Часть 9

Мы с Эдой вместе смотрим фильм, сегодня мы решили остановиться у нее в квартире, потому что сегодня пятница, и она хочет отвезти меня в фермерский отель, который ей нравится. Фильм выглядит круто, но, признаюсь, я ни на что не обращаю внимания, потому что все моё внимание сосредоточено на её поглаживании меня по руке. Хорошо быть с ней вот так... Просто наслаждаться присутствием друг друга. Затем раздается звонок в дверь. — Ты кого-то ждешь? — Я спрашиваю, потому что обычно она никогда не принимает посетителей, особенно когда я здесь. — Нет, — Отвечает она, — Но если меня не предупреждали, это должен быть мой отец. — Твой отец? — Блин, я не готов встретиться с ним как со своим тестем или типа того — Что мне нужно сделать? Мне спрятаться в комнате? Она смеется. — Не смеши, он и так о тебе знает, зачем тебе прятаться? — Я нахожусь в квартире его дочери, в пятницу вечером, и собираюсь сделать с тобой вещи, которые совершенно не разрешены для несовершеннолетних — Мой разум начинает волноваться, мне правда не хотелось сейчас с ним встречаться — Так что у него есть веские причины не любить меня сейчас. — Когда отец передавал мне эту должность, он говорил о тебе только хорошее. Я думаю, ему немного сложно начать тебя ненавидеть. — Но раньше я не трахал его дочь, — Шепчу я. — Не будь засранцем, я открою дверь, не уходи оттуда. И я не выхожу. Я стараюсь укладывать волосы, как могу, но очевидно, что мне было вполне комфортно в доме его дочери, начиная с того, что я в спортивном костюме, а не в своих традиционных костюмах. — Ах, Серкан, я не знал, что ты здесь! — Он приближается с улыбкой. — Я пришел проведать вашу дочь — Это мой лучший ответ, я чувствую себя смешно. — Мы приехали вместе, — Смеется Эда над моим нервным состоянием, — Вообще-то, мы собираемся провести выходные в фермерском отеле. Серкан просто немного стеснялся встречаться с папиной дочкой. Она теперь не может придержать язык? Её отец смеется. — Я рад видеть свою дочь такой счастливой, вот что важно — Он касается моего плеча, и у меня словно десять килограммов свалилось с моей спины — Но, конечно, нам следует упростить задачу и устроить семейный ужин. — Таково было мое намерение, Лорд Йылдыз, но в любом случае вы случайно пришли сюда сегодня. — Он даже хотел спрятаться в своей комнате, чтобы избежать встречи, — Снова говорит Эда. — Эда... — Они с отцом улыбаются. — Ну, я просто пришел лично передать кое-какие бумаги. Знаешь, Серкан, мы уходим из компании, то Эда никогда не покидает тебя. — Да, я знаю, господин Йылдыз, но гарантирую, что Эда все делает очень хорошо, иначе вам не пришлось бы возвращаться в спешке, — Шучу я, хваля ее, и Эда краснеет. — Ой, не называйте меня господином Йылдызом, мы уже семья. Кажется, я сейчас потею. Я, мне 35 лет, вспотел, потому что разговаривал с отцом моей девушки, парнем, который был моим бывшим начальником, и моей девушкой, которая является моим нынешним начальником. — Да, конечно, господин Йылдыз... — У меня не получается — Ой, простите, сила привычки. — Я оставлю тебя в покое, — Улыбается он на прощание. Мы проводим его за дверь и обратно в комнату, но мне всё ещё кажется, что ничего из того, что произошло, на самом деле не существовало. — Я только что заметил, что это невероятно. — Ты не был таким смешным несколько минут назад, когда здесь был «Мистер Йылдыз», — иронизирует она. — Кстати, я до сих пор не простил тебя за то, что ты сказала мне, что я хочу спрятаться. — Знаете, это было забавно, — Она снова улыбается, и я влюблен в её улыбку. — Может, мне стоит тебя наказать, я все ещё об этом думаю. — Ты читал «Пятьдесят оттенков серого» или что-то в этом роде? Что это за разговор? — Ты теперь не тратишь время, высмеивая меня, да? Я скучаю по той Эде, которая даже не могла на меня взглянуть... — Лжец, — Она сидит у меня на коленях. — Сомневаюсь, что ты сможешь держаться от меня