Часть 31

Новая кровать оказалась очень удобной, а обстановка в квартире — очень уютной, но я все равно не могла сомкнуть глаз. Одна мысль никак не выходила из головы, и я думала об этом пока собирала последние вещи. Думала, пока ехала в такси. Думала, пока раскладывала все по новым местам. Пока принимала душ. Пока чистила зубы и мазала лицо жутко дорогущим кремом с коллагеном. Маленькая импульсивная покупка. Думала, когда читала книгу между строк. Думала, когда все-таки, раздраженно, отложила роман на прикроватный столик. Думала. Думала. Думала над тем, почему же я до сих пор не мертва, почему заказчик перестал посылать кого-то по мою душу? Джонатан ведь не соврал, говоря о том, что не работал с Морганом? Но ведь именно после слов Дакоты мы задумали поговорить с ним. Дакота вывела нас на Джима, и я не понимаю почему. Разные варианты событий от «маленькая дрянь хотела тогда испортить мне жизнь» до «она вместе с Бибером причастна к смерти отца и моему изнасилованию» терзали мозг. Энергия от крутившихся шестеренок в голове давала импульс во все тело. И сейчас, когда стрелки красного будильника показывали начало пятого утра, я не чувствовала сна ни в одном глазу. Прикрыв глаза, дала себе еще немного времени для того, чтобы уснуть, но все оказалось тщетно. Не смотря на сложный день, я чувствовала странный прилив энергии. — Бибер ведь говорил о том, что решился на свадьбу легко. Легко, — я старалась насильно заставлять себя ни о чем не думать, но губы сами произносили слова слух. — Не потому ли это, что был в курсе скорой смерти Джонатана? Не в силах больше терпеть подобную пытку, я издала глухой стон и откинула одеяло в сторону. Засыпать уже было бесполезно, меньше, чем через четыре часа был назначен первый прием. Кружка свежезаваренного американо помогла взбодриться еще больше и, не думая ни секунды, я нацепила черные лосины в рубчик и толстовку со смешным принтом репоголового Арнольда, показывающего большой палец. Теплый осенний воздух встретил меня более, чем приветливо. Я любовалась фиолетовым закатом под нескончаемый поток мыслей. Казалось, все просто. Сложи дважды два, и вот тебе ответ, но в том, что связано с Бибером, нельзя быть уверенной на все сто процентов. Я уселась в желтое такси, проговорила темнокожему водителю адрес, запомнившийся наизусть за время, пока я туда езжу. — И он избавился от Филла. Тот вертелся в делах Бибера больше, чем я, и, наверное, начал что-то подозревать. — я бурчала себе под нос. В салоне громко играла танцевальная музыка, которая совершенно не мешала мыслить, а водитель совершенно не обращал на меня внимания. Ранним утром в тире оказалось пусто. Не считая двух молоденьких официанток и инструктора, у кассы стоял лишь один парень. Я, уже не раз бывавшая здесь, уверенно встала за ним в очередь. — Пятьдесят, пожалуйста, — хриплый мужской голос ударил по ушам. Парень быстро сунул пару купюр инструктору. — Налево, вниз по лестнице и прямо. Парень кивнул головой, прикрытой темной кепкой и быстро исчез по указанному ему направлению. — Кэт, — я улыбнулась знакомому прозвищу. — Давно тебя не было. — Доброе утро, — я протянула ему пару купюр, но мужчина взял лишь одну из предоставленных. — Джош, — я закатила глаза. — Тебя уволят, если будешь всем подряд раздавать скидки. — Не волнуйся за меня, — я получила в руки чек, тут же смяла его и кинула в маленькое пластмассовое мусорное ведерко, стоящее на стойке. — Хорошо тебе пострелять. Кивнув, свернула налево, параллельно завязывая копну волос