male! Красная Шапочка

Все вокруг, залило сизой, прозрачной дымкой. Она не различала больше запахов, вкусов. Цвета стали приглушенно-однотонными. Не могла коснуться, только летать. Тонкой тенью от дерева к дереву. Чувства ее не наполняли, ей не было страшно, одиноко или грустно. Скорее пустота прорастала внутри, скребясь в глубине. Она не знала сколько прошло времени. Иногда шел снег, иногда листья опадали, а иногда шел дождь, как сейчас. Ей редко удавалось уловить этот момент, мгновениями она словно пропадала, как во сне, но без снов. Словно ее и не существовало никогда. Обитатели этого леса, живые и другие, как она, были разными. Тени, что ей встречались могли быть потерянными, как она, а могли капать чернотой и пожирать своих же. Их она старалась избегать, любой ценой. Страха не было, но что-то подсказывало не идти к ним на рокочущий зов. Сегодня, если оно так было. Случилось необычное. В кусты неподалеку, вел одиночный, кровавый след. Она слышала скулеж или плач, похожий отдаленно на детский. То, что там находилось медленно умирало, всполохи были бело-голубыми и летели к небу. Она уже такое видела однажды, наблюдая за смертью оленя. Подойдя ближе, ей удалось разглядеть очень большого щенка-волчонка. Он заскулил, видимо почуял ее, хоть и не видел. Она коснулась его, чувства жалости и жуткой печали, затопило ее нутро. Чем больше они соприкасались, тем больше единения она ощущала. Что-то несомненно изменилось, тень стала дышать, видеть чужими/своими глазами. Они соединялись, образуя нечто новое, другое. Она отдала часть недостающих кусочков от себя и растворилась, сливаясь утраченными воспоминаниями. *** Хола была рождена в семье двух замечательных, молодых родителей. Но они были не совсем обыкновенными, они были волками. Еще у нее были озорные братики и кроха сестричка. Вместе, их семья проживала в лесу, в хижине построенной мамой и папой. Тут было очень уютно, их кроватки, резные игрушки, кости ее первой добычи. Поскольку Хола была рождена волком, как и вся ее семья, обращение ей не доставляло никаких проблем. Только в полнолуние ощущался странный зуд, дикое желание выть и охотится. Однажды отбежав от дома, она заигралась, следуя по следам зайчика. Хола стала волноваться, мама не любила когда они забегали в эту часть леса. Где-то там в глубине проживал их дедушка по папиной линии. Он не был рожденным, его обратил такой же укушенный, хорошо, что их бабушка его спасла. Обращенные, как рассказывал папа, хуже себя контролировали, а в полнолуние совсем сходили с ума. Жаль, что они не могли жить в том же месте, где дедуля. Он стал частью волшебного леса, переродившись там из человека в волка. Тот кто рождался в волшебном лесу, мог спокойно жить в нем, в отличии от прочих заблудших путников. Если в нем задержатся, по истечению времени, без сопровождения, лес тебя просто выкинет обратно или сделает чего по хуже, не отпустив. То место было опасным и маменька запрещала им бегать туда без особой на то надобности. Дедушка обычно сам приходил проведывать их. Хола потянула носом, наступали сумерки, ей нужно было идти домой. Она бежала своими крепкими лапами, спешила к ужину, хлюпая грязью. У мамы было лучше мясное рагу в мире из диких уток с клюквой. Но по мере того, как маленькая волчица приближалась. Ей становилось все тревожней и тревожней. Запах едкого дыма теребил носик, перебивая...