобрительные взгляды, а некоторые дамы даже хихикали у меня за спиной. Плевать. Деньги ещё закончились давно... Интересно, а как там Юки? Нервничает ли? Или уже нашла мне замену? Всё это предстояло мне узнать в скором времени. Я подходил к своему отделению организации. Надеюсь, Кен был внутри... Оказавшись на пороге, я увидел несколько новичков. Ещё щуплые и... довольно молодые. Примерно как я. Из оружейной комнаты вышел Кентаро. — Аки? Это ты? Мужик! — он увидел меня, улыбнулся и подошёл ближе, протягивая руку. Мы закрепили встречу крепким рукопожатием и сели на диван. — Вот чёрт.. Я уже и не надеялся тебя увидеть в живых. Как тебя вытащили оттуда? Я, конечно, слышал что оттуда бывало вытаскивали наших людей, но это крайне редкое событие. Тебе повезло, парень. — — Да? Уже слышал об этом. — — Видок у тебя, конечно, не очень... Слушай, я же до сих пор у тебя в долгу. Помнишь тот раз в конторе? Без тебя бы я был трупом. Может, на днях сходим опять в клуб? Развеешься после казематов. — — Было бы славно. Я тоже рад тебя видеть в полном здравии. — И да, все бинты пропали. За время моего заключение Кен поправился после ранения. — Да.. Я с тех пор вот тут сижу. Молодых учу, а на задания пока не пускают. — — Это правильно. Молодым нужен опыт. — говорил я в какой-то степени пафосно. — Много рекрутом на днях появилось. Вербовочная машина работает отладно. — — Приятно слышать. Ладно, не буду здесь задерживаться... Слушай, у тебя не будет пару тысяч в долг? — — В долг? Да, будет. — он вынул из внутреннего кармана бумажник, сосчитал из общей "котлеты" купюр пару тысяч йен и протянул мне. — Спасибо. Постараюсь на днях вернуть. — — Да не за что. Для тебя не жалко. — — Ладно, пойду я. Ещё раз спасибо, приятель. — — Береги себя. — Я встал с дивана, обнял Кена и пошёл на выход. Теперь хотя бы смогу добраться до дома побыстрее.. Я дошёл до ближайшей станции метро, дождался вагона и сел в него. По пути я зашёл в магазин и купил там пачку сигарет с зажигалкой. Закурил прямо в вагоне, отчего не на шутку разозлил одного из попутчиков. — Эй, потуши сигарету. Совсем молодёжь от рук отбилась.. — Затушить? Ни за что. Я затянулся и выдохнул дым прямо в лицо этому парню. Парень к слову был самый простой. Лет эдак 20-25, обычный офисный клерк, который едет на работу. Он ничего не сказал, лишь кинул презрительный взгляд и отвернулся. То-то же. Пусть знает своё место. Голос девушки из интеркома вещал: — Станция Акияма — А вот и дом, милый дом. Я сошёл с вагона и начал идти к своему дома. Снова знакомые улицы... Приятно их видеть снова. Я подходил к своему дому и в голове снова мельком прояснялась картина прошлого... Снова карета скорой помощи, полиция и бригада медиков, выносящие тела... Бр-р-р... Я встряхнул головой и пошёл дальше, надеясь не вспоминать это. Вход в дом уже был свободным. За пару недель уже всё убрали. Я поднялся на свой этаж, открыл дверь ключом и зашёл внутрь... Разруха. Дома был жуткий беспорядок. В квартире стоял очень неприятный запах... запёкшейся крови. Я не любил беспорядки. Внутренний перфекционист приказывал мне навести тут порядок... Так я и поступил.. Около часа я убирал всю квартиру. Отмывал полы, заново расставлял мебель, сломанное выкидывал в мусор и в итоге привёл уже своё личное жилище в порядок. Теперь пора принять долгожданный душ... Ещё одно приятное ощущение. Быть чистым - значит быть счастливым. Я побрился, но оставил свою уже отросшую шевелюру. Лишь сделал самурайский пучок на затылке. Я суетился дома, но вдруг остановился у телефона. Набрать ли ей? А что говорить? К чёрту! Нужно звонить - и точка. Гудки.. — Алло? — её голос раздался в трубке. — Привет, Юки.. Это я. Аки. — Молчание. Молчание... — Как.. как.. как ты мог?! После всего что было! Ты просто... пропал! Тебе позвонили и ты пропал! С концами! Я везде искала! Я думала, что ты... что ты... — она не смогла договорить, расстроилась и начала плакать. — Успокойся. Я жив, я здоров и сейчас говорю с тобой, солнце. Послушай меня внимательное.. Я могу всё тебе объяснить, если ты придёшь ко мне домой прямо сейчас. Разговор совсем не телефонный. Если ты придёшь - тебе всё станет ясно. Только.. пожалуйста, не нужно плакать. Прошу. — — Я... я.. приду. Просто.. жди. — Я повесил трубку. Что-то серьёзное пылало во мне. Хотелось убить кого-то, снова войти в рабочий режим. Только она могла остудить это пламя. Только она.. Я снова закурил, прошёл