резинкой. Надоедливая челка мешалась, лезла в глаза, отросла до самой противной длины. Я уверенным шагом прошла по знакомому маршруту и, увидев парня, что держит в руке дигл, усмехнулась. Мужская рука дрожит, но он упрямо держит пистолет на вытянутой руке, пытаясь прицелиться и, ожидаемо, у него ничего не выходит. — Хват оружия — один из важнейших навыков. — я начала, подходя к своему месту, огражденному прозрачным пластиком по обоим сторонам. — Если пистолет гуляет в руке, будет большой разброс по мишеням. Парень кивнул, крепче сжал руку, заставляя меня усмехнуться. Я проверила свое оружие и, положив его на место, подошла к парню. — Опытный стрелок? — Не совсем, — я ответила и ладонью прощупала его напряженную руку, заставляя расслабить. — Расслабь. Когда стоишь с оружием в вытянутой руке, тебя немного тянет вперед. Прогнись назад. Я спустила руку на живот, прикрытый спортивной кофтой и немного нажала, заставляя парня немного податься назад. — Откуда ты так много знаешь? — Научили, — отогнав воспоминания о том, в какой манере это делал Дилан, я удержала себя от того, чтобы закатить глаза. Будь сейчас Дилан на моем месте, парень давно бы убежал, взорвавшись от такого количества грубости в свою сторону. — Руки не должны быть согнуты, иначе получишь пистолетом в челюсть, когда выстрелишь. Важно еще дыхание. Прицеливаешься, выдыхаешь и только потом нажимаешь на курок. Давай. Я отошла подальше, давая незнакомцу сконцентрироваться и, чудо произошло. Парень, наконец, выстрелил. Табло показывало, что попал в восьмерку, что, кстати, было отличным результатом для первого раза. — Видишь, не все так сложно, — потерев руки друг об друга, я встала в стойку и взяла оружие в ладонь. Холодная сталь приятно ласкала кожу. Щелчок предохранителя. Один глаз прикрыт. Глубокий вздох. Плавный выдох. Я стала спускать курок раз за разом, до тех пор, пока пули не закончились. Поменяла магазин и снова вытянула руку. И так несколько раз по кругу. Этот тир являлся одним из лучших в городе. И не только потому, что заведение имело сертификат на настоящее оружие, но и потому, что здесь не было толпы народа. Тир являлся самым дорогим и, я уверена, приносил неплохой доход, не смотря на недостаток клиентов. Мышцы болели от напряжения, в ушах все еще стоял свист, когда я отложила оружие на стол. Маленький экран над головой начал подсчет результатов, но мне это было неинтересно. Я выпустила пар, отрезвила голову так, как хотела. Мне были неинтересны результаты, я итак знала, что они высоки, но парень стоял, подняв голову и ждал их, заставив меня, так же, остаться на месте. Я пробежалась глазами по четким скулам и волевому подбородку, что украшала щетина. Нос с горбинкой, сжатые в тонкую линию губы и круглые глаза. Козырек кепки отбрасывал тень на пол лица, но, думаю, парень пользовался девичьим спросом, внешность приятная. — Круто! — выкрикнул он, когда табло, наконец, показало мои результаты. — Ты киллер что ли? Я усмехнулась от поспешно сделанных выводов. — Нет, — сняла защитные очки и направилась на выход. — Просто люблю пострелять. Миновала тот же путь и подошла к Джошу. Я знала, что здесь торгуют оружием, не раз была свидетелем такой странной покупки, и, думаю, пришло время приобрести его и мне. — Я могу купить тот пистолет, с которого сейчас стреляла? Мужчина наклонился поближе, удивлено вскинув густую бровь. — Зачем тебе? — Для самообороны, — наверное, самый частый ответ на вопрос, который кассир задает каждому. — Двадцать штук баксов и он твой, — я шумно