Спящая красавица

В одном далеком, потерянном королевстве. Жили король и королева. Долгие годы у них не выходило завести наследника. Все дети так или иначе рождались мертвыми. Каких лекарей, знахарей и колдуньей, они только не приглашали. Все без толку. Король стал бранить жену, что мол это все ее вина. И тогда бедная женщина, стала молить о чуде. И оно произошло. Родилась девочка, снова мертвая в ее трясущихся руках. У королевы уже не было сил плакать над ее еле теплым телом. Повитуха скорбно собралась уносить его. Но вдруг, ребенок порозовел, открыл глаза, вздохнув и громко заревел. Девочку ту назвали Авророй, рассветом надежды озарившей королевство. Король не стал долго ждать и созвал всех на крестины. Придворных, слуг, крестьян с аристократами, заморских дворян, чародеев с феями. А еще своего давнего друга молодого короля Хьюберта. У того к общей их удачи, уже был сын четырех лет. В этот великий, радостный день. Все собрались поприветствовать малютку и одарить разнообразными дарами. Почтить монаршискую чету, выразить свое уважение и благоговение. В зале были высокие потолки с мраморными колоннами. Кирпичные, серые стены с длинными гобеленами и портретами предыдущих правителей. Два позолоченных трона с мужем и женой восседавших на них. И толпой людей окружавших, что прибыли с разных уголков земли. Первыми к девочке пустили, короля Хьюберта с его сыном Филиппом. Приезжий монарх похлопал мальчика по спине, подгоняя. Самому ему было не особо интересно смотреть на только родившеюся соплячку. Главное поскорее заключить выгодную всем помолвку. Филипп подошел, держа в руках подарок, к богато украшенной люльке с шелковыми простынями и заглянул. Младенец внутри, без эмоционально посмотрел на него, зевнув. Филипп недоуменно скривил нижнюю губу. Его невеста выглядела скучной и слишком пухлощекой. Сразу за ним в очереди летели три феи, они представились королю с королевой: — Нотграсс — поклонилась самая старшая из них. Ее платье искрило красным. — Филсвит — закружилась молодая фея, сверкнув светло-зеленой юбкой. — Флитл — взмахнула подбородком средняя, засветившись монотонно-синим. Первой к ребенку подлетела Нотграсс. — Прекрасная Аврора! Ты будешь всех красивей и милей — преподнесла свой дар она дитю, осыпая магией. Девочка лишь на секунду удивленно всмотрелась, затем скептично сморщилась, услышав сказанное. Но никто не обратил внимание на это. Второй была Филсвит, она засмеялась. — Я дарую тебе, волшебное пение! — хихикнула снова та, создавая лепестки, что рассыпались в лежанку к Авроре. Кажется ребенок возмущенно взмахнул рукой, тут же закрыв глаза о чем-то усердно размышляя. Когда подлетела последняя фея, она успела только произнести: — Желаю тебе, не веда... Ее грубо прервали. В центре зала загорелось темное, зеленое пламя. Люди испуганно по отскакивали к стенкам, жмясь, толкаясь и кучкуясь. Взвыл холодный, могильный ветер, затушив все свечи с факелами. Тени стали клубится, извращаясь в страшные, причудливые формы. Из пламени, что ярко осветило помещение, вышла мрачная фигура в темных одеяниях. Его кожа была бледно-синей. Пальцы жилистых рук украшали острые, черные ногти, они крепко держали посох в виде скрюченной палки. На голове прорастали рога, а за спиной были сложенные, массивные, черные крылья. Неизменной спутницей его сопровождала ворона, она подлетела сев на макушку старого дерева, что он нес. Губы его тронула злая усмешка, он ступал ближе к монархам. Был слышен только стук палки с босыми ногами. Радужки глаз существа светились желтым, хищным цветом. Никто не вышел попытаться остановить чудовище, все знали, что это бессмысленно и опасно для их жизни. — Как много здесь собралось важных людишек. Аристократы, принцы, дворяне...