Глава 1: Саша и Рома.

Мальчик устало почесал затылок, не понимая, что потревожило его сон. Лицо затекло и словно прилипло к тому, на чем он спал. Так и не придумав, куда могла деться его подушка, он, хрустя шеей и нелепо зевая, поднял голову и с усилием разомкнул веки. Перед его глазами, в ярком свете, постепенно проступила не привычная спальня, а классная комната, которая, словно заменяя собой мир снов, становилась все более четко различимой. Он внезапно заметил себя сидящим за партой, в первом ряду. Вокруг еще десятки детей его возраста, мальчики и девочки, тихо что-то обсуждали за спиной невысокой женщины. Мальчик не обратил на нее внимания и растерянно оглянулся. По многочисленным плакатам и портретам на стенах он понял, что находится в кабинете истории. Особенно долго его взгляд задержался на изображение какой-то масштабной битвы. Действо происходило у ворот большей деревянной крепости. Она находилась на возвышенности, в центре засушливой равнины. С одной стороны мощеная дорога утекала за горизонт, с другой расположилась тихая река. Вокруг крепости, косыми рогатинами, протянулся деревянный забор. Прямо за ним находился глубокий ров. Высокие башни и мощные стены крепости были усыпаны сотнями лучников. К самому рву бесчисленная конница теснила ряды римских легионеров, осыпая их бесконечным градом тяжелых ударов. Небо окрасилась в алый цвет кровью тысяч убитых, которыми была усеяна вся земля в несколько слоем. Клубы пыли сбивали прицел лучникам, но они продолжали поливать вражескую кавалерию шквалами горящих стрел. Лошади падали, спотыкаясь о трупы, или от метко выпущенных стрел, и летели в глубокий ров вместе с всадниками. Легионеры ловко смыкали и размыкали ряды, пропуская их мимо себя и при этом находясь прямо у обрыва, но было очевидно, что долго им не устоять. Картина замерла на моменте, когда сквозь ряды конницы на ворота крепости бросился десяток боевых слонов, сметая все на своем пути. Огромные животные, напуганные и разъярённые запахом крови, громкими криками и общей неразберихой были подобны разрушительной стихии. Под их животами, на боках и спине были пристроены больше бочки и, когда одна из стрел попала в такую, животное превратилось в огромный движущийся факел. Конница спешно старалось уйти с пути горящего слона, ведущего за собой колонну ревущих собратьев. Мальчику казалось, что он находится там, на поле боя, что именно он храбро сражается с безжалостными захватчиками. Дыхание сперло и по телу бежали мурашки. Казалось, что он впервые увидел эту картину. Несмотря на то, что мальчик был уверен, что точно не раз уже смотрел на нее раньше, сейчас она решила его дара речи. В надежде избавиться от неприятного ощущения безысходности мальчик отвернулся от картины и его тут же ослепил яркий свет, проходящий через слегка занавешенные окна. Прищурившись он попытался разглядеть что-нибудь снаружи, но в итоге даже не понял, на каком этаже он находится. Не выдержав палящего солнце, мальчик снова начал осматривать класс. На столе, который он по ошибке принял за кровать, лежал открытый учебник по истории, пенал с ручками и карандаши, мятый листочек и тетрадь, подписанная как: "Тетрадь по истории Ученика 5 класса Есенинской средней школы Романова Саши". Саше стало интересно, где его сосед по парте, когда он посмотрел на соседний стул, там и правда никого не было. На мгновение это его озадачило, но с пониманием на лице появилась тень глубокой печали. Наконец он захотел узнать тему урока, для этого пришлось поднять глаза к доске. На ней было написано: "Походы Цезаря в Галлию", и дата: "11.06.2015". Теперь Саша все вспомнил, одиннадцатое июня - это же их день рождения. Стало понятно и почему он заснул на уроке, последние несколько дней мальчик почти не спал, тратя все силы на подготовку праздника. Все же не каждый день исполняется одиннадцать лет. Мысли мальчика покинули класс и он погрузился в планирования вечера, когда его все же смутило отсутствие учительницы за ее столом. Саша без особого интереса снова осмотрел класс и теперь узнал ту женщину, которая стояла около него, сложив руки на груди и недовольно насупив тонкие брови. - Ой… - невольно вырвалось у него и это стало последней каплей. - Встаньте, молодой человек! - скомандовала учительница. Саша повиновался. Последствия незапланированного сна сказались на мальчике, ноги ели держали его в приложении стоя. Но даже