выдыхаю. У меня нет таких денег с собой. У меня вообще нет таких денег! — Побойся Бога, Джош! С него стреляло много людей, учитывай износ оружия. — Торгуешься за ствол? — мужчина смеется, а я вытягиваю губы. Раздражает. — Восемнадцать с половиной и не цента меньше! Я насупилась, раздосадованная. Такая цена — полугодовая зарплата американца на неплохой работе. Слишком дорого для того, чтобы спустить такие деньги. — Я заплачу, — знакомый голос заставляет мужчину откинуться назад, а меня вытянуться по струнке. — Только у меня нет с собой таких денег. — парень снимает часы с правого запястья, наблюдая за моим выражением лица. — Возьмите в залог, они стоят сорок тысяч. — Зачем мне твои побрякушки? — восклицает Джош, а его рука сама тянется к дорогому аксессуару, внимательно рассматривая его. Ушлый. — Стоп, — я выставляю обе ладони вперед. — Джош, отдай ему часы, мне не нужны такие дорогие подарки. — Кэт, заткнись, — грубо прерывает меня мужчина, читая гравировку на украшении. — Будешь так со мной разговаривать, как только возьму свой дигл в руки, первым делом, я вышибу тебе мозги! Мужчина все еще вертел часы в руках, но его взгляд уже был прикован не к ним, а к моему, раскрасневшемуся от ярости, лицу. — Бери, пока дают, — по-доброму отвечает парень. — Ты очень хорошо стреляешь для того, кто не имеет собственного оружия. Я задумалась. А почему бы, собственно, и да? Нет, я не собиралась принимать такой подарок без оплаты. Я собиралась вернуть деньги по частям, это я могу себе позволить. — Запиши мой номер, отправь номер счета в смс, на который я смогу скидывать деньги по частям. Немного подумав, парень кивнул. Я продиктовала цифры, заученные наизусть и приняла оружие. Сунув его в карман толстовки, вышла на улицу, пока Убер уже подыскивал ближайшую ко мне машину. Я спряталась от света уличного фонаря и потушила экран телефона. Телефон звякнул. Я сунула руку в карман толстовки и достала пачку сигарет. Быстро чиркнув зажигалкой, зашла за угол и открыла мессенджер. Эйприл. @donald_luck: Ты уже на работе? Быстро печатаю ответ, затягиваясь никотином. @katy_hrmfrt: На пути к ней. @donald_luck: Есть плохая и хорошая новости. @katy_hrmfrt: Хочешь спросить, с какой начать? Мне без разницы. @donald_luck: Окей, бука. Я усмехнулась, прочитав, как она меня назвала. Точно. Лучше и не скажешь. @donald_luck: Первое — Бибер приехал раньше, чем собирался. Второе — он будет на вечеринке по случаю помолвки. Черт. @katy_hrmfrt: И что из этого — хорошая для меня новость? @donald_luck: В субботу я смотаюсь с приема и, ночью, мы с тобой вдвоем посидим в клубе. @katy_hrmfrt: Что скажут гости? Сбежишь с собственной помолвки? Это все в ее стиле. Я затушила сигарету о стену и вышла на тротуар. Эйприл все не отвечала, а такси все не находилось. Приложение показывало, что по близости не было свободных машин. Город начал оживать, люди сонно плелись на работу. — Если выйду на площадь, смогу поймать такси в ручную, — пробубнив себе под нос, направилась в нужную сторону. До полного рассвета оставался еще час, примерно. Бродить по темному городу было не очень приятно, но выбора, особо то, не было. Увидев огни круглосуточного дорогого ресторана, я приложила ладонь в желудку, что урчал без остановки. В таком виде меня, вряд ли, туда впустят, но я могу попросить еды на вынос. Я остановилась в нескольких метрах от входной двери. По ступеням этого чертового ресторана спускался Бибер, собственной персоной, с кем-то разговаривая по телефону. В груди предательски