бедные крестьяне — прозвучал зловещий смех, заставивший вздрогнуть, даже самых храбрых. Фигура заметила фей, что вились у люльки. — О как благородно, чернь тоже позвали. Те в ответ напыжились, сердито махая крылышками. Он медленно посмотрел по сторонам. — Какие богатства, сколько величия, тщеславия... — существо продолжало ухмыляться с явной насмешкой. Я был не много огорчен, не получив приглашения — чудовище слегка погладило свою ворону. — Его и не было! — встал король с трона. Тебе здесь не рады, уходи прочь! — Так приглашения, даже не посылали ? — он как будто бы удивился, а затем рассмеялся не добрым смехом. Какая неловкая ситуация, а я надеялся, что гонца по дороге ко мне просто слопали. Но если так... выходит я испортил вам праздник! Как ужасно, наверное мне стоит удалиться — существо сделало вид, что опечаленно уходит. — Тогда... Вы не держите обиды на нас ? — дрожащим голосом, прошептала королева. Чудовище резко обернулось, посылая хитрую улыбку адресованную ей. Женщина вздрогнула. — Что вы, ваше величество! Конечно нет! — он стал медленно подходить к колыбели, взмахом отбрасывая заступившихся фей. — В доказательство, я хочу... Принести свой дар для дитя. — Не смей! Малефисент! Не трогай малышку! — затрепыхались феечки. Тот не обратил на них никого внимания. Наконец осматривая содержимое люльки. Пред его взором предстал совершенно обычный на вид младенец. Разве, что хорошо одетый. Малефисент уже хотел отвернуться, но напоследок посмотрел в глаза ребенка. И обомлел. Малышка смотрела на него с интересом, без всякого страха. И ее взгляд показался ему слишком странным. Взрослым. Нет, не может быть, ему точно привиделось. Он не дал искреннему удивлению, отразиться на его лице, продолжая с коварной улыбкой: — Слушайте внимательно! И запоминайте! — из рук колдуна, полился густой, зеленый дым, что стремился прямиком в колыбель. Ребенок внутри продолжал тихо лежать, не меняя своего непонятного выражения. — Принцесса будет всех прекрасней. Многие падут перед ней. А пение ее заворожит, даже самое черствое сердце! — мужчина сделал паузу, задумываясь. — Но! Как только ей шестнадцать станет. Солнце осветит ее лучами, а луна покроет голову. В тот же миг она уколет палец о веретено старой прялки — зеленые искры, стали все больше походить на огонь, окружая фигуру. И уснет она вечным, беспробудным сном — закончил он с ужасающей для всех улыбкой. Люди ахнули, перешептываясь. Никто не мог поверить, что такая участь достанется маленькой принцессе, а королевство ждет бесславный конец вместе с ее погибелью. — Прошу, умоляю... — затряслась королева, вытирая горькие слезы. — Что мне мольба матери-несушки ? — издевался Малефисент. Хочу увидеть я, как сгорбит колени король, а головой падет вниз прямо в пол! — Никогда ты этого не увидишь! — взмахнул рукой король - Стефан. — Вам не жалко вашу дочь ? Последнюю надежду ? Что ж ладно — существо пожало плечами. Будь по вашему... — зеленый дым стал поглощать фигуру, стало понятно, что он вот-вот исчезнет. Король покрылся холодным, липким потом. — Стой! Остановись прошу! Я сделаю, как ты просишь! Только сними проклятие с дочери! Дым рассеялся, показывая злорадное существо обратно. — Я жду король, поторопись! Стефан сглотнул. Медленно опускаясь лицом и на колени, перед заклятым врагом. — Ниже! Я хочу, чтобы ты вжался в него! — не отступало от своего, чудовище. Король прижался лбом к полу, его гордость была растоптана перед тысячей свидетелей. Малефисент рассмеялся. — Не плохо, тебе так в самый раз! — Ты обещал снять проклятие! — мужчина поднялся, его глаза источали ненависть. Монстр коварно улыбнулся. — Разве я обещал ? По моему, я сказал, что хочу увидеть