Затаившийся Дракон: Часть 4

«Тот, кто старается всё предвидеть, теряет бдительность. То, что видишь ото дня в день, не вызывает подозрений. Ясный день скрывает лучше, чем тёмная ночь. Всё раскрыть — значит всё утаить.»

— «Тридцать шесть стратагем». Стратагема 1: Обмануть небо, чтобы переплыть море.

      - А что с нашими «знакомыми»? – смакуя дорогой чай, спросил гость самого крупного и великого Дома во всем Чосоне.       - Ситуация вышла из-под контроля, - буднично пожал плечами слегка полный наместник Дома Фудзивара. В отсутствие главы Дома именно он отвечал за все дела рода на полуострове.       - Могу ли я узнать, что это значит? – с дружелюбной улыбкой поставил гость пиалу на стол между собеседниками.       - Они ушли, - все в таком же расслабленном тоне отвечал Фудзивара.       - У вашего многоуважаемого Дома был долг моему, - не меняясь в лице проговорил мужчина. – И вы согласились на наши условия. А сейчас говорите, что не справились?       - Да, - кивнул нынешний хозяин поместья, в котором и происходила встреча. – Вот только мы не изъявляли желания участвовать в вашем «маленьком» заговоре. Как и сейчас.       - Потому решили нарушить договор? – улыбка покинула уста гостя.       - Нет, почему же? – поднял руки наместник, будто прозвучавшие слова были оскорбление для него. – Разве можете вы сказать, что два старших лейтенанта – это малая сила? Просто мы не ожидали, что среди охраны окажется кто-то уровня капитана и иллюзионист, - с намеком посмотрел полноватый мужчина на гостя.       - Мне очень жаль ваших погибших воинов, но причем тут мы? – не повелся на провокацию представитель одного из великих домов Японии. – Обязательства по выполнению задачи вы взяли на себя, могли бы подготовиться получше.       - Спасибо за ваши «добрые» слова о погибших, - слегка поклонился наместник. – Но с точки зрения законов, наши действия полностью закрывают долг вам.       - Я буду вынужден сообщить об этом главе.       - Как и я.       Добрую минуту между ними велась молчаливая война взглядов, не выходящая за пределы норм приличия, пока наконец Фудзивара не решил продолжить приостановленное чаепитие.       - Но в рамках наших пока что хороших отношений, я приказал распустить по ближайшим к границам территориям слухи о весьма крупной награде за голову ребенка, скрытно продвигающегося вместе с двумя слугами, - допил наместник новую пиалу. – На этом наши действия в отношении Гэндзи закончены.       - Хорошо, - не стал развивать тему гость. События и так разворачиваются в не лучшую сторону, а полноценного конфликта с не последним Домом Японии он не хотел. Не в это время. – А почему с двумя слугами?       - Я не сказал? – притворно удивился толстячок. – Одна из причин, по которой мы не смогли их перехватить, заключается в довольно умелом иллюзионисте. Поддержка, направленная к лейтенантам в Шенцзян, обследовала весь поезд по его прибытии на перрон, но нашла лишь трупы. А буквально через полчаса они обнаружили беглецов в центре города, где следили за ними до самого утра, пока не оказалось, что это были иллюзии.       - Тогда с чего вы взяли, что ребенок перемещается только с двумя?       - Чтобы управлять подобным Илбэ, нужно находиться очень близко к создаваемым образам. А город в последствии был взят нашими силами в кольцо, с привлечением полиции. Так что оттуда он не уйдет, как и слуги не будут рисковать своим господином, чтобы вновь объединится, - пояснил наместник, наливая себе еще одну пиалу. – Вам подлить?       - Нет, спасибо, - отказался гость, что-то активно продумывая в голове. – А как так вышло, что силы держать немаленький город в оцеплении у вас есть, а в поезд вы отправили всего двух лейтенантов.       - Наши внутренние дела вас не касаются, - помрачнел зачинщик чайной церемонии.       “Нет, просто кто-то и не собирался выполнять договоренности. Послал на перехват двух лейтентешек, наверняка даже без приказа убить мальчишку. А теперь пускаешь пыль в глаза при поимке вшивого слуги, а важное оставляешь на различный сброд. Хитрый лис!„ – думал визитер, продолжая изображать вежливого посетителя.       - Спасибо вам за то, что уделили время, - поклонился мужчина, поднявшись с пола. – Дальнейшее оставлю на наших Старших. И пусть Тенгри осветит ваш путь.       - И вам того же. Передайте мои нижайшие извинения главе, - ответил таким же поклоном наместник.

