Angelus

В детстве она летала по ночам. Маленькие бело-серые крылья могли выдержать невесомую девочку. Когда все ложились спать, она открывала окно и шагала прямо в темноту, а потом неслась тенью воробушка над освещёнными улицами города, останавливаясь на крышах, радуясь всему вокруг. Она часто вспоминала об этом, грустила. У неё так и не было тех огромных крыльев – мечты, напоминающей о себе каждую ночь, но однажды вечером где-то в глубине зародилась уверенность, что её небольшие, недавно покрывшиеся пухом ростки уже достаточно крепкие для полётов. Уверенность выросла в считанные секунды. Надо было поторопиться! Она вырвалась на свободу, распахнув незапертую дверь лестницы, оказалась на крыше. В лицо брызнул ночной ветер, взрастив уверенность и заставив мятые крылья гордо расправиться за спиной. Было пусто, только какой-то парень в чёрной толстовке и капюшоне, надвинутом на глаза, прислонившись к невысоким перилам, в одиночестве разглядывал то ли свои кроссовки, то ли что-то другое, невидимое для остальных. Отойдя к другому краю крыши, она нерешительно перегнулась через перила, что-то внутри обрушилось, и только шелест перьев упрямо расправленных крыльев подталкивал вперёд. Перед глазами встали огни города и крошечная, скользящая по ним тень - яркая картинка из прошлого. И тут же эта тень оказалась на самом краю крыши. Один шаг и… счастье! И она шагнула. Взмахи крыльев были беспорядочными и сумбурными. Она разучилась летать! Падая вниз не камнем, а лёгким пёрышком, беспомощно барахталась в воздухе. И вот, повернув лицо к звёздам, она увидела в вышине на фоне чёрного неба чёрный силуэт. Страшная мысль пронзила ознобом тело: «Это он! Он приходил к дедушке…». Она продолжала бесшумно и медленно падать вниз. Парень перегнулся через перила, стянул толстовку. В вышине, на фоне чёрного неба распростёрлись белоснежные крылья! Она узнала их, таких родных и до боли знакомых! Они с лёгкостью подняли молодого человека, и в следующую секунду он, обхватив крепкими руками её талию, понёсся над пылающим городом. По земле скользила громадная тень неизвестной птицы, а с неба по одной капле падали слёзы счастья. «Не торопи время! Оно само знает, как ему положено идти и обязательно придёт туда, куда действительно надо…»