подальше. — Что? — Она смотрит на телевизор, снова поглощенная фильмом. — Ты и я? Наши отношения? Я в твоей квартире? Твой отец знает меня? Она смеется, обнимая меня сбоку. — Мы слишком задержались, вот что я думаю, — Говорит она, целуя меня в щеку, — Я сожалею, что не поддалась тому влечению, которое испытывала к тебе с самого начала. — Твоя ошибка, если бы это зависело от меня, я бы с первого дня был у тебя под юбкой. Она бьет меня. — Ой, было больно! — Мне нужно было заняться бизнесом, у меня не было времени на свидания. — У тебя все равно нет времени, поэтому ты даже встречаешься на работе, — Говорю я, и она снова меня бьет. — Я правда не могу — И целую её. С ней все намного проще, так правильно... Обычно я вел бы свою жизнь более рационально, но когда я с ней, моё сердце решает всё, как бы банально это ни звучало, я люблю быть влюбленным с ней. Тот факт, что она того же возраста и занимает аналогичную мою позицию, делает все более комфортным. Здесь нет ссор, нет другой повестки дня, нашим единственным препятствием было решение, какой фильм мы будем смотреть или в каком доме мы собираемся остановиться, но, в конце концов, это не имеет значения, когда я она такая в моих объятиях... Будь то вкус её легких поцелуев или ее стоны, произносящие мое имя, когда я внутри нее, я чувствую себя как дома. Я помню, как я случайно сказал ей о поездке в «наш дом», и, возможно, она даже не поняла смысла моих слов, но она для меня именно такая: Ощущение того, что мне здесь рады, что кто-то рядом со мной, что мне нравится делиться всеми своими моментами. Сейчас вроде бы мы на одной частоте, неизбежна мысль, что мы уже живем вместе.

***

Я никогда не любил лошадей. Никогда. Я всегда был городским парнем и редко бывал в сельской местности, потому что мне не нравится находиться рядом с вещами, которые я не могу контролировать, то есть с животными. Однако, вопреки своему образу ледяной принцессы, Эда пытается убедить меня покататься на лошади. Я уже жалею, что согласился поселиться в этом фермерском отеле... — Тебе просто нужно поставить ногу здесь, в его камере, лошадь не причинит тебе вреда и не сдвинется с места, она тихая — Она дает мне инструкции — Чем больше ты показываешь что боишься, тем больше животное заметит твой дискомфорт. — Я не боюсь — Я это отрицаю, просто мне не нравится находиться рядом с животным, которое может весить больше меня в три раза. — Хорошо, я сделаю вид, что верю в это. Я следую её инструкциям, и это действительно не кажется таким уж трудным. Я могу лазить, но не могу иметь такую позу, как у нее, которая выглядит, ну не знаю, богиней. — Ты видишь? Это было не так уж плохо, не так ли? — Нет, я думаю, что смогу это пережить, по крайней мере, на сегодняшний день. Но я не знаю, что делать, последнее, что я замечаю, это то, что лошадь движется слишком быстро и моё тело падает на землю. Ух ты, у меня болит голова и немного кружится голова. — Черт, ты в порядке? Ты поранился? — Она выглядит обеспокоенной. — Кто ты? — Я отвечаю. — Серкан, это не смешно. — Я не шучу. Что случилось? — Я попробую ещё раз. — Господи… — Она встает и оглядывается, в её движениях я вижу паническое беспокойство. — Эй, тащи сюда свою хорошенькую задницу и помоги мне подняться, — Говорю я, улыбаясь, и Эда подходит ко мне, но её взгляд не следит за моей шуткой. — Ты идиот, — Говорит она, но помогает мне подняться и уходит от меня. Моя шутка, кажется, её очень разозлила. Я стараюсь не отставать от нее, но её шаги намного быстрее моих, и когда мы доходим до двери нашего бунгало, она чуть не захлопывает её мне перед носом. — Это была просто шутка, — Защищаюсь. — Глупая шутка, я за тебя переживала, черт возьми! — Ого, я не знал, что моя актерская игра настолько хороша, стоит ли мне инвестировать в актерскую карьеру? Я не думал, что ты поверишь. Она молчит, смотрит в окно, не глядя на меня. — Эй, — Я обнимаю её