слегка сутулясь, он был почти одного с ней роста. Конечно, это не потому что сам мальчик был особенно большого роста, даже в его классе было с десяток ребят повыше, просто учительница была уж больно маленькой. Но от этого она не становилась менее грозной. Даже висящий на стене портрет царя Ивана Четвертого завидовал ей время от времени. А с недавних пор она была не только завучем школы, но и его классной руководительницей. Саше было очень стыдно смотреть ей в глаза, поэтому мальчик, по привычке, начал пересчитывать карандаши в пенале. - Я все понимаю, у вас сейчас тяжелое положение, но если приходите на урок, будьте добры хотя бы не спать! - Просите, Марина Андреевна, я не хотел… - промямлил в ответ мальчик, не поднимая глаза. Так было всегда, когда эта женщина его отчитывала. Почему-то другие взрослые не могли так сильно его пристыдить даже своими криками и прямыми обвинениями. Она действовала совершенно иначе, и это буквально парализовало саму его душу. Всегда спокойная, вежливая, даже с детьми обращается на вы и никогда не повышает голос. На ее уроках царит идеальная дисциплина и мало кто осмеливается ее нарушить. - Вы дали слово, что будете прилежно учиться, и я вам поверила. Для вас настолько невыполнимо сдержать обещание? - Простите, я правда не нарочно, просто так вышло, сам не знаю как… - Возможно, дело в скуке, царящей на моих уроках? Возможно вашему классу найти другого учителя истории? Весь класс был поражен, дети некоторое время разинув рты смотрели на учительницу, ожидая ответа Саши. Он был поражен не меньше остальных и сказать что-либо было почти нереально. - Дело не в вас, Марина Андреевна, ваши уроки самые лучшие, правда! - И несмотря на ваши слова, молодой человек, вы все же заснули именно на моем уроке. И если виновата не я, то вынуждена буду наказать вас, вы это понимаете? - строго спросила она. - Да… - Саша мог только тихонько соглашается. - Однако, оставлять детей после уроков не мой метод, поэтому я найду другой подход… - женщина окинула класс пронзительным взглядом и приняла непреклонное решение - Раз уж урок ещё не закончился в оставшиеся время вы все напишите небольшое сочинение о личности Гая Юлия Цезаря, о котором сегодня шла речь. Дети тихонько что-то промычали, но незамедлительно достали двойные листочки и начали писать. Хоть весь урок он проспал, история была любимым школьным предметом Саши, поэтому про Цезаря ему было что сказать. Однако оставшихся десяти минут урока многим не хватило поэтому, Марина Андреевна разрешила принести готовое сочинение к следующему уроку. - Кроме вас, Александр. Попрошу сдать работу сейчас, все же это в первую очередь ваше наказание. Саша кивнул и, положив помятый листочки на учительский стол, спешно покинул класс, на ходу запихивая вещи в рюкзак. Он успел убежать раньше, чем одноклассники смогли его перехватить, мальчику не хотелось сейчас выслушивать их обвинения. Незаметно проскочив мимо охранника, который сонно читал старую газету, Саша оказался во дворе школы. Прохладный воздух наполнил легкие и неприятная дремота окончательно исчезла. Поспешно вскочив на старенький велик, он забросил рюкзак в корзинку и отправился в путь. По дороге домой необходимо было заехать в магазин, купить продуктов на праздничный стол и в магазин игрушек, за подарком для брата. Детский мир был ближе к школе, поэтому Саша, петляя по узким переулкам, мчался прямо к нему. Теплый ветер играл в волосах. При каждом повороте мальчик оставлял на асфальте длинный черный след. Несколько раз пришлось остановиться, поставить слетевшую цепь на место, или подкачать переднее, или заднее колесо и только потом ехать дальше. Он нечасто бывал в этом районе, поэтому с интересом разглядывал все вокруг: от устремленных ввысь многоэтажек до дырявых мусорных баков и драных котов. Прохожие тоже с интересом разглядывали нового мальчика, все же в таком небольшом городке редко можно встретить незнакомые лица. В начале излишнее внимание незнакомцев немного смущало, но теперь, когда он побывал почти во всех краях своего города, это вошло в привычку. И вот, снова резко свернув на другую улицу прямо посреди дороги, сопровождаемый автомобильными гудками, Саша подъехал к магазину игрушек. Велик был осторожно приставлен к стене и мальчик, подхватив рюкзак, направился к большой стеклянной двери. Тем временем, в пустом доме на улице Чехова, мальчик Рома недовольно