твои унижения. За свой подарок, я ничего не говорил — залился смехом он. — Ты! Жалкий лжец! — Стефан покраснел от ярости, сжимая кулаки. — Жалкий, тут только вы, ваше величество! — парировал тот ему. — Схватить его! Стража! — не выдержал король, отдавая приказ. Зеленое пламя вспыхнуло теперь настоящим огнем, защищая Малефисента от копей с мечами. Зал заполнил его зловещий смех и он исчез в мигнувшей вспышке. Все придворные тут же выдохнули. Король тяжело присел на свой трон, хватаясь за голову с короной. Его жена, так же тихо села рядом, руки ее не прекращали трястись, а глаза не моргали, застыв. Феи пошушукавшись, подлетели к обреченным родителям. — Не стоит отчаиваться! — Нотграсс вылетела вперед. Наша умелица Флитл, не успела преподнести свой дар. Она сможет помочь! — Заклятие можно снять ? Почему вы раньше не вмешались! — Стефан рассержено топнул ногой. — Нет-нет! — замахала фея. Малефисент, слишком могуществен! Проклятие снять мы не сможем, но все равно как сможем, поможем! — продолжила Филсвит. — Делайте уже, что хотите... — махнул на них рукой король. Флитл подлетела к младенцу. Малышка сонно моргала, почему-то не желая спать. Фея прокашлялась. — Милая принцесса! Заклятье можно снять, тебя лишь нужно, поцеловать! Но поцелуй тот, должен быть не прост. Не матери твоей, не твоего отца. Не подойдет для долгожданного конца. То должен быть поцелуй любви, что испытает сердце жениха. Который истинно полюбит же тебя! Синий, сверкающий поток врезался в колыбельку, оседая крохотными, голубыми бабочками. Ребенок чихнул, когда одна из них села на крошечный носик, засыпая волшебным, глубоким сном. Король Стефан в тот же день издал приказ "Придать огню все прялки, которые только можно найти в королевстве". А свою дочь он отдал под опеку трех фей, кормилицы и самых верных слуг. Заперев в дальней, старинной башне, подальше от королевства. Чтобы девочка росла в духовной чистоте и под строгим контролем. За голову рогато чудища, он же назначил награду. Собирая отряды рыцарей и всех желающих. Многие пытались добраться до монстра, но им не удавалось даже подступиться к горному замку в темном лесу, где оно обитало. Никто живым, так и не вернулся из тех земель. *** Впервые я проснулась от соленых, чужих капель слез на моем лице. Меня укачивала женщина с исхудавшим, замученным видом. От нее так и исходила волнами дикая, всепоглощающая печаль. Когда они с еще одной дамой обнаружили, что мои глаза открыты, их лица озарил необычайный восторг. Женщина, что до этого походила на приведение, залилась снова слезами. Но уже по другой причине. Так я родилась во второй раз. Долгое время я думала, что это просто сон, галлюцинация больного мозга. Ведь я точно уже умерла, помню как аппарат жизнеобеспечения стал истошно пиликать. Все замедляясь и замедляясь, пока не затих окончательно, как мое сердце. Потом была вечная пустота, где тебя просто нет. Ты не существуешь в ней. Как сон без сновидений. Но что-то вырвало меня из этого вечного состояния. И как забавно, я снова прикована к постели. Оказаться в теле младенца, то еще приключение. Голова туго соображает, мысли текут вяло, тело тебя не слушается. Но мне не привыкать, по крайнем мере, здесь мои ручонки шевелятся. И на том спасибо. Отца этого тела, я видела от силы два раза. Сегодня был третий, он даже соизволил взять меня на руки. Ах точно, забыла сказать. Занесло меня в самое настоящие, древне-тоскливое средневековье. Унылая серость. Кто бы мог подумать, что я оказывается принцесса. И перенесло меня не просто назад во времени на сотни лет. А в альтернативную реальность, где существует чертова магия! Может теория о сошедшем с ума, как бы это не звучало, мозге. Не такая бредовая ? Да, вот только картинка, слишком реалистичная, как и мироощущение. Феи, что летали перед носом, немного бесили, своей яркостью. И чего вообще они все тут собрались, ну подумаешь родилась. Тоже мне событие. На меня уставился маленький мальчик, уже было видно, что лицо максимально породистое. Хотя стадия взросления, пубертат, может изменить этот факт. Какая впрочем разница. Глашатай объявил об обещанных, особых дарах от фей. О, а вот это интересно! Что они мне всучат, волшебную палочку ? Возможность летать как они ? Наделят запредельной удачей ? Когда я услышала слова о красоте. Мое лицо только чудом не скисло, зачем мне это нужно ? Чем она может помочь, кроме как нежелательным вниманием! Затем стало еще лучше! Волшебное пение! Вы только подумайте! И что это значит ? Я теперь наполовину русалка ? Хотя русалка и так половина... ай, не важно. Волшебное пение, пееение. Может я смогу повелевать людьми ? А что, полезная способность для будущего монарха так тем более. Третья фея, тоже собралась что-то пожелать. Вот только не успела. Я услышала звук вспыхнувшего огня, вздохи страха толпы и чей-то глубокий, мужской голос. Что был как тягучая потока для ушей. Он говорил занимательные вещи и его явно боялись. И у этого мужчины, видимо много свободного времени, раз он врывается на чужие вечеринки. Прозвучало имя... Малефисент. Странно-необычное, но ему видимо подходит. Интересно, как он выг... На меня посмотрело лицо, молодого... не человека ? С рогами ? Высокие скулы о которые можно порезаться, желтые, мистические глаза. Бледное лицо, в целом весь образ выходил демонически-готическим. А потом меня прокляли, ну что ж, супер! Отличное начало новой жизни. Видимо от судьбы не убежишь. Хах, не с моими ногами, так точно. Что в первый раз ? Мне ждать дня своей смерти, тут хоть точную дату назначили. После я плохо слышала, что происходит, но ко мне снова подлетела та синяя фея... Класс, шанс на спасение теперь завесит от случайного мужика, что "полюбит" меня! Почему нельзя было придумать, что-то попроще ? Или это такая магическая основа, где все завязано на поцелуях и "искренних" чувствах ? Бред. Чихнув от пыльцы с крыльев бабочки, я уснула. Мне снилось, то единственное хорошее в моей прошлой жизни. Моя обожаемая тетушка. Она одна не покидала меня. Приходила почти каждый день ко мне в больницу. Даже тогда, когда я утратила возможность, хоть как-то общаться. С самого рождения я была больным ребенком. В одиннадцать отказали ноги, в шестнадцать все, что было выше. И только тетя удерживала меня на плаву. Она читала мне книги, рассказывала истории из своей насыщенной жизни. Приправленной щедрой долей цинизма. Не боялась взять меня за руку, даже папе было противно это сделать. Ведь я наверное была похожа на самый настоящий, живой труп. Кормилица удивленно смотрела на маленькую принцессу. Детские губы улыбались во сне, а из под закрытых глазок, текли слезы. *** От тоски и скуки хотелось лезть на стену, в буквальном смысле. Время так медленно тянулось, абсолютно ничего не происходило. Я уже сбилась со счета, где-то на двухсотом дне лежания и нелепого кряхтения. Каждый раз в одни и те же часы, ко мне приходила женщина, кормила молоком... Что было ужасно само по себе и уходила. Больше никто меня не вещал. Ни родители, ни феи. Те только помаячили перед носом один-два раза и пропали с радаров. На пробу, я даже пыталась орать и реветь. И только иногда внутрь забегала какая-та девушка, что начинала укачивать меня. Смену пеленок в расчет не берем, те тоже меняли в определенное время суток. Днем и вечером - следовательно. Такое жуткое отношение к ребенку, вызывало у меня чувство досады. Со мной не играли, очень редко говорили. Мне даже на