***

      Прошло всего часа три с моего второго пробуждения в этом мире, а событий, случившихся за это время, произошло уже столько, что диву даешься. Сначала странные сны, потом битвы магов, а теперь сиди и анализируй произошедшее. И ведь есть что.       Как только мы покинули поезд, Дайске сразу взял курс на ближайшую деревушку. Скорость, с которой он бежал по странным водянистым полям, была внушительной, особенно учитывая груз в виде девушки без сознания на руках и мелкого шкета на спине. Не уверен, что смог бы так даже в своем теле. Хотя и это тело теперь мое.       В любом случае, покинув область, из которой было видно железную дорогу и стоящей на ней состав, мы оказались на территории фермеров, заправляющих ближайшими полями. Встречать нас никто не вышел, что и не удивительно. На дворе глубокая ночь, а никаких осветительных приборов тут не было и подавно.       По началу я не понял, что задумал мой телохранитель. Порыскав по деревушке, состоящей буквально из пары тройки белокаменных домиков с черепичными крышами, он с ноги зашел в одно из строений, снеся хлипкую дверь. Из глубин обители начали раздаваться скорые шаги, и к нам в прихожую вывалилось сонное тело, в наспех завернутом корейском аналоге кимоно.       Между мужчинами завязалась скорая и довольно эмоциональная беседа на корейском. Его я знал относительно неплохо, но то ли говорили они на каком-то странном диалекте, то ли еще что-то, но понимал я его частично. Общий смысл до меня доходил, но значение некоторых оборотов ускользал от меня.       Итогом переговоров стало то, что муж с женой, к которым мы ввалились, принялись спешно проводить первую медицинскую помощь. В частности, обрабатывать раны Хиори и самого Дайске. Его обожжённая спина, хоть и выглядела ужасно, но особых проблем ему не доставляла, однако и ее промыли чистой водичкой, а потом замотали в бинты, смазав какой-то мазью. Видимо вломились мы к местному врачу.       Кроме медицинских процедур, меня принудительно накормили рисом с мясом какой-то животины, а после выдали всему нашему отряду новую одежду корейского фасона. Видя, как быстро и хорошо работают чосонцы, у меня закралось подозрение, что различным беглецам они помогают каждую неделю. Такой сервис и это во второй-третий час ночи!       Помогали нам они не за просто так, а за вполне весомый кошель со звенящим металлом, который Дайске таскал во внутреннем кармане своих старых одежд. Ну ладно, хоть их убивать не пришлось, а то после кораблекрушения, которое организовали другие мои слуги, ожидать можно было всего.       За время нашего пребывания в доме лекарей, Хиори так и не очнулась, хоть ее и переодела жена врача. При этом сам Дайске никаких волнений по этому поводу не испытывал. Видимо для магов это норма. Но и ее все равно закатали в бинты.       В итоге, спустя полтора часа мы выехали из деревушке на большой деревянной повозке, толкаемой лошадью. Хиори лежала в так называемом «кузове», прикрытая простынями, я сидел рядом с ней, а глава моей охраны управлял животным. Ни о каком удобстве речи и не шло. Вся повозка тряслась и гремела, подпрыгивая на каждой неровности, но лучше так, чем пешком.       Дайске, видимо для маскировки, надел себе на голову большую плетенную шляпу, из которой выдрал прутик, и начал его держать во рту, жуя. Я просто укутался в выданные нам одеяла и молча наблюдал красивое черное небо, на котором то и дело вспыхивали различные точки звезд. Делать, то все равно было нечего. В своем мире, я бы включил музыку или в Интернете посидел, а тут… сиди и за звездами наблюдай. Но вдруг вдалеке прозвучал пронзительный свист.       - Рокаги-кун, начал действовать, - повернул Дайске голову в сторону источника звука. – Надеюсь у него все получится.       - Начал действовать? – отвлекся я от созерцания прекрасного.       - Это свист перед отправлением поезда. Он заставил экипаж продолжить путь, - пояснил успевший быстренько побриться мужчина. – Преследователи отвлекутся на него, что дает нам часов пять форы.       - А мы успеем? – вопрос я задал больше от скуки.       - Вполне. Остановка в Шенцзяне, конечно, отменилась, но ничего страшного. Все будет хорошо, вакаданна.       - Смотря на все, что мы делаем, складывается впечатление, что все это было давно спланировано, - начал я потихоньку выведывать информацию. Дайске не Хиори, его одним давлением не прошибешь.       - Хех, верно, - негромко усмехнулся телохранитель. – У каждого могущественного Дома есть подобные планы. Никогда не знаешь, что произойдет в будущем. Единственное, все должно было происходить более скоординированно и с группой прикрытия. Но получилось, как получилось, - устало вздохнул брюнет.       - Говорить мне кто я такой, вы все еще отказываетесь? – закинул я наживку, ну а вдруг? – Я же могу и сам догадаться.       - Я делаю это не по своей прихоти. Как и любой слуга, я хочу для вас счастья, - посмотрел он на меня через плечо. – У вас будет новая жизнь. Не стоит забивать голову опасной информацией.       - А вы уверены, что игнорирование проблемы ее решит? – да, я выбиваюсь из образа мелкого ребенка, но и пусть. Инфа важнее.       - Вы узнаете все позже. Прошу лишь довериться нам.       - Да я даже не знаю толком кто вы. Я ничего не знаю, - во мне вновь начало кипеть раздражение.       - Ну с этим все довольно просто. Мы – ваши слуги. Люди, для которых служение вам, как нашему господину, является величайшей честью в жизни, - решился дать ответы Дайске. – Простолюдины не понимают всей глубины наших отношений, но им и не дано. Змее никогда не понять ястреба, - ударился он в какие-то метафоры. Видимо общался уже с каким-то простолюдинином на данную тему. – Служба сильному – это честь. Это норма нашего мира, как бы другие не пытались это опровергнуть, - вновь развернулся он ко мне. – Поймите, вакаданна. Умереть за вас – это высшая награда для нас. Вся наша жизнь зависит от долга вашему Дому, тянущегося еще с древних времен и передающегося от отца к сыну. Вы понимаете? Для таких как мы нет более страшного деяния, чем предать Дом и господина.       - Но ведь Дома больше нет, не так ли? – напомнил я.       - Пока живы вы, жив и ваш Дом, - поначалу смутился, но быстро выкрутился мужик.       Ну что можно сказать? Идейные. В острой форме. Хорошо ли это? С одной точки зрения – да. Не предадут, не продадут, что удивительно для меня прежнего. Однако, есть и другая сторона. Мои враги такие же. А вот это уже довольно неприятно. В который раз убеждаюсь, что деловые отношения гораздо проще и понятней, чем вот эта муть, на которую так дрочили авторы различных художественных произведений. Долг у них какой-то ко мне. Тоже мне.       - Ладно. А вы уверены, что те крестьяне не расскажут о нас? – переключился я на другую тему.       - Не знаю. Но и выбора у нас особенно не было. Либо мы платим и запугиваем их в надежде, что они не будут раскрывать рта, либо убиваем. Но на следующий день факт пропажи не самых последних людей в деревне будет уже известен, а наше присутствие в ней уже раскрыто каким-нибудь сельчанином, не спавшим сегодня. Ситуация не однозначная.       - Получается нам надо в любом случае спешить, чтобы убраться как можно дальше? – кивнул я головой на доводы Дайске.       - Именно, причем днем нам надо бы уже быть в степи, - сплюнул на землю он и начал крутить в руке прутик. – Где они только нашли его? Горький как не знаю что.        - Дайске-сан, а вы можете мне подробней рассказать о тех чудесах, что устраивали в поезде?       - Чудесах? А-а-а вы про Сеним, - качнул головой Дайске, или это повозку тряхнуло? – Я не совсем разбираюсь в теории, но как мне рассказывал отец: Сеним – это сила нашей души. Она пропитывает все наше тело, и способна влиять в узких пределах на само мироздание. С помощью нее мы можем становиться быстрее, сильнее и прочнее обычных людей. Одним словом, это великий дар Тенгри нам – заблудшим душам.       - Тенгри?       - Бог наш. Само небо есть отражение его сути. Он всеведущ, всемогущ и вездесущ. Он подарил нам Сеним и научил как правильно жить, чтобы не опорочить душу свою грехами, - из голоса Дайске исчезли любые другие эмоции кроме твердой уверенности в своих словах. – Другие решили, что раз Тенгри давно не проявлял себя в нашей жизни, то и слушать его заповеди не нужно, но это ошибка! Прошу, запомните, вакаданна, каким бы могущественным вы себя не считали, всегда есть тот, кто стоит над всеми нами.       