-н-

темно и холодно… Господи, наверное я не смогу приблизиться к тебе больше… со смертью криса во всех нас что-то сломалось. как он мог уйти не попрощавшись? отец, муж, друг… я не пью уже больше года. я знаю это и помню, и поэтому со страхом и удивлением смотрю на начатую бутылку пива. совсем чуть-чуть… я не чувствую опьянения, но меня накрывает волна ненависти к себе. голос позади моей головы никогда не заткнется. и если я умру, он будет мучать мою душу в аду. Господи Боже, какой ад? о чем я вообще думаю? разве отпустят меня в ад они все? тэл, дети, парни, майк, все вы, ребята. темно и холодно, и я устал кусать и грызть ногти. я вздрагиваю от резких звуков. машина. возле моего дома. кто-то идет сюда. вламывается в ворота. блин, да что за херня? я открываю дверь и встречаюсь взглядом с… ним. просто человеком. когда-то я отказался от мести. я не хочу возвращать те времена, когда мне пришлось принять это решение. — малыш чеззи, ты зарвался. холод ползет по моему хребту к затылку. вокруг — темно. в городе ангелов ночь. и в голове стреляет короткая молитва. я ничего не говорю мне нечего ему сказать. если он попробует со мной что-то сделать… здесь, то я… я не справлюсь. он кидается на меня и начинает душить. *** движения просты и отработаны. отлично иметь физическую форму. прекрасно быть атлетом. локтем под дых. лбом в лицо. коленом в промежность. он задыхается и сгибается пополам, как я за мгновение до этого, корчится теперь он, а не я в его гнилых насквозь объятиях. я хватаю воздух ртом, а он обжигает морозом мое горло. в груди болит и режет. нет-нет… мне уже не пятнадцать, а мое сердце заходилось уже тогда. я прислоняюсь к стене. затылок буравит холод кирпичной кладки прихожей. успела остыть за ночь. днем здесь жаркое пекло. я взрыкиваю, видя, что он приходит в себя. что выпрямляется. грязно и побито ухмыляется. я вспоминаю обо всех, кто мне дорог и, отдышавшись, готовлюсь ко второму раунду. но он медлит. медлит и скалится. я скалюсь в ответ, как зверь. но из нас двоих больший зверь — он. но я помню, что звери никогда не поступают так, как поступил со мной он. он не один. и вскоре приходят они. в балаклавах. он — всего лишь приманка. они безоружны. как и я. шансы примерно равны. оказалось, нет. они всего лишь хотели убрать меня без шума и пыли. но у них был и план если станет туго. как же без него. я всегда был строптивым парнем. *** у меня был только один рывок вперед. и только одна память о том, что мне дорого. только одна память о тех, кому не все равно. вслед мне пронесся одинокий выстрел. на моих плечах рюкзак с кое-какими вещами и начатой бутылкой пива. я бежал, пока не понял, что за мной нет погони. я остановился под раскидистым деревом в частном квартале. и сел на землю, не стесняясь. на мне были бейсболка, майка, шорты, и темные очки. тихий щелк вызвал слабый огонь на кончике моей сигареты. затянувшись, я думал. о вас и обо мне. об отце и матери. о братьях и сестрах. о нем. о моих группах, райане, шоне. о майке. и о крисе. о тихом голосе в моей голове, что обитал там всю жизнь. который я чуть не заглушил в эту ночь алкоголем, смешанным в моем желудке с запитым снотворным. и о том, что вопреки этому голосу я все ещё жив. вопреки тем, кто послан этим голосом, и кто пришел сегодня за мной. я найду тех, кто убил криса. я встал и взглянул на мерцающие огни в небесах. я честер чарльз беннингтон. и моя последняя песня ещё не допета.