екнуло. Ну и что это, если не гребанная судьба, о которой все так говорят? Я затаилась, немного выглядывая из-за угла, почему-то сжав правой рукой пистолет в кармане худи. Так будто спокойнее. Он ведь не просто так вернулся? Не просто так, так скоро? И, явно, не просто так пошел пешком вглубь улицы, хотя мог поговорить в машине. Не хочет лишних ушей рядом? Любопытство внутри заскребло. То, что ломало мою голову изнутри, могло быть хоть немного утолено. И я, наверное, сделала худший выбор в своей жизни — решила проследить за опасным преступником и наркодиллером. Холодная сталь оружия придавала уверенности, но для того, чтобы услышать хоть что-то из разговора, нужно было подойти ближе. Ближе. Я спрятала волосы под шишку и направилась за ним, непринуждённо прогуливаясь по улице. Благо, Бибер шел медленным шагом, и я отлично за ним поспевала. Как бы я не старалась отвести взгляд от фигуры парня, от греческого профиля, когда тот, повышая голос, осматривался по сторонам, я не могла. Не могла оторвать чертового взгляда и корила себя за это. — Блять… без этого… — до меня доносились отдельные обрывки фраз. Сглотнув, ускорила шаг. Еще немного ближе. — У него порошка на… Ладони вспотели. Я, буквально, вся взмокла от того, что нахожусь рядом с ним так близко и одновременно далеко. Родной незнакомец. Телефон в кармане завибрировал, я вздрогнула. Напряжение натянуло меня вдоль позвоночника, как гитарную струну. Плохая идея. Черт. Очень плохая идея. — Она за границей, страдает по отцу, — сморщилась от такого явного сарказма. Он точно был замешан в убийстве Джонатана, у меня не осталось, практически, никаких сомнений. Черт. Мне кажется, он слышит громкий стук моего сердца. Слышит и издевается. Эйприл не убита горем, как я думала, а все потому, что это она, блять, заказала своего отца! Я чуть не вскрикнула, от осознавшейся истины в голове. Голос затих. Я огляделась по сторонам и выдохнула. Разворачиваемся и едем домой, срочно. Успокаиваемся. — Черт, не суетись, — шиплю, говоря самой себе и разворачиваюсь на месте. Успеваю пройти пару метров и миную один из темных переулков с мусорными баками, как из такого же выходит Бибер. Тяжело сглатываю. Он еще красивее, чем запомнился мне в последний раз. — Собаки всегда возвращаются к своим хозяевам, верно? — цедит парень сквозь зубы и затягивается сигаретой. Уголек освещает половину лица, придавая ему особый устрашающий шарм. Его слова не обижают. Они злят. Я делаю шаг вперед и толкаю его в тот переулок, из которого он вынырнул, Джастин грудью прижимается к грязной бетонной стене. Приставляю дигл к виску Бибера, в таком положении он выглядит побежденным, но улыбается, как психопат. — Знаешь, солнышко, у тебя почти получилось меня обмануть, — морщусь, когда он так называет меня. По-старому. Так, будто вообще ничего не изменилось. — Телефон нужно отключать, когда следишь за кем-то. Нарочито-сладкий тон его голоса не сулит ничего хорошего. Все тело парня напрягается, он медленно разворачивает корпус, будто спрашивая разрешения повернуться. Смешно. Позволяю и, когда Бибер поворачивается ко мне лицом, приставляю дуло прямо к его груди. Парень цокает языком. Рука ноет от веса пистолета, и от напряжения, с которым я его держу. Стараюсь не терять самообладания, и гордо смотрю ему в глаза. Лавина злости застилает всю тоску, с которой я ждала этой встречи раньше. Не так. Не то. Не тот. — Это ты заказал Джонатана? Отвечай! Твоя манерная шлюха участвовала в убийстве своего отца? Бибер кивает и непринужденно