секунду показалось, что меня избегают... Но почему ? Разве у этого могут быть какие-то причины. По моему, скромному мнению, никакого оправдания такому отношению нет. И быть не может. Так, что же с этими людьми не так. Ответ нашелся на мой годовалый день рождения. В комнату зашли трое девушек. Они несли различные подарочные коробки, украшенные атласными лентами. Я уже могла шевелить головой, приподнимать ее для своих гляделок. Девушки молча их заносили, а затем стали поочередно распаковывать. В них находились детские платья, сорочки, носочки. Ничего примечательного. — Посмотри на это Виви! — прижала к себе несколько платьев брюнетка с родинкой под носом. Сколько одежды, ну зачем это все грудничку! Может возьмем парочку ? Моим сестрам они подойдут, можно и подшить! Нахмурилась, впрочем пусть берут, мне действительно пока что многого не надо. Так бы я подумала, если бы не следующая фраза ее подружки. — Точно-точно! Проклятой принцессе хватит и того, что есть! А я хоть своих крохотулечек приодену! — Вы потише будьте! — вмешалась третья, что также разбирала "мои" вещи. Если главная услышит, то высекут вас обеих! — Вряд ли! Она сама все судачит о проклятой! Странная она, эта наша принцесса — указала брюнетка на меня в лежанке. Говорят зверь ее отметил и теперь несет она одни несчастья нашему королевству. Не плакала она, когда узрела его. Не смеется, не улыбается... Посмотрела бы я на нее, при просмотре двадцать четыре на семь в стену. — Мертвой родилась, а потом ожила! Точно не чисто тут, я вам говорю! Как жаль, что бедные король с королевой, так и не обзавелись сыном. Ага, на столько бедные, что даже ни разу не навестили меня... ребенка на его день рождения. — Ну хватит! Сколько можно сплетничать, Гедда! — выставила руки в бок третья. Берите, что взяли и пойдем отсюда уже! — Что ? боишься-боишься — засмеялась та ей в ответ. Вы вон посмотрите, как проклятая на нас смотрит. Точно понимает о чем говорю! — продолжала смеяться брюнетка. — Иди-иди, уже! — выталкивали ее смеющеюся подруги, выходя из помещения. И я снова осталась одна, впрочем так даже лучше. Горничные, служанки, крестьянские девки или кто они там ? Дали хорошую пищу для размышлений. Очевидно, что различные суеверия, заблуждения и вероисповедания. Затуманили их и без того темный разум. Жуткое средневековье. Ребенок редко плачет и смеется ? Ну это конечно не потому, что мы мало уделяем ему внимания. А самые настоящие злые силы постарались, никак не мы! Усмехнулась, если с такой стороны смотреть, то действительно. Непонятная сущность, захватила тело и разум новорожденного и теперь маяться ерундой. Правда до таких догадок их мысли еще не доросли. Что-то отвлекло меня от моего сотого монолога. Непонятный, царапающийся звук со стороны окна. Скосила глаза со своей неповоротливой головушкой. На подоконнике сидела ворона, она каким-то образом смогла приоткрыть форточку и пролезть внутрь. Вся иссиня-черная, с сероватым клювом и угольными глазками. Она странно на меня смотрела... Вдруг! Птица резко взлетела, подлетая ко мне, усевшись на край деревянной люльки. Я замерла. Вороны могут быть довольно опасными, стоит ли позвать на помощь ? А придет ли кто... Птица продолжала сидеть и рассматривать меня, как и я ее. Мой взгляд опустился на ее лапку, она держала что-то блестящее. Аметистовый камень на серебренной цепочке. Неожиданно, ворона подтянула его, аккуратно кладя мне в колыбель. Какие-то слишком осознанные движения у этой птички. Она волшебная или дрессированная ? Схватила ее за лапку. Интересно клюнет или поцарапает... Но на удивление, птица взъерошенно тряхнула перьями, нахохлилась. А затем негодующе ? Покивала головой, тихо каркнув и попыталась вытащить лапу назад. Я держала не сильно, но крепко, так что ей это не удалось. И она поняв, что не получается, удрученно продолжила смотреть, еле шевеля лапой. Улыбнулась ей, жаль, что я все еще не могу говорить, хотя... — Авв..