Атмосфера, заданная телохранителем, была столь мощной, что я непроизвольно кивнул на его слова, будто бы правда принял их на веру. Хотя, учитывая наличие вполне реальных магов, почему бы не существовать и чему-то более… концептуальному? Бррр, от одной этой мысли в холод кидает. Это вам не просто сказки стариков, тут есть реальное подтверждение сверхъестественного.       - А Тенгри сам подарил эту силу людям? Просто так? – надо бы разузнать об этом поподробней. Слишком серьезная тема.       - Нет, конечно, нет. Богу нет нужды самолично этим заниматься, - замотал головой брюнет. – Он выбрал одного единственного. Того, кто понесет его волю другим людям. Того, кто не побоится выступить против заблуждений других. Тенгри выбрал своим пророком последнего сына некогда великой семьи кочевников – Кайсара. Сирота предстал перед ликом Господа и был отправлен нести Его слово среди других.       - А разве это не тоже, что и в христианстве? – припомнил я смутный факт из прошлой жизни. На любые религии там забили уже давно, но вот надо же, что-то осталось в голове.       - Ваша память потихоньку начала возвращаться? – радостно воскликнул Дайске, поворачиваясь ко мне. – Ваш вопрос был довольно значимым долгое время. Из-за него даже войны устраивали. Но все просто. Тенгри послал к ним своего великого пророка Ису, но, прежде чем он успел разнести слово Божье по всего миру, местные жители распяли его. Лишившись единственного свидетеля божественных откровений, ученики Исы исказили священное писание, и чем больше времени проходило от смерти пророка, тем сильнее искажалось его учение, пока Ису и вовсе не объявили сыном Бога. Долгие года Тенгри пребывал в печали относительно глупости людей, но он простил нас, и потому в следующий раз дал своему пророку прямое доказательства своей воли – Сеним. Да и Кайсар был не каким-то там путешественником-слабаком, а настоящим воином, способным отстоять свои убеждения.       - И Кайсар раздал свои силы другим? – немного удивился я. Получить уникальные способности и раздать их неизвестным людям. Не верю.       - Не совсем. Он объединил все кочевые племена под своим началом и начал строить единую империю, которая должна была объединить под собой весь мир. Дабы все люди жили так, как завещал истинный Бог. Но для этого ему нужны были верные и сильные помощники. Среди всего воинства своего он выбрал восемьдесят лучших и наделил их частичкой своих сил. Так на свет появились Их Наян Улус. Восемьдесят Великих Домов, - торжественно завершил мысль Дайске.       - А что стало с Кайсаром и его империей?       - Он захватил почти всю Азию, но в Древней Персии встретил самого Шайтана. Их бой длился три дня и три ночи, по итогу которых Шайтан был развоплощен, а Кайсар погиб, покинув нас, и отправился на встречу к Тенгри, заняв свое почетное место в Раю, - чуть ли не пустил слезу Дайске, рассказывая мне эту историю. – Сыновья пророка пытались завершить его дело, но удалось им это не полностью. Дальнейшую историю я знаю уже плохо. Был бы Рокаги-кун, он бы смог по датам все рассказать, но увы.       Прекрасно. Помимо магии, есть Боги. А у Богов есть свои любимчики, способные захватить полмира. И таких как они целых восемьдесят штук. Было. Сколько их сейчас в душе не чаю. Но по переговорам моих слуг, только в Японии минимум три крутых семьи. И я тоже не из слабенькой родом. Можно принять за плюс, если бы не ситуация. Вот только кто будет меня обучать этой их Сеним, если мой дом вырезали? Вряд ли они тут все секретами своими делятся. А Бога, который меня одарит уникальными способностями я пока не вижу.       Нет, так не пойдет. Я привык быть по умолчанию круче других. Но это неверно, я уже крупно поплатился за это. Надо начать самому все нарабатывать. Нет учителей? Сам разберусь. Сильные враги? Извернусь, но выживу. Мне дали второй шанс, просрать его как первый не хотелось бы.       - И что мы можем?       - М? В плане с помощью Сеним? – не понял по началу Дайске, видимо в свои мысли ушел. – Каждый Заарин, то есть обладатель Сеним, представляет из себя мощную боевую единицу. Раньше воевали только мы, но со временем у стран появилась своя регулярная армия, так что мы стали чем-то вроде специальных сил, способных в одиночку перевернуть целое сражение. На поле боя только Заарин способен победить другого Заарина, ну или многократно превосходящая сила, - задумчиво почесал подбородок мужчина. – Как я уже говорил мы быстрее, сильнее, выносливей и так далее, чем простолюдин. К тому же обладаем многими другими способностями. Перечислять можно долго. Вы не хотите поспать?       - Я проснулся буквально недавно, - закутался я в покрывало поплотней. Подмерз немного.       - Я понимаю, но ехать нам еще не мало, а вам все-таки нужно восстанавливаться.       - А по-моему, вы просто хотите, чтобы я уже отстал от вас, - подшутил я над слугой.       - Нет, что вы! И в мыслях не было. Просто сейчас еще ночь, и я…, - начал оправдываться Дайске, да так взбудоражено, что чуть не отпустил веревки, которыми лошадь контролировал.       - Все в порядке, Дайске-сан. Я шучу, - на всякий случай решил я успокоить мужика, а то кто знает, что он сейчас устроит. Может сеппуку сделает, чтобы доказать свою полную верность. Кто их знает? – Последний вопрос тогда. Хиори сказала мне, что у вас с собой всегда есть оружие, и во время битвы в поезде вы достали из ниоткуда катану, что это?       - Помните, я сказал, что Сеним – это сила души? Так вот за пределами нашего тела она способна проявляться в двух… нет, трех ипостасях, - задумался на мгновенье брюнет. – Ну да, все верно. В виде некой невидимой ауры, опоясывающей все наше тело и защищающей от любого урона - Калкан. Именно из-за него вы не смогли ранить того Фудзивара.       - Абсолютная защита? – сомнения в моем голосе хватило бы на пару диалогов. Потому что не хватало мне просто фаерболов, так еще и броня теперь какая-то появилась. И как их убивать-то?       - Для обычных людей может так показаться, но это не совсем верно, - поспешил развеять мои подозрения слуга. – Калкан защищает – как бы это сказать – только от физических повреждений, а если точнее от атак без Сеним. То есть вот кинут в вас камень, он отскочит. А вот если это будет, например мой лед, то тут уже все будет по-другому, - тихо проговорив что-то себе под нос, Дайске вырастил на пальцах ледяную корку. – В таком случае эффективность Калкана будет гораздо ниже, но все еще будет. Однако, если в вас прилетит что-то массивней и быстрей, чем просто камень, то Калкан может разрушиться. Так что назвать его абсолютной защитой будет неправильно.       - Не совсем понял. То есть пробить эту ауру может не только атака с Сеним, но и просто пуля? – а вот с этого момента подробнее.       - Тут надо понимать, что почти все наши способности зависят в не последнюю очередь от уровня развития самого Заарина. Чем лучше вы управляетесь с Сеним, тем лучше будет все остальное. Это все к тому, что из пистолета Калкан не пробьешь, а вот если Заарин слабенький, то точный выстрел из винтовки уже вполне на это способен. Но опять же слишком много разных переменных, - на этом моменте Дайске стал предельно серьезным. - Но что я знаю точно, так это то, что стоять под огнем пулемета не стоит никогда. Запомните, вакаданна. Тут не спасет даже Калкан.       Хорошие новости: мага можно убить из пулемета. Плохие новости: он должен быть настолько тупым, чтобы самостоятельно встать на линии огня. Мда, ситуация двоякая. Но это все же лучше, чем ничего. С пулеметом я работать умею лучше, чем с неизвестными способностями. Осталось его только найти.       - Но тут речь заходит про еще одну вещь, которая способна пробивать Калкан, - Дайске опять с помощью неизвестных мне слов материализовал в руке свою катану. Сейчас процесс был явно медленнее, видимо, чтобы я мог за ним пронаблюдать. – Это Кару – духовное оружие. Квинтэссенция нашей Сеним, выраженная в том, что больше всего подходит именно нам. У каждого Заарина оно свое. У меня это катана. Причем как вы видите, весьма простенькая, без изысков. Это тоже отражение сути Заарина, - начал он крутить передо мной своим мечом. И я был согласен с Дайске, его катана действительно не была похожа на что-то статусное или дороге. У нее даже гарда была из простого квадратного куска металла. – Но не обманывайтесь, как бы Кару не выглядело, оно способно резать сталь словно масло.       - Понятно, - кивнул я сам себе, наблюдая, как меч растворяется в воздухе. Это получается и у меня где-то внутри тела есть неизвестное оружие? Стоп, а если моя душа из другого мира, то что? Ой.       - Ну и третье – это Илбэ, простейшее высвобождение Сеним в какой-либо форме. У каждого Заарина с рождения есть предрасположенность к конкретной области всего искусства Сеним. Каждый способен изучать и практиковаться в любом направлении Илбэ, но это будет трудно, сложно и долго. А вот Илбэ, с которым ты родился, это та часть, которая всегда доступна тебе. С ней ты находишься в гармонии. Понимаете? – посмотрел Дайске на меня, но особого понимания от меня не дождался. Сложно слепому понять зрячего, вот тут тоже самое. - Ее развитие происходит гораздо проще и быстрее, чем любой другой области или стихии. Поэтому очень многие и не лезут дальше своей предрасположенности, я вот не стал. Мне достаточно и льда.       - И что? Прям вообще никто не развивается дальше?       - А что значит дальше? Когда владение одним элементом, стихией или областью Сеним становиться совершенным? Как понять, что ты добился всего в этом отношении? – по-доброму усмехнулся Дайске. – Никто не знает. Но нет, конечно, существуют те, кто тратит всю свою жизнь на изучение тонкостей и граней Сеним. Это либо ученые мужи из Кургана, либо монахи. Но Заарин это прежде всего воин, он не может тратить все свое время на изучение Сеним, поэтому и отношение к таким личностям довольно прохладное, особенно к монахам. Большая часть из них позорно ушла с войны, прикрываясь словами о поиске более глубинного смысла в своей жизни и Сеним, - в речи телохранителя вновь проскочило раздражение.       - Спасибо что ответили на мои вопросы, - поблагодарил я мужчину, теперь у меня есть куча пищи для размышлений, за которой я и проведу время до нашей остановки. А нам потом еще по степи скакать черт знает сколько времени. Как же тяжела жизнь без скоростного транспорта. – А что вы шепчете, когда создаете Илбэ?       - То, что хочу увидеть. Хочу создать стену перед собой, говорю это. Но это мой путь. Рокаги-кун, например цитирует какого-то поэта, Кирей-сама обходился односложными словами, - помассировал мужчина виски, вспоминая что-то. – Это индивидуальное. Сеним находиться внутри нас, но управлять ей напрямую весьма проблематично, поэтому существует гигантское количество способов управлять ей. Слова, транс, жесты, танцы, рунические круги, мудры и так далее. Кому как удобно, тот так и делает. Но если я правильно помню, то самым популярным было словесное описание своих желаний.       - А на каком языке вы это говорите. На японский не похоже. – Как и на другие известные мне языки, добавил я про себя.       - Тут все просто. Язык, на котором писал и говорил пророк Тенгри, является настолько священным, что само мироздание подстраивается под него. Вот она божественная сила. А говорил он на древнетюркском, языке великих степей, - опять ударился в религиозное поклонение Дайске. – Собственно, все слова, которые описывают благословлённых Тенгри пришли к нам из него. Никто во всем мире, кроме Зааринов не может разговаривать на нем. Это святотатство.       Как же тут все у вас на религии помешано. Даже не знаешь, что хуже. Ее полное отсутствие в жизни человека или вот это. Хотя у них-то есть вполне объективные причины в это верить и бояться возмездия небес. Наверное, не стоит мне пока афишировать свои атеистические взгляды, могут не понять.       - Точно не хотите отдохнуть? – еще раз спросил Дайске, скосив на меня взгляд. Занятно, что Хиори он такого внимания не оказывает.       - Да я и не напрягаюсь сейчас, - улыбкой ответил я на его вопрос и продолжил смотреть на звезды. Думать мне сейчас придется много. Даже как-то непривычно.