сует руки в карманы брюк. Смотрит так пристально в мое лицо, изредка глядя на ствол, будто размышляя, ненавижу ли я его настолько, чтобы выстрелить. — Женская логика, — ухмыляется. Придурок. Идиот. — Если бы это был я, солнышко, я бы уже и от тебя избавился, но ход мыслей правильный, Дакота в этом принимала участие. Я выдыхаю и облизываю губы. Лжец. Снова будто не причем, но так выходит, что все вокруг вертится вокруг него. — Ты лжешь, — наклоняюсь прямо к его лицу, выплевывая эти слова. Карие глаза темнеют, Джастин подается вперед, быстро выкручивая мне руку, больно растягивает уже затекшие сухожилия. Выхватывает дигл и направляет на меня. Другая ладонь парня крепко хватает мои запястья и, развернув нас обоих на 180 градусов, Бибер прижимает меня к стене. Крепкая хватка прижимает оба моих запястья над головой, я не не успеваю даже пискнуть. — Не трогай меня, — дергаю руками, пытаясь высвободить их. Джастин проводит оружием прямо по моей щеке, металл царапает кожу. Сердце подскакивает до горла. — Ты права, Дакота в этом замешана, и прямо сейчас мои люди допрашивают ее в нашем с тобой старом доме. Она слишком тупа для того, чтобы все это придумать, ей помогал кто-то, кто близок ко мне. Парень сделал упор на слово «нашем». Значит, она в том злополучном подвале? Джастин даже собственную жену не пощадит ради того, чтобы добраться до истины, а я то понимаю, что будь все так, как он сказал - Бибер первым бы узнал о предательстве. У него всегда была какая-то нездоровая чуйка, он все про всех знал. — Убери свои руки, лжец! Скрипя зубами, пытаюсь освободить руки, но парень лишь сильнее их сжимает. Значит, они не улетали. Значит, Бибер понял это раньше меня. Значит, я идиотка, попалась на ровном месте. Несмотря на каменное лицо, в моей голове вихрем пронеслись все эмоции от смятения до злости. — Я устал, солнышко, — Джастин ухмыляется и прижимается бедрами. Противно. — Я извиняюсь, я хочу тебя обратно. — шипение доносится до моего слуха и парень утягивает меня вниз, прижимая к асфальту. — Нет, — рычу, упираясь в его плечи руками, Бибер откладывает оружие в сторону и стягивает с меня лосины, придавливая второй рукой спину к асфальту. — Я извиняюсь, Кэти, слышишь? Если тебе нужно, чтобы я извинялся перед тобой и был тем, кем не был ни с одной другой, то я буду им. — Бибер рычит, подсовывая руку под поясницу, и поднимает мое тело так, чтобы я выгнулась. Он касается носом моего пупка, крепко придавливая к асфальту так, что мне становится трудно дышать, и вдыхает аромат моей кожи. Горячее дыхание парня обжигает мой клитор, я открываю рот и начинаю извиваться сильнее, пытаясь свести ноги вместе. — Да пошел ты нахер, Бибер, иди извиняйся перед женой! — Ты все равно будешь моей, — цедит он и впивается губами в чувствительное место. Я снова оказываюсь под ним, не смотря на то, что ощущаю властные движения между своих ног. Это удивляет меня, неважно, в какой позе, он всегда выше меня, и это злит. Тело покрывается испариной от того, как быстро и мощно все начинает пульсировать внизу живота. — Хватит, остановись! — я извиваюсь, пытаясь выбраться, но получается лишь извиваться на его лице, доставляя ему удовольствие. — Нет, убери руки! — шиплю на него, но парень поднимает голову и облизывает блестящие губы, блестящие итогом его очередной победы. Его ехидная улыбка возрождает во мне еще большую ярость. Ударяю по широким плечам и пытаюсь встать, но Бибер продолжает крепко удерживать меня двумя руками. — Ты моя наглая сука, желающая меня