Вао..оо..на. Ва..оона! — ну и слюней я напускала в попытке сказать, реакция птицы не заставила себя долго ждать. Кажется она округлила глаза еще больше, ошарашенно ? Уставилась на меня и я ее отпустила. Почувствовав свободу, ворона не улетела сразу же, а почему-то осталось. Только лапы к себе ближе поджала. — Ее...ти.. вао..она.. еети! — лепетала ей. Еее..ти! Птица посмотрела по сторонам, будто ища свидетелей происходящего. Затем она щелкнула клювом и улетела к окну. Напоследок снова посмотрела и каркнув, вылетела. Я же подтянула к себе цепочку, рассматривая. Красивый, ажурный камень. Внутри он переливался множеством цветов. И кажется даже светился тусклым, пурпурным светом. Не понятно, зачем ворона это притащила сюда. Она действительно, действовала осознанно ? Или я придумываю.. Впрочем, подарок хорош. Пожалуй спрячу его под простыни, к самому дну. Ушлые няньки могут и его прикарманить. *** Так прошли несколько месяцев. Феи хоть изредка стали меня навещать. Они все так же принимали меня за ребенка, что конечно было мне на руку. Не то, чтобы эти встречи были продуктивны. Но они делали хотя бы что-то, в отличии от родителей девочки. Те судя по всему, окончательно выпали из ее жизни. Но это к лучшему. Действительно, зачем мне эти лишние-чужие люди. Где-то еще через полгода, в мою комнату стала заходить новая женщина, средних лет. Она была в необычной, серой рясе, чем-то похожей на монашескую. Насколько я поняла по разговорам, она пришла обучать меня. И по началу я обрадовалась, наконец-то какое-то движение, вот только... Грубая хватка за руки, чтобы приподнять меня. Постоянное ворчание, нелегкие шлепки по телу, если я что-то по ее мнению, делаю не так. По началу, я пыталась громко кричать, чтобы эту мегеру выгнали отсюда. Она затыкала мне рот своей тяжелой ладонью. Если же другие служанки и заходили проверять, то та отговаривалась простым: — Принцесса просто капризничает. И те уходили, им хватало этих слов для успокоения. Кто бы поверил малышу ? Который даже говорить толком не умеет. Я перестала плакать, ее несносное отношение, стало лучше мотивацией, чтобы научиться говорить. Ходить я уже смогла, хоть ноги и тряслись как у новорожденного олененка. Каждый раз стоило мне упасть, она резко меня поднимала. Злясь и раздражаясь, грубыми тычками монахиня подталкивала меня идти с самого начала комнаты. Не давая отдыхать или хоть как-то поощряя, если у меня все получалась. Гадкая тварь. Еще она зачитывала мне нудные, религиозные текста. Это было интересно в первый раз, узнать историю этого мира и во что, здесь верят люди. Только вот, она читала каждый раз одно и тоже. Несколько раз в день. Мешая спать. Не-на-ви-жу. Когда я более-менее освоила слова. Не решилась жаловаться девушкам, те скорее всего донесут самой мегере и я могу получить. Так, что на выбор оставались феи. Они прилетали в определенный день, раз в месяц. Единственный мой отдых от воспитания скудоумной тетки. Стоило им только влететь в помещение, я быстро зашагала к ним. Показывая синяки разнообразных оттенков, которые до этого скрывала одежда. Феи ошеломленно их рассматривали, хватаясь за свои щеки. — Кто посмел сделать это с тобой милая ? — вздохнула Нотграсс. — Этто ббыла... нянюшка Халла, она...