Сеанс первый

ДВЕ ТЫСЯЧИ КИЛОМЕТРОВ СПУСТЯ

      -Ты проехала две тысячи километров ради того, чтобы просто обняться? - удивленно спрашивает экстрасенс, а девушка только смотрит на него, нервно прикусывая нижнюю губу.

***

      Ира приехала в Москву на неделю вместе с подругой. Они заселились в самый дешевый отель, который все равно казался дорогим… Но деньги у них были, они долго копили их, и радовались, что запланированная поездка на отдых все же состоялась. Сначала они хотели поехать в Питер, но Ира слезно умоляла подругу выбрать Москву, несла что-то про красивые виды, места в которые она хотела сходить и еще с десяток причин.       Но на самом деле причина была только одна. И это не виды, не магазины с одеждой или материалами для рисования, даже не рестораны или кофейни. Причина по которой она здесь сейчас стояла прямо перед ней, в окружении фанатов, желающих сделать фотку или снять совместную сториз.       Поезд пришел поздно, Ира чертовски устала, пока они с подругой заселялись в номер, разбирали вещи, ужинали. Все это отняло много сил, и она уснула сразу, как только голова коснулась подушки. Уже на следующий день она сказала подруге, что хочет сходить кое-куда на пару часиков, и ушла, быстро шагая по улицам, придерживая распахнутое пальто.       В “Мастерскую Магии” она приходит красная, чуть растрепанная и трясущаяся, как осиновый лист, но не от холода, а от волнения. И сразу замечает старшего Шепса, фоткающегося с какой-то девушкой. Вспышка на телефоне отражается в его глазах, глубоких, синих, от линз конечно. И в клыкастой улыбке.       Ира не обращает внимания на администратора, который что-то спрашивает у нее, только мотает головой, и идет к Шепсу, непроизвольно сжимая кулаки, так что ногти больно впиваются в кожу.       Медиум бросает на нее взгляд, изучая, и она шумно сглатывает. Тело будто окаменело, или его обдало ледяной волной, как однажды в душе, когда горячая вода вдруг отключилась. Глаза судорожно моргают, и с губ срывается лишь тихое и хриплое.       -Можно с вами обняться?