на кухню и сделал кофе. Для двоих. Либо я скажу ей о своей "работе", либо она будет страдать от неведения. Где я пропадал? Сложно будет объяснить. Для меня, конечно, и так всё понятно, а вот для неё?.. Да и поверит ли она меня, что я на самом деле отчаянный уголовник-революционер? Слабо вериться, но попытаться стоит. Я застыл. Уже несколько минут просто таращусь в окно, раздумывая это. Сложный шаг. Стук в дверь закончил мои рефлексии. Я открыл и на пороге стояла она. Приятные духи, её причёска, лицо, макияж... Одета она была в школьный бомбер (довольно популярный у школьников и студентов в США), подчёркивающие фигуру тёмные джинсы и кеды, а на макушке была шапка. Никто не решался делать шаг. Мы стояли в дверях и смотрели друг на друга. Она сдалась первая. Снова начала плакать, кинувшись ко мне, обнимая. Я прижал её к себе и аккуратно попытался закрыть за ней дверь, дальнейшая идиллия продолжалась уже в коридоре квартиры. — Ну что ты плачешь? Плачешь и плачешь... Я же вот: живой, здоровый, твой... — — Просто... Скажи.. Почему? Почему так всё произошло? Ты появился, заставил меня ненавидеть тебя своими тупыми выходками, а потом и вовсе влюбил и просто... исчез! Почему ты пропал? Почему? Я думала, что ты убился там из-за родителей, думала, что с тобой что-то случится, а ты.. Ты просто в один прекрасный день звонишь мне и как ни в чём не бывало зовёшь к себе? Зачем? — сквозь слёзы, говорила она, смотря на меня. И с чего начать бы? С того что я душегуб, убивающий людей за идею? Убийца? Да к тому же ещё и в тюрьме сидел, с которой... сбежал! Рассказ на миллион, а кому расскажи - не поверят. Но... Почему бы не попытаться? И я начал. Начал говорить. С самого начала, с того момента как меня завербовали - я всё ей рассказал. Абсолютно. Про убийства, про задания, организацию и казематы. Всё, кроме точной информации. Местонахождения убежищ, имён - всё это я оставил под грифом "военная тайна". Не знаю насколько искренне я говорил, но она слушала меня и слушала внимательно, утирая слёзы. По итогу мы переместились на кухню. —... поэтому меня и не было. Да, я мог тебе сказать об этом раньше, но... пойми.. ты была бы в опасности. Тогда я и сам не знал насколько всё это будет тяжело. Просто не знал... Теперь знаю и говорю тебе, потому что... люблю! Да! Потому что люблю тебя! И могу доверять... — Я допил свой кофе, встал изо стола и прошёл к мойке, вымыл стакан и поставил его на место, затем уже хотел развернутся, как предо мной стояла она. Я обнял её и прижал к себе. — Ты в опасности, Аки-кун? — прошептала она мне. — Да. — коротко прошептал ей я. — Но я.. всё равно с тобой. — Мы слились в поцелуе. Начал его я, просто потому что... момент был хороший. Что-то заиграло в нас. Мы начали двигаться, она попятилась назад, а я настырно шёл вперёд и таким образом мы оказались в моей спальне и передислоцировались на кровать... Что было дальше - объяснять не стоит. Не нужно это объяснять. Это надо делать. Прямо сейчас. Второй раз был уже лучше. Конечно, казематы лишали меня многого: хорошая кровать, свежий воздух и свобода. Однако была и естественная потребность. Сейчас-то я её и утолял, ну и она... тоже, видимо.. Закончилось всё также как и в прошлый раз. Оба устали, но наслаждение получил каждый. В этот самый момент предательски зазвонил телефон.. Как же в этот момент не хотелось вставать... Она обнимала меня, фактически мешая мне подняться. — Может... ты перезвонишь потом? — она прошептала мне. А потом за мной придут головорезы. Убьют сначала меня, а потом её - нет уж! Нужно взять трубку, мало ли кто это мог быть, но я предполагал, что это с "работы". — Нужно ответить, извини, но... я обещаю вернуться. — я игриво улыбнулся и поцеловал ей в лоб, после чего встал, натянул штаны и с голым торсом протопал к телефону. — Слушаю. — — Клуб "Самурай", центр, в десять вечера. Подробности в убежище. — снова однотонный голос и задание. Я повесил трубку и записал услышанное. Очередное задание... Глядя в комнату, на лежащую Юки, я немного завис. Желание убить кого-то резко пропало, особенно после занятия любовью. Хотелось полежать на диване, под какой-нибудь боевик, а затем слышать, как любящая девушка приглашает на ужин. Старею. Всё же меня поставили во временные рамки. В десять я уже должен был быть в клубе. Часов в девять нужно уже быть в убежище и слушать подробности, получать оружие.. А пока можно отдохнуть. Пока город не спит.