обижает меня — жалобно пропищала, хлопая грустными глазами. — Мы ей покажем! Не бойся мы с ней поговорим! — одновременно встрепенулись Филсвит и Флитл. Нотграсс кивнула, феи вспыхнули, вырастая в обычный человеческий рост. — Не переживай, мы проведем с ней беседу, больше подобного мы не допустим. Радостно улыбнулась им. Наконец-то. — Сестры за мной, нам предстоит серьезный разговор. Стоило двери закрыться за феями, я счастливо запрыгала, совсем как ребенок. Через какое-то время феи вернулись, с ними проводить время было в разы интереснее. Их истории хоть чем-то отличались и давали новые знания, а магия завораживала. Когда я решилась спросить за змеюку, была неприятно удивлена. Наивная дура. — А тет..тушка Халла, она ббольше не приде..ет ? Нотграсс сжала губы в вымученной улыбке. Филсвит отвела взгляд, Флитл сжала кулаки. — Понимаешь крошечка, Халлу назначил сам король. Она будет тебя воспитывать до первого выхода в свет, до твоего четырнадцатилетия. Мое лицо побледнело. — Но не переживай! Мы поговорили с ней, она больше не будет себя так вести и принесет свои извинения! — Филсвит убежденно закивала. — А если она еще хоть раз, то мы ее... — Флитл засветилась синим. — Флитл! — прервала ее Нотграсс, обращаясь уже ко мне. К сожалению, мы не имеем права вмешиваться в королевские дела, без их собственного соглашения. — Папа с мамой знают о..? Феи не ответили, прикрывая глаза. Ну конечно, они же назначили эту тварь. — Мы не сильно разбираемся в человеческих отношениях, милая. Но кажется подобное воспитание у вас считается нормой, что конечно абсурд! — Нотграсс выдохнула полной грудью, успокаиваясь. Так или иначе, Халла обещала быть с тобой помягче и мы ей верим. Наивные создания и я не далеко от них ушла. Опечаленно опустила голову, похоже когда феи улетят, меня ждет очередное наказание. В комнате стемнело, сегодня девушки не пришли чтобы зажечь свечи. Только свет луны освещал каменную комнатку, скрипнула дверь. Тучная фигура вошла внутрь, в ее руках были розги. *** Руки больше не тряслись, а из глаз не текли слезы. Сил на это уже не было. Мне удалось поднести стул к окну и взобраться на подоконник. Высота так и манила спрыгнуть. В руке я держала, тот самый сверкающий кулон. Мегера избила меня не до крови, верно, чтобы следов не осталось. Но спина и все, что ниже так болели, что спать я смогу только на боку. Как можно, так было поступить с ребенком, в чьем теле я оказалась ? Малышке и двух лет еще нет. Может оно и к лучшему, не могу представить, как бы переживала это маленькая девочка. Сжала цепочку, медленно отпуская над пропастью. Подачки мне больше не нужны. Даже, если это случайная проделка взбалмошной птицы. Все равно. Украшение летело вниз, растворяясь в ночной темноте. *** Над колыбелью, где спало дитя, нависла высокая тень. Казалось, что в ней заснул сладким сном невинный ангел. Вот только бровки были нахмурены, а губы подждаты, сон не был сладким. Тень коснулась холодной рукой лба ребенка. И с зеленоватым свечение исходящим из руки, разгладило детское личико в более умиротворенное выражение. Та же ворона, что и прежде, подлетев, положила сияющий камень обратно в кроватку с желанием что-то каркнуть своему хозяину. Тот приложил палец к своим кубам, показывая ей не шуметь. Тень долго рассматривала дитя в колыбели о чем-то тихо размышляя. Глаза смотрящего светились ярко желтым. Не добрым цветом. Силуэт исчез с первыми лучами солнца. *** Когда Аврора проснулась, она с привычной апатией ждала очередного дня скотского отношения. Даже не заметив, что боль в теле исчезла. В комнату как обычно зашла мегера. Глаза ее, прежде блекло-серые, были подсвечены тусклым, зеленым цветом. Она молча шагнула к окну, раскрыв его на распашку и встав на подоконник, спрыгнула. Ее крики послышались лишь в самом низу. Аврора только сейчас наткнулась рукой на возвращенный подарок, что таинственно искрил фиолетовым светом. За дверью послышался топот ее паникующих служанок.