***

      В постоялом дворе недалеко от небольшой деревушки на самом краю Японской Империи было довольно многолюдно. Для многих путешественников, торговцев и крестьян это был последний пункт для остановки перед тем, как покинуть защищенные земли и отправится на территорию полную беззакония и хаоса. Да, бывшее Срединное Государство, раньше успешно доминировавшее в этой части мира, ныне представляло из себя лишь жалкое подобие собственного былого величия.       Разделенное между тремя другими государствами оно превратилось в центр их политической борьбы и серую зону, не контролируемую полноценно никем. Одиноко стоящие заставы не могли обеспечить должного влияния, так что настоящими правителями здесь были различные преступные банды и кланы, вершащие свои дела. Официальные власти иногда делали попытки напомнить кто здесь главный, но кого это остановит?       Тем более что происходило это лишь на севере, юге и востоке огромной ранее страны, а все остальное было отдано на откуп самим ханьцам. Но что могли сделать простые люди против организованной преступности, в рядах которых часто были различные бастарды малых азиатских Домов или агенты других держав. Чистая анархия была слишком выгодна для иностранцев, и их совершенно не заботило мнение коренного народа. А ведь когда-то здесь находилась столица всего Востока. Но эти времена прошли и остались лишь останки былого великолепия, из тех, что не были вывезены за границу.       Именно такая земля ждала трех путешественников, обедающих в харчевне постоялого двора и слушающих местные слухи. Два взрослых и один ребенок, одетые как простые крестьяне, готовились на самый рисковый путь в своей жизни. Ведь никто не предскажет, что ждет их там. Какую судьбу им уготовил Бог.       - Вэн, ты тут бывал недавно в Вуренчи, - слегка пьяный посетитель за одним из столов навис над своим соседом под дружный гогот его друзей. – Что там говорят?       - О-о-о, новостей там немало, - оттолкнув от себя пьянчугу, затянул Вэн. – Но самая главная в том, что сейчас лучшая пора для поездок на северо-запад.       - Да ну? – фыркнул третий, усаживая пьяного товарища ровно на стул. – И с чего вдруг? Банда красного дракона или те непонятные кочевники-работорговцы резко куда-то исчезли?       - Почти, - отпил Вэн из кружки, - их там теперь нет. Пока ближайшие группы не узнают о случившемся и не решат подмять под себя пустую территорию, естественно.       - В смысле нет? – решил внести в беседу слово четвертый, молча попивавший чай до этого. – Такие банды в никуда не пропадают. Если их нет, значит там теперь кто-то посильнее заправляет.       - В том то и дело, - покачал головой Вэн. – Там прошел Могуэй.       В момент вся харчевня затихла. Все разговоры, перепалки, все закончилось на полуслове, а взгляды всех присутствующих уставились на Вэна.       - Ты так лучше не шути, - отмер наконец третий, прокашлявшись. – Народ здесь нервный не стоит его раззадоривать подобными выдумками.       - Если бы, - продолжил стоять на своем торговец из Вуренчи. – Но есть свидетели и не мало. Это он. Пришел с юга и выкосил всех вставших у него на пути вплоть до сторожевого отряда японцев, находящегося поблизости.       Пока весь постоялый двор слушал историю о произошедшем недалеко, тройка крестьян тихо и быстро покинула заведение и, сев на лошадей, купленных тут же, галопом поскакала на северо-запад, стремясь проскочить по очищенной от разного рода преступности территории.