ГЛАВА XXI

«Монстр».

<<<•>>>

      Шел дождь. Для места, в которое он недавно прилетел, это довольно необычно – особенно летом. Кас ступал по лужам, удивляясь такому ровному асфальту у себя под ногами, чистому настолько, что даже лужи прозрачны. Хотя, ангел считал, что это просто игры света, ведь не могут лужи быть чистыми, просто потому что в неё постоянно летит всякая грязь и пыль.       Рассуждая о таких ненужных, бытовых и не совсем, но всё же для многих довольно странных тем – ведь не все задают себе хоть и бытовые, но довольно сложные вопросы – Кас шел по улице. Куда шел, сам бы ещё знал. В этот день он хотел быть как все люди: рассуждать о личных проблемах, а не о проблемах мирового значения; идти в дряхлую, почти разрушенную каморку, а не в подземелья бункера, где уже родным и незаменимым стал запах серы, оставляемый Бельфегором.       Просто хотелось отдохнуть. От всего, что открывает двери невыносимой мигрени, которая за ручку ещё и апатию тащит. Последняя так незаметна и тиха, что даже сам Кас не замечает ее, пока не начинает копаться в себе все глубже и глубже. Ангел хотел впервые за четыре миллиарда лет по-человечески поспать.       Но как же Дин и Сэм? Вот и сейчас, Кас кинул все эти мысли в пучину бездны, оставляя их где-то в глубине памяти, закрывая на сотни замков и разбрасывая ключи по разным углам памяти. Так, он откроет этот сундучок лет так через пять тысяч. Перестав бродить по коридорам своего сознания, Кастиил решил уже оглядеть округу.       Все вокруг него омертвело. Если раньше, при первом приезде в Нью-Йорк, все вокруг него жили, спешили куда-то, все люди только и делали, что бежали к себе по делам, не замечая ничего вокруг… Не замечали они, как люди, не дорожившие своей жизнью, стояли у моста, а после падали в воду – будто и не было его там; лишь когда мертвое тело всплывет, узнают, что в городе вновь погиб очередной суицидник. Через два три дня всё утихнет, город заживёт вновь своей жизнью, а на место пропавших и умерших людей придут только что новорожденные дети.       Ночью, Нью-Йорк по-особенному красив: неоновые вывески, которые сначала резали глаза, а после, стали неотъемлемой частью пейзажа ночного портового города. Яркий блеск фонарей, становившийся всё тусклее и тусклее, как только начинаешь всё чаще гулять по набережной.       Город покрывает тьма, Кас бродит по совершенно незнакомым улицам, и, казалось, попал он за границу портового города. Здесь ничего не шумело и не звенело: тихо, словно в подземельях, где нарушает холодную тишину лишь тонкий писк крыс. Но здесь, даже мышка не пробегала. Слишком тихо, спокойно и жутко… Это место в край отличалось от центра Нью-Йорка: серо как Петербургские ночи, грустно, как на Небесах. Эта атмосфера навевала не самые приятные воспоминания.       Но это всё – сон. Понял ангел это тогда, когда перед ним буквально выросла стена; конечно, он разрушил её одним касанием. Нью-Йорк начал расплываться. Кастиил глупо хлопал глазами, в очередной раз убеждаясь, что это все мираж, внутреннее убранство его дома. Мозг ангела, который решил вдоволь поиздеваться над телом. «Что происходит?»       Перед ним расстилается, как скатерть, океан. Он не мог оторвать взгляда, даже не замечал того, что его чуть щекотали щёку ветви плачущей ивы. Не замечал и того, что стоит не на воде, а на пирсе. Всё внимание своё ангел отдал бескрайнему океану. После, когда он поднимает взгляд и замечает зеленый берег, понимает, что любовался не красотой океана, а реки. Вот и лодка плывёт по течению.       Кас вскидывает голову и чихает: нос неприятно защекотали листья ивы. Птица, ранее наблюдавшая за ангелом, с пронзительным криком улетает прочь. Кас садится и опускает ноги в воду, они опускаются как в туман вот даже не намокли. Впрочем, это было ожидаемо. Пошевелишь ногами и ничего: ни кругов, ни брызгов, такая же, как и раньше, идеальная гладь воды.       