воспитать, но время воспитания прошло, солнышко. — Бибер одной рукой расстегивает брюки и достает из них член. Выгибаясь, толкаю его в плечи, он не получается отодвинуть его даже на сантиметр. Пальцы второй мужской руки больно впиваются в кожу на талии. — Ты хочешь меня, нравится тебе или нет, но ты уже простила меня. Нравится твоей голове или нет, но твое тело хочет меня, — я бедрами чувствую его член и сжимаюсь изнутри, лупя его по плечам. Даю пощечину, но Бибер лишь коротко смеется, словно психопат. Я вижу пистолет сбоку, хватаю его и приставляю к виску парня. — Я вынесу тебе мозги, — цежу, сквозь зубы. — Ты уже их вынесла, теперь можешь проверить, что там осталось, — шепчет Джастин и резко насаживает меня на себя, от чего я втягиваю воздух через рот. Боль и удовольствие пронзают все тело, стягивая знакомой похотью низ живота. Я, сцепив зубы, гладу палец на курок. — Не двигайся, я убью тебя. — Это еще никому не удавалось, будь первой, убей меня, Кэти. — он приподнимает меня, снова грубо врываясь. Жмурюсь и издаю тихий стон, а он так довольно улыбается, услышав это. Джастин снова победил! Ненавижу его! Яростно обхватываю его лицо одной рукой, второй вдавливая пистолет в висок. — Ты ублюдок, гребанный мудак. Я не шлюха, к которой ты можешь прийти, когда захочешь, мать твою! Я не твоя гребанная шлюха, — шиплю в его губы. — Черт, какая ты потрясающая, солнышко. Продолжай, давай, говори мне, — сцепив зубы, он продолжает яростно двигаться. Шиплю от боли, когда поясница начинает царапать асфальт, с силой толкаю его в грудь, и он падает сбоку от меня, приставляю к его горлу пистолет, сама усаживаясь на него сверху. — Когда я кончу, я пристрелю тебя, — выпаливаю, цепляясь за его рубашку и поднимаюсь на его члене. Черт, мне очень хорошо. Я опускаюсь и снова поднимаюсь, крепко сцепив пальцы на пистолете. Второй рукой держусь за мужскую рубашку и ритмично двигаю бедрами. — Я скучал, Кэти, — дьявольское отродье, как же хочется стереть эту ухмылку с его лица. Мне стыдно и противно от того, что я не могу остановиться. Я вбираю в себя его член, не позволяя себе стонать, насаживаюсь до основания и так же быстро поднимаюсь. Мое дыхание сбивается, кровь шумит в ушах, внутри все сильно пульсирует, а меня бесит, что Бибер просто лежит, нагло улыбаясь мне в лицо. Мои губы подрагивают от бессилия перед самой собой. Оргазм проносится по моему телу, и я скачу быстрее, не в силах остановить этот ад. Жмурясь, падаю на грудь парня, а из глаз текут слезы, я захлебываюсь от рыданий. — Скажи, что не можешь без меня, — слышу шепот Бибера рядом с ухом. Нет. Отвратительно понимать, что меня снова ломает эта грязь. Мне больно и горько видеть себя такой, эта грязь делает меня жалкой. — Могу, — выдавливаю из себя шепот вместе с тяжелыми вздохами. Мне больше не нужны очередные пустые надежды. Мне это больше не нужно. Он мне больше не нужен. Пытаюсь отдышаться. Усаживаюсь прямо на асфальт, приперев спиной кирпичную стену. Достаю из кармана сигарету, но пальцы трясутся так, что не могу чиркнуть зажигалкой. Усмехнувшись, Бибер отбирает ее и помогает зажечь огонек. Джастин проделывает те же действия и усаживается, пачкая, наверняка, очень дорогие брюки. Затягивается, глубоко вдыхая дым. — Прости меня, — выдохнув едкий дым, говорит Бибер, нарушая тишину. Жмурюсь и подавляю всхлип. — Ты думаешь, это поможет? Думаешь, твое гребанное извинение поможет? Ты сломал меня, радуйся, ты же этого хотел. — Что ты делала здесь, ночью, еще и с оружием? — Хотела убить тебя, — он