сопел, уткнувшись носом в подушку. Он упрямо не хотел вставать, но упавшее покрывало, которое обычно свисало со второго яруса, больше не защищало его от пылающего солнца. Меньше всего хотелось вставать и вешать его обратно, но укрыться от горячих лучей иначе было невозможно. Когда очередное прозрачное облако на пару минут перекрыло солнце Рома расслабился, даже ненадолго оторвал голову от подушки и несколько раз глубоко вздохнул. Когда солнечные лучи снова заполнили комнату палящей духотой, мальчик ловко спрятал заспанное лицо в гуще покрывал. В комнате было настолько жарко, что он был готов оказаться под проливным дождем, лишь бы хоть немного освежиться. Не дождавшись очередного спасительного облака, Рома с трудом отлепил лицо от кровати и посмотрел в сторону двери. Она оказалась закрыта. Детская комната было самой солнечной в доме, от того и самой жаркой, а вот на кухне, которая находилась напротив, наверняка стояла спасительная прохлада. Встать ради этого с кровати было излишне поэтому, продолжая стонать, Рома снова утонул в одеялах и подушках. Так продолжалось ещё несколько минут, и он все же принял непростое решение. Мальчик рывком повернулся на спину, сбрасывая одеяло, сел, помогая себе обеими руками и резко соскочил с кровати. Первым делом он упал на одно колено, схватил обеими руками большое покрывало, обычно прячущее его маленькую берлогу, и закрутил его вокруг шеи. Поправил новое одеяние Рома недовольно посмотрел на залитую потом пастель, теперь возвращать не хотелось в двойные. Он демонстративно повернулся и медленно, стараясь не споткнуться о волочащийся по полу подол покрывала, вышел в коридор. Сюда солнечные лучи не попадали и на него свалилось невероятное ощущение легкости. Снова захотелось спать, но пути назад не было. Сделав с десяток крошечных шагов мальчик оказался в маленькой кухне. На удивление она была такой же, как и всегда. Все, от легкого аромата корицы, стоящего в прохладном воздухе, и до стоящего на столе обеда, вызывало давящее чувство ностальгии. И судя по всему обед ждал именно его. Не веря глазам мальчик подошёл ближе. Под тонким слоем пленки, на его любимой тарелке, лежала его любимая еда - фруктовый салат. Рядом расположился оранжевый стикер с посланием. Небрежным почерком были выведены слова: "Если надумаешь поесть. Молоко в холодильнике". - Если надумаешь поесть… - задумчиво повторил Рома. Эта идея впервые за долгое время показалась ему привлекательной, мальчик взял тарелку, освободил от пленки и, наслаждаясь запахом свежих фруктов, подошел к окну. Оно было закрыто, а снаружи мир жил своей жизнью. Цветущий двор предстал его глазам. Повсюду были рассажены различные цветы. Границы клумб окружали свежеокрашенные, наполовину вкопанные в землю, автомобильные шины разных размеров. Из них же повсюду были пристроены фигуры различных животных. В самом центре двора детская площадка, всего пара качелей, горка и песочница, но это место, окруженное аккуратными молодыми вишнями и яблонями, было, без сомнений, сердцем двора. И думали так не только люди, но и животные. Не увидеть там белку, стайку птиц, пару упитанных кошек, или бесхозную собачонку было редким событием. За двором и его обитателями бережно следили все жильцы дома, каждый делал для этого места столько, сколько мог. Один соорудит скамейку для бабушек, другой натаскает разных игрушек детям, третий умудриться устроить ночную подсветку вдоль дорожек. Однажды все вместе построили целый детский домик на дереве, с разными лазами, турниками, и пожарными лестницами, который, конечно, пришлось вскоре разобрать, из соображений безопасности, но это только больше сплотило местных жителей. Многие говорили, что во всем мире не найти дома, подобного этому. Рома так залюбовался, что не заметил, как еда в тарелке закончилась. От размышлений его отвлек глухой стук. Мальчик подскочил на месте, чуть не выронив тарелку. Кто-то снова постучал в окно, застав его врасплох. Рома поставил пустую тарелку на стол и впритык прильнул к толстому стеклу, ища снаружи источник звука. Им оказался улыбающийся во все оставшиеся зубы миловидный старик. Он явно был доволен произведенным впечатлением. Рома узнал его, но окно не открыл. Он все еще был немного потрясен, поэтому старик снова постучал, давая понять, что так просто не уйдет. Вздохнув, Рома повернул ручку и распахнул окно. Запах пыльцы с непривычки заставил его чихнуть. - Будь