Часть 9

5 лет спустя

Прошло пять лет, как я вышла замуж за Катакури уже официально. Или, если быть точнее, официально приняла факт брака, называя его «официальным». Родителям пришлось смириться с тем, что мы не разводимся, а также о факте обмана. Отец принял эту новость невероятно отвратительно — теперь мы не общаемся, а вот Большая Мамочка восприняла новость с облегчением. И достаточно часто просила нас о внуках. Собственно говоря, своего она добилась — два года назад у нас появились прекрасные малыши. Близнецам по два года и они активно мамцани любят цепляться за отца и играть с его шарфом. Катакури уже осваивает родительские обязанности, но иногда все еще нуждается в моей помощи. — Дорогая, мне снова нужна твоя помощь! — рассеяно кричит муж, пытаясь понять как разводить смесь в бутылочках, — Не знаю правильно сделал бутылочки для близнецов, я боюсь, что сделаю что-то не так, — пожаловался он обеспокоенно. Я зашла на кухню держа близнецов на руках, пока они оба, с разных сторон, дергали меня за кофту или волосы. — Ты просто сильно переживаешь, — я улыбнулась, по очереди усаживая детей в их кресла для кормления. Катакури стоял с контейнером со смесью в руках и выглядел напряженным, глядя на контейнер и пустые бутылочки, а потом на меня, как бы выпрашивая помощи. — Я просто люблю их больше всего на свете, и боюсь, что если я неправильно воспользуюсь смесью, это может им навредить! — он так рассеянно смотрит на меня. Я невольно улыбаюсь. — Милый, все хорошо, ты просто сильно переживаешь, и ты уже не первый раз готовишь им бутылочки, — напоминаю я. Катакури покраснел и улыбнулся. Он медленно поставил смесь и бутылочки и подошел ко мне, наклонился и нежно поцеловал меня в лоб — Я знаю, что ты права, — шепчет он, — Но я постоянно забываю о том, в каких пропорциях, — посетовал муж. — Я для тебя написала на холодильнике, — я киваю в сторону, а он улыбается. — Ты знаешь, что самая лучшая? — шепчет он мне, целуя в щеку, а потом обнял. Близнецы возмущённо начали стучать руками по столику, требуя внимания. — Почему они всегда так цепляются за тебя, а не за меня? Это нечестно! — Все потому, что ты сейчас готовишь для них ужин, — улыбаюсь я, а он игриво надулся и шутливо скрестил руки на груди, как ребенок, чтоб показать досаду. — Я начинаю думать, что они любят тебя больше чем меня и это разбивает мне сердце. Я могу только надеяться, что они будут привязываться ко мне немного больше, когда немного подрастут. — Не говори ерунды, милый, они тебя тоже очень сильно любят, — я тихо посмеялась. Он улыбнулся просто потому, что ему нравится видеть, как я смеюсь, а затем мягко посмотрел на близнецов, которые смотрели на него в ответ — Я знаю, что они тоже меня любят, но не могу думать, что не так сильно как тебя, — он отпускает меня, а потом подходит к близнецам и берет их на руки, целуя каждого в лоб. — Хочешь, я могу тогда приготовить бутылочки? — я мягко улыбаюсь, а потом подхожу к столу. — Нет, ты достаточно позаботилась о доме и близнецах. Я могу и сам, — он снова посмотрел на близнецов и увидел, что они смотрят на него своими большими невинными глазами, я улыбнулась, Катакури только начал насыпать смесь в бутылочки, он почувствовал, как один из близнецов дернул его за шарф, и увидел, как они хихикают и смотрят на него — Похоже, кто-то узнал, что папа не может отказать этим щенячьим глазам, — смеюсь я, наблюдая за происходящим, — они очень любят твой шарф. Он начал смеяться когда услышал мои слова — Это будет кошмаром, когда они подрастут и начнут придумывать, как просить мой шарф, чтобы поиграть с ним, — Катакури продолжил готовить бутылочки для близняшек — Ну или можно сшить им похожие, — предложила я. — Это было бы восхитительно, — улыбнулся он, — Ты — богиня! Затем он закончил готовить смесь и подошел ко мне, Я взяла в руки бутылочки и подошла к дивану. Катакури последовал за мной до дивана и сел рядом, глядя на две бутылочки в своей руке, а затем на близнецов — У меня ужасное ощущение, что по крайней мере одна из этих бутылочек окажется у меня на рубашке, — он начал тихо смеяться когда сказал это. — Давай мне одного, — произнесла я, мягко улыбнувшись — Не надо, — произнес муж, — затем Катакури мягко улыбнулся, взглянув на меня. — Ладно — ладно, только не вини меня, если один из близнецов решит напортачить нам обоим. Если он решит облить нас смесью, нам понадобиться новая одежда, — улыбаюсь я. — Одежду всегда можно постирать, — он снова усмехнулся, и протянул руку и немного, погладил обоих близнецов по голове, пока они ели из бутылочки. Я взяла одного из близнецов, чтобы ему было удобнее кормить второго. — Похоже, сын хочет поиграть с папиным шарфом, — произносит Катакури, а я улыбаюсь, когда сынок тянет мужа за шарф и убирает маленькими ручками бутылочку. — Сначала ужин потом, сон, а на утро с новыми силами играть, — он улыбнулся и тихо рассмеялся над моим комментарием об игре. — Они, конечно, любят все время играть, они никогда не устают, потому что всегда где-то повсюду и сильно цепляются за меня. Как будто они не хотят, чтоб я когда-либо уходил из их поля зрения, — довольно произносит Катакури. — Они очень сильно любят своего папу, — произношу я, пока Катакури улыбается. — Я просто счастлив, что вы у меня есть, — произносит муж, а потом целует меня в щеку, — Спасибо, что ты со мной. Я люблю тебя. — И я тебя. Очень сильно, — я улыбаюсь. А большего мне и не нужно.