***

      Когда Шепс берет ее за руку, тело словно обдает мощным ветром. Она не уверена, то ли это от волнения, то ли это аура медиума так действует. Тем временем, они уже движутся в глубь мастерской, пока со всех сторон на них пялятся десятки удивленных глаз, отчего становится еще неуютнее. Передышка наступает, когда они заходят в небольшую комнату. Светлые стены, большое окно с жалюзями, стол по центру, мягкие кресла, кожаный диван у стены и умывальник в одном из углов, большой зеленый цветок в другом. Шепс ведет девушку к столу, и усаживает в одно из кресел спиной к дверям, за которыми остались недоумевающие люди. Сам занимает место напротив.       -Кофе?       Да, Ира бы не отказалась от кофе или зеленого чая, чтобы успокоиться и унять дрожь во всем теле. Ей сейчас ужасно неловко. Идя сюда, она ожидала, что ее просто обнимут и сделают совместное фото или видео на память, и она вернется в отель. Но она сидит в…это похоже на кабинет или комнату отдыха, один на один с медиумом. С Сашей Шепсом, который за руку привел ее сюда, и всю дорогу на них пялились, строя свои догадки.       Она мотает головой, пытается вежливо отказаться, сжимая сумку на своих коленях. Тогда Шепсу приходится мягко надавить, и это срабатывает.       -Две ложки сахара, - просит Ира, и скомкано добавляет, - пожалуйста. Пока медиум запускает кофемашину, стоящую на тумбе рядом с диваном, девушка снимает пальто и аккуратно сложив пополам, вешает на спинку кресла. Ее сумка в это время одиноко лежит на полу у ножки стола. Саша возвращается с двумя чашками, одну ставит перед девушкой, на что она благодарно кивает, а вторую напротив, и занимает свое место.       Ира медленно тянет руку к чашке, и отпивает немного. кофе вкусный, не крепкий и с приятной мягкой пенкой на поверхности. Успокаивает и согревает, она все-таки замерзла, пока бежала по улице в расстегнутом пальто. Медиум чувствует, как ее аура меняется, но молчит, не сводя с нее взгляда. Словно ждет подходящего момента. И, когда он наступает, и девушка расслабляется, тут же плавно нагибается к ее лицу, и пытается поймать ее взгляд. Просит смотреть на него, и Ира смотрит, сжимая в руках чашку. И медиум тут же тихо просит снять линзы…       Ира на минутку теряется, а потом вспоминает, что через линзы вроде как нельзя считать человека. И идет к умывальнику…       Она возится со стеклышками на глазах, вспоминая, когда точно начала их носить. Около полугода назад, как переехала… Тогда глаза начали болеть от сильного стресса, периодических приступов плача и постоянного сидения за компьютером. Тогда Ира посоветовалась с подругой, и пошла к окулисту. С тех пор и носит иногда линзы, чтобы глаза не уставали и нормально видели.       Линзы поддаются и соскальзывают с радужки, и Ира убирает их в коробочку со специальной жидкостью, которую носит с собой. Плотно закручивает и последний раз смотрит в зеркало, поправляя растрепанную челку. Возвращаясь за стол, она краем глаза замечает, как Шепс что-то печатает в телефоне, и садится на место, ставя коробочку с линзами на столешницу. ведь сумка где-то на полу под столом, а на платье нет карманов.       Шепс, наконец блокирует телефон и откладывает его, снова гипнотизируя девушку взглядом. Ире неуютно, когда на нее долго и пристально смотрят, даже если это сам Александр Шепс. Поэтому она машинально опускает голову и отводит взгляд, пытаясь спрятаться за челкой. Но медиум не дает ей уйти, тянет руку вперед и подхватывает круглый подбородок самыми кончиками пальцев.       -Смотри на меня, - мягко просит он, приподнимая голову девушки и заглядывая в ее темные, практически черные глаза.       -Вы меня сейчас считываете? Или просто любуетесь?, - Ира пытается шутить, чтобы хоть как-то разбавить атмосферу, но от мандража и чувства того, что сильная аура медиума давит на нее со всех сторон и пробирается прямо под кожу шутка выходит очень глупой, и больше похожий на стремный подкат, которые постят в группах вконтакте. Но, Шепсу похоже становится весело, ведь он улыбается, так, что становится видно клыки.       -Одно другому не мешает.       От его слов щеки трогает легкий румянец, и появляется желание отвести глаза от этого гипнотического взгляда сквозь голубые линзы. Но медиум не дает, сильнее сжимая ее подбородок, и снова просит смотреть на него. Он ее считывает…       По спине у девушки бежит холодок. Хочется схватить чашку с кофе и выпить одним глотком, но ее словно пригвоздило к креслу.       Несколько минут проходят в молчании и неразрывном контакте взглядов. Быстрый стук сердца уже отдает во все точки тела, кончики пальцев на ногах начинает колоть. Дышать становится тяжело и из груди все же вырывается хриплый порывистый вздох. Только тогда медиум отпускает ее подбородок, и отодвигается, садясь ровно, давая возможность дышать спокойнее.       -Интересно…       Девушка не поняла его, лишь потянулась к полупустой чашке кофе, и когда та опустела, а сердцебиение немного выровнялось, Ира позволила себе посмотреть на экстрасенса и спросила, что же ему интересно.       -Интересно, что у тебя нехороших мыслей много. И все они спутанные. Ты сейчас, как маятник, мечешься. Туда-сюда…Выбор тебе тяжелый сделать пришлось. Правильный ли?       На этих словах девушка замирает, и едва не роняет чашку. Прямо сейчас экстрасенс говорит о том, зачем она на самом деле пришла к нему. Не за объятиями, не за фото на память. Она пришла к нему, чтобы задать вопрос, который давно ее мучает.       -Не ко мне… - одергивает Шепс, и тут же добавляет, - не только ко мне пришла.       Прямо в этот момент за своей спиной Ира слышит, как открывается дверь, и тяжелые шаги направляются прямо к столу. Ей хочется обернуться, но она держится, словно у нее за спиной кто-то страшный. И от этого кого-то исходит такая же мощная аура, как от медиума перед ней. Ира чувствует себя зажатой с двух сторон. Неизвестный за спиной, обходит ее сбоку, и тогда она видит знакомый профиль младшего Шепса. Олег занимает стул рядом с Сашей, и окидывает девушку взглядом, приподнимая брови.       -И что это? - спрашивает он у старшего, на что тот кивает в сторону девушки со словами “смотри…”       Тогда Олег точно так же, как и Саша минутами ранее, нагибается к Ире, заглядывая в глаза, и тут же щурится. Она невольно смотрит на уголки губ, которые ползут вниз, и страх снова бьет по каждой клеточке тела.       -Руку дай, - громко просит младший Шепс, и она слушается, вкладывая в его большую ладонь свою гораздо меньше. Шепсы вообще очень большие и высокие. На целую голову выше нее.       У Иры непроизвольно сжимаются пальцы.

