Глава 5. Виолла: когда ничего не радует.

Утро было холодным и туманным — словно город окутала невидимая стена, сгущая воздух и приглушая звуки. Виолла проснулась позже обычного. Свет за окном был тусклым, а мир вокруг казался замедленным, словно все вокруг решили ненадолго остановиться и отдышаться. Она зевнула и потянулась, но усталость не покидала её — не та, что связана с телом, а какая-то внутренняя, неуловимая тяжесть.

На столе лежала открытая книга — «Письмо счастья». Виолла взяла её в руки и взглянула на страницы, но почти ничего не помнила из прочитанного. Сейчас эти слова казались ей далекими и чужими, словно книга — это просто ещё одна вещь в её комнате, с которой она не знает, что делать. Когда-то она находила в ней утешение, теперь же — лишь пустоту.

Виолла встала с кровати, чувствуя, как тело всё ещё не готово к новому дню. Её взгляд упал на книгу, и она задумалась. Там была простая мысль, едва заметная между строк: счастье — это не то, что нужно искать где-то вне себя, оно — часть тебя. Но разве она понимала, что такое счастье? Или как его найти?

Она медленно пошла на кухню и сделала себе чашку горячего чая, пытаясь унять навязчивые мысли. Всё вокруг было привычным и обычным. Рабочий день начинался — и она шла по его маршруту, словно робот, повторяя одни и те же движения, как если бы смысла спрашивать себя что-то уже не было. На работе ей часто говорили: «Двигайся вперёд, не теряй время», но что если она просто не могла? Или не знала, как это сделать?

Работа шла своим чередом, обычные встречи, знакомые лица, знакомые разговоры. И всё же пустота внутри не исчезала. Даже выходные, которые должны были приносить облегчение, не приносили ничего, кроме ощущения, что время уходит сквозь пальцы, а она остаётся на месте. Виолла старалась не думать об этом, не углубляться в те вопросы, которые не давали покоя.

После работы, идя по улице, она наблюдала за спешащими прохожими. Город казался серым и чужим, словно живым, но без души. Люди торопились по своим делам, а она чувствовала себя вне этого потока, будто на сцене, роль на которой ей непонятна и не близка.

Виолла зашла в магазин, привычно выбирая что-то на ужин. Всё происходило на автомате — движение за движением, будто отключив сознание. Увлекшись полкой с книгами, она заметила новую серию, которую когда-то хотела прочитать. Взяв одну книгу, прочитала аннотацию — и ничего не почувствовала. Просто листала её в руках, не понимая, почему раньше это доставляло радость.

Вернувшись домой, она не включила музыку и не зажгла свет в ванной. Села на диван, взяла телефон — но быстро забросила его. Что-то в душе не давало ни радости, ни интереса, ни надежды. Время растягивалось, превращаясь в бесконечный фон. Виолла не скучала по прошлому и не строила планов на будущее. Она словно ждала перемен, но не знала, каких именно.

Так прошёл день, оставив в душе один вопрос, который не отпускал: Почему всё так и не становится лучше?

Вечером она снова открыла книгу и вернулась к тому месту, где остановилась. Эти слова не меняли ничего, но внутри что-то тихо шевелилось — едва заметное, но всё же живое. Она не искала ответов, но сама мысль о том, что счастье возможно, порождала в ней раздражение и сомнения. Не может быть, что всё так просто — счастье, как выбор или внутреннее состояние. Ведь если так — почему она всё ещё не нашла его? Что-то было не так. Но что именно?

Она вздохнула, не открывая больше книгу, и положила её на стол. В комнате было тихо, за окном снова начал моросить дождь. Знакомый звук, словно напоминание о том, что время идёт, а она всё ещё стоит на месте. Неопределённость становилась всё более тяжёлой, и Виолла понимала — ей нужно что-то менять. Но как?