усмехается, но, взглянув на меня, видит серьезное выражение лица. Пухлые губы тут же выпрямляются. — Ты же застрелил Филла, заслуживаешь той же участи. Вспомнив о парне, сердце предательски сжалось. Я никак не могла поверить в то, что сдалась, хотя на протяжении полугода собирала себя по частичкам. Я ненавижу то, что он со мной сделал, ненавижу его. — Да, я сделал это с огромным удовольствием. Паренек очень много себе позволял и прекрасно знал, что с ним за это будет. — Ты психопат, — делаю последнюю затяжку и отбрасываю окурок в сторону. — Филл был вежлив, он был самым светлым человеком из тех, что я когда-либо видела. Я нашла в нем то, чего не было в тебе, Бибер, и никогда не будет. — Он не смел трогать то, что принадлежит мне! Смешно. Нет, это, правда, смешно. Джастин бросил меня. Бросил! Не отвечал ни на один звонок, а их было столько, что мне до сих пор за это стыдно! Появился, блять, снова в моей жизни и снова поет серенады о том, что я его. Кто? Он постоянно забывает добавить - вещь, или шлюха, или половая тряпка, или сука. Я могу привести еще много эпитетов. — Ты псих. — Послушай, — он начал, а я прикрыла глаза. Порцию лапши на уши не заказывала. — У меня был определенный план, по-другому Дакота бы ничего не рассказала. Да, на него понадобилось пол года. Да, я всегда знал где ты и что с тобой, кстати, тот парень на лексусе, который подарил тебе ствол — мой человек. Я подскочила на пружинных ногах от его неожиданных слов. Это не входило вообще ни в какие рамки понимания. Он следил за мной, следил. Знал все, через что мне пришлось пройти и даже пальцем не ударил для того, чтобы это облегчить. — Ты застрелил Филла, блять! Ты знал, что его родители потеряли обоих детей?! Ты знал, ты всегда все знаешь, — тычу в него пальцем, полная злобы. — И тебе все равно! Как можно быть таким равнодушным ко всему?! — Я проебался, я не должен был этого делать, Кэти, признаю, — он снова достает сигарету и сует ее между губ. — Я сделал это после того, как прослушал твои голосовые на почте, я был зол и нашел причину его убрать. Сглатываю и поднимаю голову вверх. В носу неприятно щиплет. Дьявол, как же я его ненавижу! Стоять рядом с Бибером сейчас выше моих сил. — Почему все должны страдать из-за тебя? — Я запаниковал. Впервые за долгое время, — он делает паузу, когда подкуривает. — Я каждый раз думал, что приведу себя в порядок, а потом появлялась ты, и все, блять, летело к чертям. — Я выбралась, а ты нет. — Выбралась настолько, что позволила себя трахнуть? Пошла за мной чтобы что-то подслушать или чтобы увидеть меня? Не ври себе, — я замолкаю. Он прав. Снова. Но больше мне это не нужно. — Дакота будет жива, она так и останется моей женой потому, что так хотел Митчелл, а ты с этим смиришься. Ты готова была смириться еще в тот вечер, ты снова начала себе лгать. Прислушиваюсь к себе и понимаю, что не ощущаю ревности. Я все еще горюю по Торресу, и для меня это важнее, чем фиктивные отношения с фиктивной женой семейства Биберов. — Мне плевать. Мне это больше не нужно. Разворачиваюсь на месте и ухожу. Ухожу, гордо подняв голову. Ухожу так, как ни раз представляла, лежа в старой квартире и страдая от разлуки. Мне не так больно. Не так больно, как было тогда. Я пережила его, пережила, а сейчас поставила окончательную точку. Ни за что больше не впущу Бибера в свою жизнь! Как только у меня получается что-то построить, он появляется для того, чтобы это сломать. Звоню клиентке и переношу на сеанс за завтра. Нужно съездить на кладбище к Филлу.