кровь. Она выскочила из под елей, сверкнув глазами в темноте. Ее дом в дали, горел, вспыхивая жарким пламенем. Наконец она услышала запах, мертвых тел ее родичей. Хола заскулила поджимая уши, рядом с бьющим огнем стояли люди, это были охотники. Ее заметили, послышался мгновенный выстрел. Волчица отскочила в последний момент, задело живот, вместо всего туловища. Она взвыла, было больно, рана почему-то не начала медленно заживать, как обычно это происходило. Мужчины бежали в ее сторону, что-то кричали. Переборов боль, волчонок побежал как можно дальше, если она успеет перейти черту леса. Охотники не станут за ней бежать, люди слишком боялись того места. Еще несколько выстрелов последовали ей вдогонку . Хола уворачивалась, маневрируя из стороны в сторону. Кровь текла по лапам, пропитывая мех. Ее ранили серебром, поняла она. Папа рассказывал, что от этого металла раны очень плохо заживают, как после укуса упыря. Девочка уже не могла бежать, она не знала где жил дедушка и не могла учуять его. Ее резко стошнило, голоса приближались и она упала в кусты, замирая. Она долго лежала на месте, начался холодный дождь. Ее тело окутала дрожь, она поджала лапы, кровь не прекращала течь. Мама, папа, сестричка, братики. Люди убили их, ни за что. Раньше Хола думала, что мама с папой врут про людей, что их нужно остерегаться, что они ненавидят нас. Но это оказалось правдой, как же ей хотелось загрызть каждого из убийц. Нет, всех людей. Силы покидали волчицу, ей захотелось спать, но капли дождя, то и дело, попадали в глаза, мешая. Вдруг, послышался сырой, землянистый, но приятный запах. Он был холодный и теплый, одновременно. Что-то погладило ее, но она не видела, что. Хола чувствовала как пропадала до этого, но теперь появилось что-то еще, что-то, что не принадлежало ей одной. А потом случилась вспышка и она потеряла сознание, перестав быть собой. *** — Хола! Хола! Моя бедная девочка — слышался голос, как под толщей воды. Я моргнула, резко садясь в теплой постели. Рядом потрескивали дрова в каменной печи, пахло кашей с мясом и какими-то травами. Осмотрела свои руки, они были маленькими с небольшими мозольками. А ногти были длиннее обычного, чуть заостренные. Они мои...? Живот обмотан мотками ткани, похоже на бинты. Что произошло и где я ? Кто-то зашел в избушку, это был пожилой, полностью посидевший мужчина. В руке он нес мешок с вкусным, сглотнула.. ароматом сырого мяса. Точно это же мой дедушка, как я могла забыть такое.. Голову пронзила острая боль, с трезвоном в ушах. Я захныкала, сжимая темно-каштановые ? волосы на затылке. Почему..почему..почему.. так больно. — Хола, милая! — дедушка Арчибальд подбежал ко мне, укладывая обратно в кровать. Вот, выпей это, лесная колдунья дала мне зелье, оно поможет! — мужчина приставил ко рту флакон с горько пахнущей жидкостью, меня снова затошнило. — Пей! Оно поможет, не рассыпаться твой душе! Ну же! — он насильно влил зелье в моей рот. Я сделала глоток, стало так плохо, живот скрутило, я издала очередной вопль и провалилась во тьму. Перед глазами бежали странные картинки. Многоэтажные дома, машины, дым заводов и выхлопных газов. В отражении, в зеркале, на меня смотрела взрослая девушка, это я ? Она/я протянула ладонь, все встало на свои места. Я/мы умерла/ли и... Родилась заново. Проснулась, зевая и растягиваясь, неподалеку возле печи, спал дедушка. Когда я отбросила жаркое одеяло, он вздрогнул, тут же открывая глаза. — Волчонок! Ты жива! — он подбежал, крепко для старика, обнимая, заливаясь слезами. Похлопала его по спине. — Все хорошо, дедуля. Скажи что произошло ? — мой голос был хриплый и слабый. Он утер глаза. — Ты не просыпалась семь дней, я просил помощи у одной ведьмы. Она сказала дать тебе зелье и не трогать — Арчибальд шмыгнул носом. Но теперь все хорошо, лес принял тебя, дал вторую жизнь! Так, что ты сможешь остаться со мной. — Ты знаешь.. о ? — сжала одеяло, не должна плакать. — Да, Хола, знаю — он кивнул. Не бойся, охотники сюда не придут, они знают правила короля леса. — Почему они это сделали ? Как они могли ?! Мы же не кому не причиняли вреда, охотились только на лесных животных! — Знаю, знаю, моя девочка. Я сам когда-то был человеком, люди бояться нашей силы и не без причины — мужчина потер глаза. А потом убивают, без разбора и даже тех, кто никак не причастен. Тогда уж наши отвечают им тем же, это замкнутый круг, ненависти и страха. — Я не могу это так оставить! — попыталась встать с кровати, падая, дедушка меня поймал. Я убью их, всех загрызу! — злость и горе, что я