***

      Когда-то они с матерью смотрели первые выпуски “битвы сильнейших”, где братья появились вместе, и глядя на то, как они поддерживают и защищают друг друга, Ира восхищалась их привязанностью, любовью и крепкими семейными узами. С тоской думала о том, что в ее семье такого никогда не было. Только разлад и ссоры.       Еще Ира хотела бы с собой рядом такого человека, как оба Шепса. Который бы защищал ее, как Олег, выходил бы перед обидчиками вперед, вставал каменной глыбой, за которой Ира могла бы спрятаться. Или такого, как Саша, который бы переживал за нее, был бы “второй мамочкой”, спрашивая поела ли она, где она и с кем. Без упреков, без акцентов на том, что она такая-сякая, или не такая, или плохая.       Ей хотелось бы иметь такого брата…Но, Ира была единственным ребенком. Тогда она подумала, что хотела бы иметь такого парня, а в будущем и мужа.       -Да куда тебе? Между прочим, Шепс говорил, что женится только на девушке, которая любит свою маму…       Ира не любила… Уже давно. Наверное любовь ушла в тот момент, когда мать в гневе выкрикнула “Проклинаю, да чтоб ты сдохла!” А следом за этим последовал смачный плевок, который попал на щеку и шею, оставшись на коже неприятным слизняком. Но если слюни смыть можно, то кто смоет из памяти самые страшные слова, которые она слышала в своей жизни. Тогда в ней действительно что-то умерло…Дышать было трудно, в груди кольнуло… Потом, когда они уже “помирились” мать ревела и просила прощения, а Ира не могла простить…Просто не могла. и хотя губы произнесли “прощаю”, сердце не простило, и она больше не относилась к матери как прежде. Их отношения с того момента стали постепенно ухудшаться…       Ира не знала, что там говорил Шепс про девушку, которая любит свою маму, и говорил ли что-то такое вообще? Или же это была очередная манипуляция, чтобы вызвать чувство вины. Но она вдруг захотела... Спросить у Шепсов напрямую…       Как можно любить человека. который тебя проклял и желал тебе смерти?

***

      Олег все так же крепко держал ее за руку и смотрел в глаза, а его лицо становилась все хмурнее и хмурнее. Ира уже хотела вырвать руку и быстро бежать. Бежать куда угодно, в отель, на поезд, домой, только бы вырваться из плена двух сильных аур и пристальных взглядов. Но ее будто приклеило к месту, и все на что хватило смелости и сил, вжать голову в плечи, словно это помогло бы спрятаться. Прямо сейчас Олег ее считывает, выворачивает наизнанку все тайны. Она упорно старалась не думать о матери, но разве это могло бы утаить от медиума правду. На секунду ей показалось, что он сейчас отпустит ее руку и с отвращением отряхнется, будто потрогал что-то мерзкое. Что-то, что не выдержало постоянных истерик и скандалов и бросило свою мать. Уехало куда подальше и оборвало все общение, стараясь стереть слова о проклятиях из памяти.       -Я так не думаю, - наконец подал голос медиум, и Ира непроизвольно сжалась. Но тут же почувствовала, как Олег мягко погладил ее руку большим пальцем.       -Натерпелась… - продолжал он, - наслушалась… Боли много… очень много было. Плакала часто. До сих пор болит… - он указывает второй рукой на левую сторону ее груди, где сердце.       Эмоции зашкаливают, и Ира чувствует, что не может больше сдерживаться. Губы дрожат, сгибаясь в дугу, ресницы тяжелеют под каплями слез, что стекают с них вниз по щекам.       Она плачет.       Плачет, пряча красное лицо в ладонях, и чувствует как размазываются по пальцам консиллер и черные подтеки от туши. Плачет, выпуская из себя всю накопленную за долгое время боль и обиду. От нервов начинает болеть голова, и становится трудно дышать. Ира всхлипывает, судорожно вздыхает, как рыба, выброшенная на берег. Чувствует, как задыхается от истерики, как болят ребра, дрожат плечи и першит в горле, когда вдруг…       Крепкие руки поднимают ее с кресла и притягивают к теплой сильной груди, заставляя уткнуться лицом в толстовку. Олега, а это был он, похоже совсем не волновало, что Ира может его испачкать, он продолжал прижимать ее к себе, тихонько укачивая, и перебирая рукой короткие пряди волос.       -Ну, все, все, - шептал медиум, чувствуя, как девушка в его руках начинает дышать ровнее, а ее аура успокаивается. Но он не отпускает ее, продолжает обнимать, зная, как ей это сейчас нужно. Почувствовать себя защищенной.       Саша в это время стоит у раковины и моет ее чашку от кофе, а потом наливает зеленый чай. Когда братья сталкиваются взглядами, Олег хмурится, и кивает в сторону девушки. И Саша понимает его. Оставив чашку на столе, подходит сзади и обнимает Иру со спины. Девушка, почувствовав его тело вздрагивает, но расслабляется, ведь ее накрывает мощной теплой волной. Это чувство она испытывала каждый раз, когда в “битве” медиум обнимал кого-то. Прямо через экран ощущалось это тепло, исходящее от него. От Олега больше ощущалась сила, а вот от Саши веяло именно теплом и поддержкой. И именно его объятия окончательно успокоили девушку. Ира расслабилась. Прочувствовала объятия, и поняла: они именно такие, как она представляла, и Саша Шепс такой, как она представляла. Большой и мягкий, словно одеяло, которым накрываешься с головой в темноте, чтобы никакие монстры под кроватью не достали тебя. С ним так спокойно…       -Успокойся, маленькая, все хорошо…       От этого обращения ей снова хочется расплакаться, но слез в измученном организме уже не осталось.