Идиллия была нарушена с приходом демона. Кас не обернулся, не достал клинка, только встал, не отрывая взгляда от деревьев на противоположном берегу. — Я тебе не изменял, чтоб меня игнорировать, Курочка, — протягивает знакомый голос и Кас оборачивается, — ну или изменял…       Он ожидал увидеть кого угодно, только не Бельфегора. — Бельфегор? — Ага, собственной персоной, — он ухмыляется, солнечные очки чуть припускает, — к сожалению, не плод твоего больного сознания. — Как ты… — Заклинание, ничего трудного, — он поправляет очки, но Кас всё равно замечает его белые глаза, — да и ты слаб сейчас, как и твоё сознание. К Сэму пробираться опасно: человек всё-таки, что-нибудь задену, потом будет считать себя сосиской-самолётом и спрыгнет. — Зачем ты здесь? — Новости принёс.       Бел берёт камень и бросает в воду, естественно, никаких блинчиков не было: камень просто исчез. — Не забыли ещё о том деле, да? Где встретили демона Абаддон? Так вот, сейчас они хотят взять командиром Дина.       Кас помнит, что это плохо, это ой как плохо. Если они уговорят Дина, то тот пойдёт войной на Ад, а это закончится или его смертью, или крахом Ада, что, в итоге приведёт к росту сил света. Равновесие никак нельзя затрагивать: обе стороны должны иметь равные силы, возможности, территорию… всё-всё в равных долях. Если хоть на один процент станет меньше или больше, то это приведёт к хаосу. И неважно: пропала тьма или исчез свет. — Его нужно остановить. Всё это приведёт к непоправимым последствиям… — Это-то всё понятно. Вы нашли хоть что-то?       Кас отрицательно мотает головой и задаёт встречный вопрос, который он задавал себе тысячу раз: — Почему ты хочешь излечить Дина? — Я бы оставил Рыцаря Ада, — нагло врал Бельфегор, что, конечно Кас чувствовал, все-таки они в его голове, — но он опасен, моргнуть не успеешь – не только Ад охватит его огонь. — Ты мне лжёшь.       Бельфегор наверное забыл, что находится не в своём мире. Всё-таки проникать в голову существу, прожившему миллиарды лет, было довольно опрометчиво. Но отступать уже было поздно, стиснув зубы, Бел сказал: — Пусть так, но разве это так важно? — Ты – демон, я должен понимать твои мотивы и цели, чтобы знать, не бросишь ли ты нас с ущелья на полпути.       Бельфегор ухмыляется, снимает очки. Его белые глаза при свете, казалось, засияли ещё ярче. — Ну что ты, я пока не собираюсь вас предавать. Мне просто не выгодно. В подробности я тоже не буду вдаваться. Я же не знаю, почему вдруг к простым смертным прицепился воин Небес. И почему у братьев Винчестеров такая крепкая связь, что в первые дни именно из-за связи с Сэмом и семьёй Дин никак не хотел покоряться собственному демону…       Ангел переменился в лице, погода, подстать его настроению, осталась ветреной, а по глади воды прошлись беспричинные круги, будто кто-то невидимый кидал в реку булыжники. На небе собирались тучи и, судя по темноте облаков, должен прямо сейчас полить ливень и нагрянуть гром. — Благодаря Сэму..? Так почему же он сбежал?       Слова ангела потерялись в раскате грома, тем не менее демон их услышал. — Этого я знать не знаю, но, честно скажу, при первой встречи с Дином у меня сложилось о нём довольно неоднозначное мнение. Он был как ребёнок: все хотел узнать, но боялся. О семье ни разу не говорил, но разве я прошёл бы мимо дневника? Такая привязанность поражает!       Кас смотрит на него с долей непонимания: слишком много он говорил и так и не ответил на вопрос. — А сейчас он такой… холодный! — кажется на самого Бельфегора вдруг снизошло озарение, он всё улыбался как мальчишка. — Больше ничего не цепляет, этот чёртов Рыцарь Ада такой же, как и все другие демоны!       Кастиил всё равно не понимал, в особенности стремления Бельфегора помочь им, не понимал его безосновательных и неправдоподобных объяснений. — Скоро он придёт… Стоны прекратились. Я и так его слишком долго удерживаю… Даже встречу перенесли. — Бельфегор хмурится. — У вас в запасе ещё день. После… после случиться неизбежное!       Пейзаж вместе с силуэтом демона начал расплываться, словно сам демон был частью его сна, а не гостем. Но Кас точно уверен в том, что это был демон – ауру сознание не могло подделать. Сон постепенно уходил, тьма сменялась светом и наоборот, да так часто, что уже рябило в глазах.       Вина же за дискотеку перед глазами лежит на лампах, которые светят Касу прямо в лицо. Он махает рукой – лампочки лопаются, осколки летят на него, но особого урона не наносят, – уж всяко лучше, чем раздражающие фотоны света. Кас приподнимается на локтях и, кряхтя как старый паровоз, встаёт на ноги. Тут же замечает записку на тумбочке.

