Часть 7.

К моему великому сожалению, прогулка была как всегда сорвана. Уже посреди луга я и услышал многочисленный топот лошадиных ног и лай служебных собак. Причем, шум приближался только с одной стороны, там, где находилось городское поместье. Волнение коснулось не только меня, мой верный конь тоже встревожился, готовый вот-вот сорваться с места. — Тише, Снежок, тише, — добавил я, с усилием натягивая поводья на себя, — не переживай, мы еще успеем уйти от погони. Для начала надо проводить нашу спутницу до дома. Возвращаться назад было не так уж и далеко. Небольшое расстояние отделяло нас от усадьбы. Там уже Мария поспешно спустилась на землю. — Я обязательно вернусь, когда все поутихнет. А сейчас мне надо спешить. Вот они приближаются. Скоро увидимся. Буйство погони тем временем нарастало. Звучный голосистый лай слышался совсем близко. Сердце замерло в груди, едва охотничьи собаки поравнялись со мной. Учитывая их скорость и выносливость, я не сомневался ни капельки. Хоть револьвер оказался под рукой, это и успокаивало. Закаленный многочисленными стычками и погонями Ганс чаще других выходил сухим из воды. Что делало его более успешным. Загнать преследователей в скалистое ущелье и там уже отбиться от них, уйдя незамеченным — он считал своей первостепенной целью. Свора ищеек не сбавляя темпа, двигалась параллельно. Но самые смелые умудрялись даже подойти вплотную, за что и получали. Пятнадцать из сорока собак валялись далеко позади, завывая от боли и пулевых ранений. Оглушительные выстрелы сотрясали воздух, и заглушали человеческие голоса. — Вот он! Окружаем его, заходи со всех сторон. Не давайте ему уйти! Быстрее, быстрее! Слишком поздно заметив засаду, Ганс так резко повернул в обратную сторону, рывок чуть не скинул его на землю. Лишь чудом удержался в седле. Отбиться от засевших в засаде стражей порядка теперь было невозможным. Слишком лихими и горячими оказались их лошади. Пришлось нестись напролом сквозь кусты. Куда никто бы не сунулся. — Нет, куда побежал! Только не на открытую местность, — кричал я, пытаясь совладать с обезумевшим жеребцом, чье суетливое движение едва не стоило мне жизни, — спокойнее, спокойнее! В итоге столкнувшись с бегущей навстречу гнедой лошадью и чуть не покалечившись, мы благополучно миновали окружение. Единое мгновение, произошедшее со мной до столкновения я лишь мельком увидел командира. Не знаю, видел ли он меня. Я старался не думать об этом. Однако радоваться пришлось недолго. Гулкий стук копыт послышался за спиной, приближаясь с каждой минутой. Погоня приобрела новый оборот. Видимо, проклятый швед не собирался упускать меня из виду. Я уже дважды пожалел, что ввязался в эту авантюру. Почти у самого подножия скалистого ущелья прогремел выстрел, эхом разнесшись повсюду. Острая боль пронзила меня насквозь, заставив скорчиться и выронить поводья из рук. Дыхание сперло в груди.