***

      Шепсы обнимают ее еще пару минут, она уже не плачет, не хрипит и не дрожит. Кабинет погружен в тишину, сквозь которую пробивается дыхание всех троих. Когда братья отпускают ее, Ира снова садится в кресло, и наконец пьет чай, который уже подостыл. Братья садятся рядом, Саша предлагает налить кипятка, но Ира мотает головой и пьет почти холодный. Мать бы назвала это покрашенной водичкой, или бурдой, от которой болит желудок.       При мыслях о ней Ира снова мрачнеет, в мыслях задавая себе этот заклятый вопрос о том, правильно ли она поступила?       -Тебе не надо о плохом думать, - говорит Олег, словно прочитав ее мысли, - у тебя сейчас все идет так, как надо.       -Не думай, - подхватывает Саша и тянется к девушке, касаясь ее руки.       -И не злись на нее, - продолжает младший, и Ира понимает, что он говорит о матери, - прости, и отпусти. И все у тебя будет хорошо, - Ира ему кивает, но Шепс продолжает - и я…я не считаю тебя мерзкой. Честное слово, я так не считаю.       Ира наконец чувствует то, что называют “камень с души свалился”, спокойно выдыхает, смотря на Олега, и улыбается ему, получая ответную улыбку.       -Ты не плохая - заключает Саша, и тут же продолжает - Дай мне блокнот.       Ира немеет от этой фразы, шумно сглатывая. Конечно, она была уверена в том, что Шепсы экстрасенсы, а шоу не постановка. Сегодняшний день ей это доказал много раз, но такого вопроса она не ожидала. Понимая, что не сможет отказать, она тянется под стол к брошенной сумке, и достает свой потрепанный скетчбук*, протягивая Саше.       Несколько минут Ира сидит в напряжении, мнет подол платья, пока коленки сводит легкой дрожью. Не отрывает взгляд с медиума, который задумчиво и очень медленно листает страницы. Смотрит как синие глаза бегают по бумаге, разглядывая рисунки. Персонажей, портреты каких-то людей, просто наброски. Карандашом, красками, маркерами. Олег рядом замечает напряженность девушки и пододвигается к ней ближе, приобнимая за плечо. Иру это успокаивает, но Саша в это время вдруг замирает, и прищуривает глаза. Окольцованными пальцами плавно проводит по странице. Он зовет Олега, и когда брат подходит, что-то показывает ему. Ира видит, как губы у младшего Шепса вытягиваются в улыбку, пока он внимательно разглядывает страницу.       Ира уже догадывается что они так рассматривают. Арт с Шепсами. В середине ее скетчбука есть разворот с ними обоими. Арт в полный рост, есть пара портретных скетчей. Но они есть, старательно прорисованные, с подписью “Любимая Шепсятинка” в углу и маленьким сердечком. Прямо рядом с Сашей.       Если они нашли этот разворот, то Ире очень стыдно. Особенно за “Шепсятинку”.       -Рисуй чаще, - говорит Саша, продолжая водить пальцами по бумаге, - твои рисунки теплые, добрые. И пиши о хорошем, - Ира улыбается, думая о том, что последние полгода пишет новую книгу с очень серой и мрачной атмосферой. Такой же, как ее настроение за эти полгода после переезда. Шепс и это увидел. И то, что она пишет, и то, как тяжело ей сейчас писать, и как разрушительно это на нее влияет.       -У тебя ведь лучше получается придумывать хорошие истории? - спрашивает Олег, и Ира кивает. Они читают ее, как открытую книгу.