за талию сзади, целуя в плечо, — Я просто подразнил тебя, прости, если это тебя напугало. Я просто... блин, я правда никогда тебя не забуду. В наших следующих жизнях я снова узнаю тебя, когда мои глаза впервые встретятся с твоими, я снова влюблюсь. Я никогда, никогда не забуду тебя... А если бы и забыл, мне потребовалось бы всего лишь одно прикосновение, чтобы снова влюбиться в тебя. Я говорю все сразу, особо не задумываясь о том, что говорю, просто позволяя своим чувствам к ней течь. Я никогда не был так эмоционален по отношению к кому-то, как ней... Я никогда не был так открыт для разговора о чувствах. Я чувствую, как Эда дрожит в моей руке. — Ты плачешь? Черт, я был настолько глуп? Но когда она поворачивается и смотрит на меня, я понимаю, что она очень старалась, чтобы я не заметил ее улыбки. Эда разражается смехом со слезами на глазах и целует меня в подбородок. Какого черта? — Кто сейчас актриса? — Она смеется, но проводит руками по моей груди, расстегивая рубашку. — Я провела много месяцев, скрывая своё желание к тебе, ты никогда не превзойдешь меня в актерстве. Она обводит ртом мой сосок, и я чувствую это прикосновение гораздо ниже... — Эта игра развернулась очень быстро, я не совсем понимаю, но, пожалуйста, продолжай поцелуи, — Наконец говорю я, — Если это не слишком большая просьба, не могли бы твои губы опуститься немного ниже? — Мне понравилось то, что ты сказал — Она проводит руками по моим шортам — Мне это очень понравилось… — Её рот скользит по моему животу — Мне это очень понравилось — Она расстегивает пуговицы на моих шортах и вынимает мой член. Ласкает меня. Мне нравится, как она всегда восприимчива ко мне. — Ты нервничаешь, и всегда слишком много говоришь, — Замечает она, но её руки всё ещё на мне, я не могу сосредоточиться ни на чем другом. Эда тащит меня к кровати, и я сажусь, наблюдая за её следующими шагами. Боже, я чертовски влюблен в нее. Как я жил так долго без него? — В итоге ты нервно признался мне в любви, — Вспоминает она, начиная раздеваться. — Кстати, ты сказал самые глупые и красивые вещи, которые я когда-либо слышала — Она раздевается до нижнего белья — И мне не терпится узнать, что ещё ты можешь сказать. — Сейчас все, что выйдет из моего рта, будет обо мне и тебе, обнаженных в постели. — Ммм... интересно... Я забираюсь на середину кровати, надеясь, что она присоединится ко мне, но она первой снимает трусики, и мне тяжело без нее. — Эда иди сюда, — Я уже хочу просить. Но она не приходит, сначала берет мой ремень, который лежал на столе, а потом забирается на кровать, садясь прямо мне на ноги. — Мне понравилось то, что ты сделал со мной в первый раз... — Она застегивает ремень на моей шее — Теперь я хочу попробовать обратное. Она тянет ремень, и мне приходится вставать, пока мое лицо не приблизится к её лицу. Эда трется о мой член, и я чувствую, как он скользит по её складкам, заставляя меня быть мокрым от её возбуждения. — Ты будешь молчать, — Утверждает она, принимая мой член в себя и снова толкая меня на матрас. Ощущение непреодолимое, и мне хочется стонать, но она затягивает ремень на моей шее, и у меня перехватывает дыхание. Горячо, черт возьми. — Тихо, — Приказывает она. И она движется. Эда разделяет свои движения, иногда быстрее, иногда медленнее. Это восхитительно мучительно. И всё, что я могу сделать, это держать её за талию. Она полностью контролирует ситуацию. Я хочу говорить грязные слова ей на ухо, о том, как мне нравится, когда её киска заглатывает меня, как сильно я люблю её грудь, как сильно я хочу кончить в нее... Но каждый раз, когда я открываю рот, она ругает меня ремнем. Я чувствую, как мои яйца напрягаются, и знаю, что вот-вот кончу. — Детка, пожалуйста... — Я умоляю её отпустить меня, и на этот раз она позволяет. Я переворачиваю нас на кровати и одним махом снова вхожу в нее. Эда смеется сквозь стоны, потому что ей нравится, когда