чувствовала, показались мне на секунду чужеродными и одновременно такими родными. — Прошу Хола, ляг в постель. Наберись сил, залечи раны, а там подумаем, что делать — он коснулся моего лба, горячей рукой. Бог их накажет, золотце. Мне хотелось рычать, крикнуть, что бога нет! Но я смолчала, подавляя эти новые эмоции. *** Дни проходили спокойно и скоротечно. Дедушка жил в старой землянке-норе, построенной когда-то с бабушкой Адалуолфай. Тут было все, что нужно для жизни. Большая печка с трубой незаметно выглядующий из под мха, растущим на крыше. Без дыма, в летнее время, дом, вообще было невозможно заметить. Оборотни хорошо видели в темноте, так что свет, не особо то и был нужен. Но дедуля все равно, по старой памяти делал свечи из смолы деревьев или дикого, пчелиного воска - как же приятно они пахли! Потихоньку он обучал меня всему, что знал. Мы частенько рыбачили, самодельными удочками и варили уху с приправой из диких растений. Дедушка учил как охранять нашу территорию. Каких зверей и существ лучше избегать и как с ними сражаться, рассказывая о слабых местах. Охотились, истощая и загоняя добычу в угол. Почему-то впервые охотившись с дедушкой и убив кабана, я почувствовала радость и непонятную мне печаль. Мысли о мести, я давно отпустила. Но нелюбовь к людям осталась, что не мешало ходить с дедушкой в город. Он торговал необычными, сухими травами и редкими растениями, как и засушенной рыбкой. Такие дары не росли в обычном лесу, поэтому наши товары были популярны, особенно у лекарей и приезжих из дальних стран. Тут же, мы покупали, то, что в лесу не найти. Соль, лучины, книги, бумагу, чернила и многое-многое, пока деньги не истратим. Они не представляли особой ценности для нас. Дедушка начал учить меня читать и писать, но я откуда-то уже знала как это делать. И мысли, что раньше не приходили мне в голову, стали появляться из ниоткуда. Мне непременно хотелось как можно больше узнать о мире и его обитателях. Учиться и познавать - стало моим любым делом. Дедуля только посмеивался по доброму, закуривая трубку с еловым, тяжелым запахом. И задумчиво смотрело на верхушки сосен. Ему все тяжелее и тяжелее давались перевоплощения, а сдержать их, он не мог. Если я становясь волком наполовину или полностью, ощущала радость, подъем, силу. То он испытывал адскую боль, плакал, кричал, сдирая с себя кожу. В полнолуние убегал подальше, но все же возвращался. Однажды он пришел не один, а с мальчиком примерно моего возраста, со следами цепей на шее. Худой, рыжий с веснушками и хитрющими глазами. Его звали Руди. Ох и настырным же он был. — Что читаешь Хола ? Фу ну и нудятина! — А пойдем погрызем Бьеров, ну пойдеееем! — Смотри какие жирные! — он смеясь, нес в руках нескольку придушенных, домашних куриц, точно сворованных. Дед ему тогда все уши пооттягивал, запрещал же красть, тем более у людей. — А я видел Фенке и даже смог его побить! — снова брехал он. Фенке так-то Великан три метра ростом, волосатый и тупой до жути, глотающий одним разом. Но Руди быстро перерос свои детские приключения, точно хитрый лис, хоть и был волком, он также ненавидел людей. И строил всяческие планы, что с годами, стали все масштабнее. — Я не пойму Хола, эти лысые отребья. Живут себе не знают забот и нами помыкают. Это они должны сидеть в наших клетках, умоляя о пощаде! — он прищурился, высокий, все так же худой. Хоть и ел за троих. — Дедуле Арчибальду не долго выть осталось, скоро его последняя луна. Я зарычала на горькую правду, скаля только обращенными в момент ставшими, острыми зубами. Он хихикнул, улыбаясь своей лисьей мордой. — Не на того ты рычишь, подружка! — Руди посмотрел вдаль леса. Я слышал вой странствующей стаи, по ту сторону — его лицо стало серьезным. — Ты уже ходил к ним ? — напряглась. Он кивнул, думая. — Их вожак предлагает присоединиться к ним — Руди взял меня за руку с волнением. Пойдем со мной, думаю дедушка точно против не будет, он не хочет, чтобы ты горевала в