***

      Ирин телефон вибрирует, оповещая сообщение от подруги, которая волнуется, и уже давно ждет ее в отеле. Время близится к восьми, и Ира только сейчас понимает, что провела у Шепсов в кабинете пол дня. Ей пора бежать. Пока она стоит у раковины и смывает потекший макияж, Саша незаметно вкладывает ей в скетчбук две визитки, свою и Олега, и кладет его на стол рядом с сумкой девушки.       Братья вдвоем выводят ее из мастерской. Саша приобнимает за плечи, Олег несет ее пальто. Люди снова пристально смотрят на них и шепчутся между собой. И медиумы чувствуют, как меняется аура девушки, и как ей неуютно под этими взглядами. Переглянувшись, Саша с Олегом обступают ее с двух сторон, обнимая крепче, закрывая от чужих глаз. Чтобы успокоить, направляют на нее свои ауры. На улице Саша вызывает Ире такси до отеля, не обращая внимания на попытки вежливо отказаться. И пока все трое ждут машину, говорят еще о паре вещей.       -Нечасто встречаешь человека, который идет прорабатывать свои травмы к экстрасенсу, а не к психологу, - говорит Саша, и Ира смеется.       -Ну, психологу надо все объяснять, рассказывать, а вы все и так поймете.       -Рассказывать надо, - вмешивается Олег, - не держи все в себе, рассказывай, у тебя есть люди, которые тебя выслушают.       Это правда.       -Можешь написать об этом, если хочешь, - продолжает младший, - тебе станет легче.       В этот момент к мастерской подъезжает такси. Ира забирает у Олега свое пальто, подходит к машине, и уже тянет руку к дверце. Как вдруг разворачивается, и бегом бежит к братьям, налетая на обоих с объятиями. На этот раз лицо она прячется на груди у Саши, а до Олега дотягивается только левой рукой. И шепчет слова благодарностей, чувствуя, как старший Шепс поглаживает ее по спине.

***

      Ире все-таки приходится оторваться от братьев, приходится сесть в машину и уехать. Но она до последнего смотрит в окно, чуть ли не сворачивая себе шею, пока мастерская и силуэты Саши и Олега отдаляются и становятся все меньше и меньше.

***

      -Так ты мне объяснишь что это было? - спрашивает Олег у брата, когда машина скрывается из виду.       -Не знаю, но это что-то очень важное, - Саша, явно чего-то не договаривает, и улыбается так, что видно клыки. Скрытный, зараза…       -Тц, понятно…она еще вернется, - не то спрашивая, не то утверждая говорит Олег, пряча руки в карманы. Стемнело уже. и холодно стало…       -Она вернется, - подтверждает Саша, - надо будет вернуть ей коробочку, - его голос опускается до шепота, так, чтобы Олег не слышал, а пальцы сжимают маленький контейнер с линзами, который Ира благополучно забыла на столе.

***

      Вернувшись в отель, Ира успокаивает подругу, сходящую с ума от волнения, предлагая заказать еду в номер и посмотреть кино в качестве моральной компенсации. Соглашается.       Фильм проходит слишком быстро, еда кончается, подруга уже спит, а Ира не может уснуть. Все думает о том, что произошло сегодня в мастерской и том, что ожидала какого угодно развития событий, но не такого. Впрочем она довольна, и чувствует себя по настоящему счастливой и спокойной. Она наконец-то ощущает в себе тепло, счастье и силу. И желание идти дальше…смотреть вперед. Наконец она расставила все точки над i, узнала ответы на свои вопросы. Почти на все…       Пол ночи Ира проводит за ноутбуком, пишет обо всем, что произошло с ней в этот день, в форме небольшого рассказа, как и советовал младший Шепс. И ей действительно становится легко и приятно от понимания, что все написанное не вымысел, а хорошее воспоминание, которое останется с ней навсегда, и в самые плохие дни она будет перечитывать его и успокаиваться.       Пару раз перечитав написанное, Ира наскоро исправляет какие-то ошибки и опечатки, и пока ее окончательно не сморил сон, выгружает документ на свой профиль. Давно на нем не публиковались новые произведения…       Засыпает Ира прямо там, за включенным ноутом.       А, проснувшись утром, видит лайки и восторженные отзывы от читателей. Они рады новой публикации, хвалят ее работу. Пишут, что фанфик классный, что идея шикарная, что характеры переданы отлично, а Шепсы прописаны как живые и еще много всего.       И только три человека знали…Это не идея, не выдумка и не фанфик. Это история - правда…       

неКОНЕЦ.