здоров, Рома. - смеясь поздоровался старик. Рома, кивая, пожал его худую, жилистую руку. Улыбчивый старик снова присвистывая заговорил: - Тебя уже давненько не видно во дворе, все в порядке? Мальчик не ответил. Он молча смотрел на старое, морщинистое лицо, поверх которого тонкими прядями падали седые волосы. Что-то в его выражении лица казалось мальчику непривычно болезненным. Пожилой мужчина, словно поняв переживания мальчика, заговорил снова: - Ты один? Рома неуверенно кивнул. -А Сашка? - В школе. Старик хмыкнул. - А ты? - А что я? - Ну дома сидишь, в школу не ходишь даже. На тебя не похоже… Рома не ответил, вместо этого он достал их холодильника яблоко и протянул старику. - Ах ты жук! Но от меня так легко не отделаться… - Сказал старик, но все ровно взял яблоко и, надкусив, заговорил с новой силой. - Ну чего ты нахмурился, какая муха тебя укусила? - Никто меня не кусал, чего вы хотели? - Вот те на… С тобой точно что-то случилось, давай-ка, рассказывай, дед Максим попробует помочь. - Да нормально все, я просто хочу… - Мальчик замолк, он отвернулся и с минуту молча смотрел в пустую чашку. - Говори, не стесняйся. - Подбодрил его старик. Рома не знал, что сказать. Сейчас его мысли были заняты тем, как бы избавиться от назойливого собеседника. Он демонстративно насупился. - Ничего мне от вас не нужно, уходите! Старик не ответил. Он был ошарашен и еще долго смотрел на Рому, и даже когда мальчик закрыл окно не попытался сказать и слова. Совесть мальчика проснулась только когда старик все же развернулся и тихо скрылся в саду. Рома хотел окликнуть деда Максима, извиниться, но вместо этого отвернулся от окна и его взгляд пал на календарь. Красным маркером было обведено сегодняшнее число. От увиденного у мальчика проснулось самое сильное чувство вины, которое только можно было представить. Он тут же забыл о грубости, сказанной старику, ведь понимание того, что он сделал было ошеломляющем. Первое, что он захотел сделать - найти часы. Это было довольно просто, они, как и всегда, мирно покоились на краю холодильника. Самое страшное подтвердилось, уже второй час дня, а значить Саша уже скоро должен быть дома. Каждый год они с нетерпением ждали этого дня. Наверняка и на этот раз Саша что-то подготовил. А Рома ни просто ничего не нашел для брата, а напрочь забыл про их день рождения. Он представил свои чувства, если бы это Саша забыл про этот день и тут же куда-то исчезла привычная печаль, ее место заняли паника и стыд. Он бросился к выходу, было время, пока брата еще нет, Рома хотел найти какой-нибудь подарок, но дверь оказалась закрыта на замок снаружи. Мальчик тихо выругался. Конечно, Саша, уходя, запер ее, ведь Рома уже четыре месяца не выходил из дома. Времени на злость не было, поэтому он начал активно размышлять. В голову пришла мысль о запасном выходе - балконе. Их квартира на первом этаже, поэтому с него можно легко выйти на улицу. Одеяло мешало быстро бегать, поэтому мальчик бросил его прямо у порога и, налегке, рванул к детской. Рома не задумываясь распахнул дверь, знойные лучи солнца больше не страшили его. Он направился к маленькой тумбочке, ловким движениям вытащил с одной из полок маленький ключик и пулей вылетел из комнаты. Его следующей целью стала дверь в дальнем конце коридора. С недавнего времени она всегда была заперта на замок, но сейчас другого выбора не была, придется его снять. Рома с максимальным почтением открыл и снял замок, перекрестился, потому что мама верила в бога, и вошел в комнату. Ему нужна была дверь с другой стороны маминой спальни, ведущая на балкон, но пройти мимо ее вещей было слишком тяжело. На пару минут Рома смог забыть свою скорбь, он думал о брате и его чувствах, но когда вошел сюда, мироощущение опять изменилось. Столько всего болезненно напоминало о прошлом, что мальчик, не сумев сдержать слезы, упал на аккуратно застеленную кровать. Саша держал в чистоте даже эту комнату, наверняка бывал здесь ни один раз в день. Рома не хотел думать, что в эти моменты чувствовал брат, он верил, что то же самое. Он хотел заснуть, а проснуться там, в прошлом, когда все было хорошо. Пастель пахла мамиными духами, с каждым вдохом этого аромата мальчику становилось легче, спокойнее. Казалось, что сейчас она позовёт его, ласково произнесет его имя, нежно погладит по волосам. Рома, затаив дыхания, с нетерпением ждал этого монета и сам не заметил, как заснул.