одиночестве. Я отрицательно покачала головой, возможно я бы согласилась, будь той, что раньше. — Я не могу — опустила взгляд на землю. Не хочу, чтобы он был один, да и на людей глупо пытаться охотиться. Вы только больше их убедите — сделала паузу. В их правоте. — Повторила его слова — он улыбнулся, отвернулся, резко отпуская мою руку. Руди обратился, разрывая одежду, полностью превращаясь в огромного, рыжего волка. Нам уже было по четырнадцать лет, мы полностью сформировались и перестали дико расти, приняв окончательную форму. Он напоследок взглянул на меня и сбежал, отзываясь воем на вой. Дедушка по возращению все понял, хлопая меня по плечу. За годы проведенные вместе, Руди стал почти родным членом семьи. Мы купались в речке, пытались безуспешного ловить фей в банку, шутки ради. Пробирались в город тайком от дедушки на праздники, Руди непременно начинал драку, строя глазки местным девушкам и претворяясь при этом пьяным. Через неделю ушел дедушка и в это раз не вернулся. Я знала, что это было его последнее полнолуние, но все равно было больно. Поставила ритуальный камень на его любимой поляне. Он рассказывал мне здесь, как встретил бабулю и как она помогла ему справится, приютила, спасла. Теперь они оба встретятся в другом мире и если захотят смогут переродится или стать духами-защитниками. Я не очень верила в эти истории, но отрицать их не могла. Лес был пропитан древней магией и стал источником, убежищем для многих существ - согласно легенде. В ней говорилось, что однажды лесной король, которой принадлежал к древней расе, ныне несуществующей. Влюбился в земную деву, принцессу с пшеничными, золотистыми волосами. Она ответила на его чувства, но междоусобица разделяла их. И тогда лесной король заключил сделку с людским царством. Принцесса родит наследника, обычного человека, а затем навсегда останется с возлюбленным. Так и случилось, родив сына, принцесса умерла, а лесной король исчез вслед за ней. Образовалась невидимая черта, разделяющая бесконечный лес. Этой легенде было много лет. Люди перестали верить в нее и она стала скорее сказкой для них, чем правдой. *** Так я осталась совсем одна, желания отыскать стаю и стать ее частью, не появилось. Поэтому я продолжила заниматься привычным делом, собирать травы, ловить рыбу, охотиться, оберегать свой дом. Прошли два года, моей одинокой жизни. И я не страдала от одиночества, могла побеседовать с дриадами, выслушивать жалобы старой ведьмы, что жила рядом. Любоваться танцами утопцев и их печальным пением, хорошо, что их песни влекут, только людей. Наступила холодная зима, снег был повсюду и хрустел под ногами. Я колотила дрова, возле дома, обратившись наполовину. Так было теплей, да и сразу дает понять, что ко мне, лучше не соваться. Моя одежда растянулась на мне, хоть оборотни и не стеснялись наготы, но это было не удобно, идти домой будучи голой. Я придумала носить одежду на пару размеров больше и по возвращению в человеческий облик, просто стягивала ее пришитыми шнурками, чтобы не спадала. Конечно, если полностью превращусь, она порвется, поэтому я это делала, только в крайнем случае. Нос учуял запах.. человеческой крови, ребенок, мальчишка. Во мне стали бороться сразу два я. Одна часть, хотела оставить как есть, а вторая хотела сжалиться и помочь. Он еще жив и как-то оказался на моей территории. Совсем скоро на его запах придут полакомится другие обитатели, мне решать. Брать добычу — хмыкнула или бросить на съедение. Вздохнула, выдыхая морозный пар, дедушка бы не одобрил. Он был добрым и непременно бы помог ребенку, неважно какого вида. Связала дрова в узел, закинув на сгорбленную спину. Убрала удлиненные волосы с глаз, они не пропадали в меж-облике, наоборот отрастали, мешая. Повесила топор на пояс и издала вой, предостерегающий покусившихся, направилась в сторону аромата. Снег ломался под огромными лапами, снежинки падали на длинный, волчий нос. Вьюга становилась сильней, заметая все на своем пути.