Часть 1

— Когда-то, у меня была подруга. Она была прекрасна и сильна. Всегда, если что-то случалось, можно было довериться ей. И когда просто хочется отдохнуть. В один момент все изменилось… Хотя это было предугадано судьбой... Она, девушка, нет звезда, что остановилась в регионе, что находится под землей и скрыт от взора богов и Селестии и архонт. Каждый раз, вспоминая о ней, я жалею лишь о двух вещах: что ее путешествие закончилось той катастрофой, и что я предал ее. Сейчас я даже дышать боюсь в нашем месте. Всё напоминает о ней. О моей Люмин. Звезды, чей свет отражался в её прекрасных янтарных глазах, вода, по которой она так любила ходить босиком. Ветряные астры, венки из которых она любила, и сесилии, что дарила она мне. В первую нашу встречу, моя лира играла на весь старый Монд, прославляя подвиг тех, что когда-то упокоились здесь за свободу. Ещё неизвестная девушка прислушивалась к моей мелодии за кустами. Я очень заинтересовался этой особой, и подошел ближе. Так мы и познакомились. Сначала, каждый день по вечерам приходил к ней. Люмин с самого начала не проявляла интереса, она была слишком озабочена своим братом, но все же, спустя некоторое время нам удалось сблизиться. Помню, как в первый раз привел ее в город. По ее лицу казалось, что она уже была там и не раз, поэтому мне в голову не пришло идеи лучше, чем отвести ее на крышу собора, так, для разнообразия. Эти вопросы, зачем ты меня туда ведешь хе-хе, они были просто бесценны. Когда мы забрались на самый верх, все ее вопросы перекрыла красота неба. И ведь это не единственный раз, когда мы проводили время на крыше. Как то, мы танцевали прямо на таверне. Не в ней, а именно на ней. Это был вальс. Раз, два три. Её ноги легко скользили по черепице. Я держал ее нежные, потертые от меча руки, не выпуская из своих ладоней. Мы нашли себе место на утесе Звездопада. Она поставила там шатер, и мы устроили пикник. Я снова пел и играл на своей лире, а она слушала меня, внимательно чувствуя каждое слово и ноту. Мы почти каждый день договаривались о встрече, дни проходили неделями и потихоньку мы привыкли друг к другу. В очередной раз, когда мы решили встретиться, Люмин не пришла. Её не было ни где-то неподалёку, не в нашем месте, не на крышах. Единственным разумным вариантом тогда я принял идти туда, где мы в первый раз встретились. И я не ошибся. Она сидела там и плакала над телом брата. Казалось, это была не та холодная, но нежная Люмин, которую я знаю. Она была чем-то большем и более живым. Её слова о том, что брат ели дышит, что бы он проснулся, спустя столько времени, и плачь. Тихие, но пронизывающие душу слезы катились с ее щек на землю. Я подошел и обнял ее со спины. В тот раз она не скрывала того, что никогда мне не говорила, а наоборот рассказала всё, что было у неё за душой. Тот случай нас свел еще больше, и я перестал вытягивать её так часто куда-то. В какой-то степени общаться стало и труднее, и легче. Так мы проводили день за днем. Она ухаживала за братом, мы болтали о разном, я пел. Честно, не думал, что когда-либо смог бы так много общаться с человеком, не для меня это, но, что было – то было. Я находил интересным поведение Люмин, но всё еще не говорил ей, кто я. Хотя иногда она слишком осторожничала, будто знала. Все было хорошо, пока она окончательно не стала отдаляться снова. Я не понимал, что всё-таки не так. Сначала она сменила место ночлега и не рассказывала мне о нем, потом стала реже пересекаться, затем и вовсе куда-то уходить. Я не понимал, что ей надо, что я опять сделал не так. После всего времени, что мы с ней провели она не хочет мне ничего рассказывать, а при встрече втирать как ей жаль, и как она скучает. Я себя чувствовал каким-то брошенным. В итоге всё вернулось к началу. Я быстро перегляделся. - Нужно быть слепым или полным дураком, чтобы не понять, что ты и есть анемо архонт. И возможно, ты уже догадывался, что я знаю. Так ведь, Барбадос? Правда, сейчас не время…. С каждым днем, я все сильнее чувствую влияние Селестии на себе и на это место. Такое же, как тогда, когда нас с братом разлучили… - В ее голосе появилась некая дрожь. – Хорошо, что я смогла найти его спящего на утесе… Я судорожно рассматривал ее волосы, руки, что держали букет Сесилий, глаза, и так поочередно. До сих пор не пойму, почему я так переживал, но в голове тогда было только одно: « Не оставляй меня, пожалуйста, Люмин». Тогда, стараясь сохранять спокойствие, я спросил ее, к чему это всё. И я получил её ответ. Как сейчас помню эти слова, звучащие в точности как треснувшее стекло: « - Прости, я должна уйти. Мне необходимо найти место, где не ты, не другие архонты, не тем более Селестия не сможет найти нас с братом. Я уже нашла себе попутчика. Прощай, Венти, и спасибо за все » . С этими словами она оттолкнула меня, не сильно, практически невесомо, но это был самый больной удар. Я, может и был готов к такому, но в тот раз я пробормотал только: «- Да хранит тебя ветер». Позже я узнал, что её компаньоном стал Дайн. Через несколько месяцев вести и вовсе прекратились… В голос у Венти стал более тихим, и менее звонким чем обычно, а взгляд был направлен куда-то вдаль. Верный слушатель – дракон Двалин, пытаясь подбодрить архонта, запустил свой нос прямо под руку, как бы напоминая о том, что на этом история не закончилась. - Да. Ты прав, на этом все не кончилось. При нашей встречи я сказал то, что не следовало, и мой последний шанс был упущен. - Я остаюсь с народом Каэнрии, чего бы мне это не стоило. Я останусь здесь до конца, буду ждать когда проснется брат, но не пойду с тобой. Ты предал меня. Ты предал свободу. Девушка развернулась спиной к архонту, управляющему ветром, и с гордо поднятой головой пошла в сторону убежища, где на покрывалах лежал спящий, уже долгое время юноша, что как две капли воды был похож на Люмин. Сжимая челюсти, и скорбя, сердцем они оба, то ли возлюбленные, то ли просто друзья вынесли для себя прискорбные выводы. Ныне известный как Венти - архонт ветров и свободы, что он совершил непростительную ошибку, а Люмин, путешественница, свет из другого мира, что архонтам не за что нельзя доверять. -Даже когда ты останешься на краю света. Когда тебе будет скучно, одиноко, плохо или радостно, я приду, что б увидеть и поддержать тебя, мой цветочек. - проезднес, смотря куда-то в пустоту Венти. - Честно, я не хочу, чтобы до путешественника когда-нибудь дошло то, что произошло пятьсот лет назад. Никто из семи не хочет. Эх, прости Двалин, ты уже не раз слышал эту историю.