9 глава. Габриэль Грант

Момент истины наступил через две недели. К этому времени я уже знал, что трагически погиб начальник Малы – высокомерный Эммет Роуз. Вайш сказал, что ничего страшного не случилось, и мистер Роуз сам ответственен за свою смерть. Индия вынесла ему приговор по многим причинам. Среди них и грязное прошлое, и глубокое неуважение к людям. Он не считался с местной культурой, а также презирал женщин, чья энергия высоко почиталась в Калькутте. Узнал я и то, что Мала завела отношения с коллегой Киллианом Лайтвудом и даже целовалась с ним в отеле, где британская группа собралась обсудить свое будущее. Рэйтан имел удивительное свойство погружать слушателя в ту действительность, о которой рассказывал, словно в театральную постановку. Я явственно видел, как крепкие руки военного атташе скользят по телу моей сестры, поглаживая тонкую ткань индийского сари. Он жадно искал ее поцелуя и взмокшие пряди волос падали ему на лицо. А затем зверем впивался в губы Малы, вжимая ее хрупкую фигурку в деревянную панель отельного коридора. Я совершенно точно не должен был этого знать. Но Рэйтан Вайш был в моей жизни, и поэтому я знал. А потом в жизни Малы появился он – Амрит Дубей. И тот отчаянный поцелуй капитана Лайтвуда стал неважным, а потом и вовсе стерся из ее памяти. Наследник брахманов покорил мою сестру, и сам увлекся ей не меньше. Они были связаны. Единственное, чего я не мог представить, так это того, что по словам Вайша, у этих двоих при встрече "закипала кровь". Я никак не мог вникнуть в смысл этой фразы, мне виделась пузырящаяся, как бульон в супе, красная жижа. Температура, что ли? Хоть я и был уверен, что люблю Бекки, но никогда не испытывал ничего подобного. Я даже пожалел, что разрешил ей себя проводить. Она настолько плакала горько, что частичка меня отказывалась уезжать. Я тщетно пытался объяснить, что это не больше, чем на неделю, что к началу занятий я вернусь. Хоть Рэйтан Вайш и посоветовал мне взять с собой учебники, на случай, если поездка продлится немного дольше. Но Бекки рыдала так, словно я уходил добровольцем на фронт. –Кир, а вдруг там с тобой что-то случится? – канючила она. –Со мной ничего не случится. Я могу за себя постоять, – отрезал я, и чуть мягче добавил, – не переживай, пожалуйста. Она снова и снова задавала мне вопросы в стиле "почему ты не можешь остаться" и "как я буду без тебя", но я не мог ответить. Я честно не знал, как она будет без меня. Наверное, обычно. Возможно, весь сыр-бор из-за того, что ее семья пригласила меня на ужин на каникулах, а я уезжал. Наш диалог прервал внезапно появившийся между нами незнакомец. Красивый, высокий мужчина в деловом костюме подал мне руку. Бекки перестала плакать, и так и застыла с приоткрытым ртом, не в силах выдохнуть. –Габриэль Грант. Новый руководитель британской оперативной группы. –Киран Кхан, брат Амалы Кхан и будущий капитан команды по футболу. Он улыбнулся. Мы скрепили наше знакомство крепким мужским рукопожатием. Габриэля Гранта пока не знал никто. И здесь уже господин Вайш попросил меня об услуге. Я должен буду разузнать максимум информации о Гранте и потом передать Вайшу. В этом не было ничего сложного, мой попутчик сам легко шел на контакт. –Твоя девушка? – спросил Грант, когда мы попрощались с Бекки и прошли регистрацию на рейс. Прощание было сухим и официальным. Обмениваться нежностями при Габриэле Грант не хотелось. –Да, – устало отозвался я. –Немного прилипчивая, не находишь? – мужчина с интересом взглянул на меня. –Нахожу, – согласился я, – но девчонки все такие. –Не все. Иногда можно найти бриллиант. Женщину, которая будет с тобой наравне, без этих глупых сцен. –Вы встречали таких? – спросил я. –Я встречался с такой, – поправил Габриэль, – настоящий огонек. Она работала за троих, имела отличный вкус в музыке и фильмах, была чертовски умна и красива. –И что с ней случилось? Она умерла? – взволнованно уточнил я. –В каком-то смысле да. Исчезла воинственность, которая меня покорила. Огонек потух. Она стала требовать внимания, поддержки и прочей белиберды. –Разве женщину нельзя поддерживать? Грант взглянул на меня с укором: –Нежелательно. Поддержка делает слабыми и мужчин, и женщин. У нас начались скандалы, потому что я не делал ей поблажек. И вместо того, чтобы взять себя в руки, она, представь, плакала под одеялом и ела мороженое ведерками. Если бы я позволил себе рыдать, развалившись в кровати, я бы ничего не добился. Он подмигнул мне. Я не знал, кто прав, Габриэль или та женщина, поэтому решил перевести разговор в русло, которое могло бы заинтересовать Вайша: –Поэтому вы нагрузили себя работой и взяли командование группой? –В точку, – улыбнулся он, позволяя мне занять место у окна, – работа никогда не сделает из тебя сопляка. Я задумался, стоит ли выпытывать у него подробности. Грант мне понравился, и я сомневался, стоит ли так сразу предавать его, не успев толком познакомиться. –Я бы был аккуратнее на вашем месте, – осторожно сказал я, – в Индии люди поклоняются женской энергии. А женская энергия отчасти заключается в мягкости и созидании. –Откуда такие познания? –Ну, я немного разбираюсь в своей культуре, – расплывчато ответил я, умолчав о судьбе прошлого руководителя. Мне хотелось уберечь Гранта от той же ошибки. –Правда? Ну я бы посмотрел на того, кто сделает мне замечание, – весело заметил он. –В чужой монастырь со своим уставом не ездят, – настаивал я. –Ладно, парень, мы с тобой там всем надерем задницы. Но ты все же прав, учитывая обстоятельства, привлекать внимание первое время не стоит. –Обстоятельства? И Грант поведал мне о своем назначении. О том, как в штабе узнали о смерти Роуза. Я наверняка убедился в правдивости рассказов Рэйтана Вайша. –Наша задача делать работу лучше, чем Роуз. Он жаловался на свой коллектив, писал докладные вышестоящему начальству, и вот к чему это привело. Никого не было рядом, чтобы протянуть ему руку помощи. Разве так поступает настоящий лидер? Оставшееся время нестерпимо долгого и утомительного перелета мы то спали, то болтали о всякой ерунде. Грант рассказывал мне о своих рабочих подвигах, причем, свою роль он сильно преуменьшал и заметно скромничал. Истории, по которым можно было снять фильм, он считал чем-то обычным, вроде сандвича на завтрак. Я сказал, что он круче Рокки Бальбоа, и тогда Габриэль пообещал научить и меня чему-нибудь. –Знания не должны пропадать, – торжественно заявил он, откладывая в сторону газету. Взглянув в иллюминатор, я смог различить некоторые здания в восточным стиле среди ночных огней. Мы приземлялись в Индии.