я с ней груб. Для меня она идеальная чертова женщина. Я поднимаю одну из ее ног, меняя угол своих толчков, и знаю, что попал в точку внутри нее, и ей не понадобится много времени, чтобы кончить. Её мышцы сокращаются, и я могу поклясться, что вижу таких звезд, как её чертова фамилия. — Бля... — Я ругаюсь, потому что это слишком… Секса с ней всегда слишком много… — Я не хочу быть чертовым клише — Я начинаю говорить ей слова — Быть таким парнем, который говорит, что люблю тебя в первый раз, когда ты кончаешь, но, черт возьми... — Я чувствую, как мои яйца сжимаются, и Эда стонет громче, кончая для меня — Я чертовски люблю тебя. Мои движения становятся хаотичными, и я кончаю в нее. Эда стонет мое имя, когда она тоже достигает кульминации со мной, и я чувствую, что мой разум пуст. — Ты имел в виду то, что сказал? — Спрашивает она через несколько минут. Эда лежит передо мной, выражение её лица такое, как будто она полностью удовлетворена... Она ласкает моё лицо кончиками пальцев, и я вижу, как пот блестит на её теле, но никогда она не была для меня прекраснее, чем сейчас. Если бы у меня было чёртово кольцо, я бы обязательно сейчас надел его ей на палец. — Как я мог не любить тебя, Эда Йылдыз? — Мой вопрос. Её глаза сияют на мне. Это как галактики. Но становится только лучше, когда она снова заговорит... — Мне нравится твой рот, мне нравится, как ты всегда говоришь то, что приходит в голову, когда нервничаешь... — Она оставляет мне поцелуй — Мне нравится заставлять тебя нервничать, но, более того, я ещё и люблю тебя. В полной мере. — О, конечно ты меня любишь, я идеален. Я шучу, потому что не знаю, как справиться с чувством, которое меня сейчас одолевает, чувствую, что сейчас взорвусь от счастья. И она смеется. Она смеется, потому что знает меня, она смеется, потому что она идеально мне подходит. Она смеется, потому что любит меня так же, как я люблю ее. — Я люблю тебя, — Повторяю. — Как я тебя люблю, — Повторяет она, — Лучше бы я не убегала так надолго, мы так много потеряли из-за этого... — Она словно думает о том, что мы могли сделать за тот год, когда она боролась с влечением она чувствовала ко мне. — Мы всё равно собирались это сделать, вот что важно. Время, всего лишь капиталистическое изобретение, —Шучу я, что иронично, учитывая ситуацию, я разговариваю с миллионершей, — Но теперь мне любопытно… как ты думаешь, где бы мы были? Она думает ещё немного. Мы никогда глубоко не говорили о будущем, мы всегда были настолько сосредоточены на настоящем, что долгосрочные планы никогда не были в центре наших разговоров. Единственная уверенность, которую я имею относительно будущего, это то, что я хочу, чтобы она была со мной. — Не знаю... — Она, конечно, знает, но скрывает игру — Может, через годик мы бы уже были помолвлены? — Помолвлен? Я так не думаю, посмотри на меня, я похож на мужчину, который обручился? — Она смотрит на меня непонимающе — Мы бы, наверное, поженились, если бы я попросил тебя обручиться, мы бы не быстро поженились, просто пора бы уже подготовить бумаги и тебе надеть платье, не то чтобы меня заботила одежда, могла бы ты быть голой, и я был бы счастлив. — Я так же думаю, но мне не хотелось говорить о браке и, не знаю, оставлять неловкую атмосферу? — Ты со мной в постели голая, ты не можешь сказать ничего такого, что могло бы испортить настроение. — А тема детей? — Маленькие дети бегают по дому? Страшно до чертиков, но если она этого хочет, то и я этого хочу. — Хочешь иметь? — Отвечаю другим вопросом. Она вздыхает, прежде чем заговорить. — Мне тридцать четыре года, думаю, пора завести хотя бы одного, — Она снова смотрит на меня, — Ты хочешь иметь детей? — Да, мало Эды, наверное, свело бы меня с ума, но я этого хочу. — О, это хорошо, — Сонно говорит она, — Тогда мы на одной волне. — Определенно на той же странице. И мне не терпится познакомиться с каждой из будущих страниц.