Кас, мне звонил Кроули, он нашёл Дина. Я еду туда, прости, что оставляю тебя в таком состоянии… Просто медлить нельзя, помнишь? Не переживай, если что случится я позвоню тебе.

      В записке значилась дата. Ангел находит свой потрёпанный телефон, смотрит на дату и вскакивает, словно только понял, что лежит на иголках. Прошло два дня, а Сэма нет в бункере. С ним явно что-то случилось. В груди Каса что-то неприятно защемило, интуиция подсказывала, что Сэм должен был уже вернуться. Он смотрит историю вызовов: охотник не звонил ему.       Выдыхая, Кас набирает номер Сэма.

***

      В руках Коула молоток, на губах его ни тени улыбки. Он не хотел прибегать к таким методам, пытки – не самый лучший способ, но всё действенный. Многих пленников он видел на войне, сам пытался не раз, сам подвергался пыткам, понимал, как это больно и как сильно влияет на сознания. Но… наблюдая за Винчестером, который уже два дня терпит пытки, Коул ловит себя на мысли, что он просто зря тратит свои силы на него: этот человек никогда не сломается. — Молоток? — Сэм улыбается, его улыбка становиться всё шире и шире. — Как оригинально! Гвозди будешь вбивать в мои кости? — Я хотел другое, но, спасибо за идею.       Улыбка исчезает с лица Винчестера, что, конечно, радует Коула. Но после случилось неожиданное: Сэм рассмеялся. Трентон решил, что за эти два дня, тот совсем из ума выжил. — Рассмешил! — сквозь слезы говорит Сэм. — Гвозди и молоток? Боже, да я сам пытки получше придумаю. — Ну так поделись.       Коул ещё не ломал его кости, а надо бы. Сломать ему что-нибудь, чтоб Сэм не смог сбежать. — Нет-нет, это секрет, да ты вряд ли поймёшь. — вмиг Сэм перестал смеяться и нахмурился. — Только зря время тратишь, я не знаю где Дин. И зачем он тебе, я тоже не знаю.       Такая резкая перемена немало напугала Коула. Неужели тот и правда умом тронулся? — Зачем? Разве я не говорил? — По идее это у меня должны быть проблемы с памятью.       Коул заряжает ему прямо в лицо, а из-за того, что в кулаке он держал молоток, удар стал ещё тяжелее. Сэм же сказал простое «ау» и выплюнул кровь. — Да что я не так сказал-то? — Твой брат убил моего отца.       Сэм на секунду замолкает, а после, совершенно серьёзно говорит: — Значит, твой отец был монстром.       Коул не выдерживает: он со всей силой ударяет Сэма молотком по правой руке, прямо в локоть. Теперь же простым «ау» Сэм не отделался, он закричал. — Сука! — Винчестер кусает губу до крови, понимает, что его рука сломана. — Да чтоб тебя, маразматик! «Почему я веду себя как Дин? — спросил сам себя Сэм. — Неужели и правда так не хватает его?» — Ладно-ладно, — примирительно сказал Сэм, когда Коул занёс руку для удара, — мы с братом – охотники на нечисть.       Теперь настало время смеяться Коулу. — Ты же разбирал мои вещи: там и оружие с солью, и святая вода, бензин, серебряные пули и мачете… разве это не странный багаж для человека? — Для сатаниста – самое то. — Меня пытал Сатана, ещё поклоняться ему, тьфу. — Сэм говорил это таким тоном, что Коул не мог понять: сумасшедший ли он или всё-таки правду говорит. — Мой брат никогда бы никого просто так не убил. Поэтому, я уверен, что твой отец мо…       И тут раздался телефонный звонок. Коул бросает молоток, и берёт телефон Сэма. — Кас? Что за странное имя?       Сэм хмурится. Он только вспомнил, что оставил записку. Можно было и догадаться, что он не сможет позвонить ему при случае опасности. Но теперь звонит уже сам ангел, видно, заметил пропажу. Коул нажимает на зелёную кнопку и включает громкую связь. Прислоняет свой палец к губам и Сэм кивает. — Periculum (опасность). — Periculum. — Кас молчит несколько секунд. — Captus sum ab hoste Decani. Nihil refert, eius cruciatu ita est. (меня схватил враг Дина. Неважно, пытки у него так себе). — он смотрит на хмурого Коула, надеясь, что тот не знает латынь. — Quomodo tu sentis? (как самочувствие?) — Plus minusve. (более менее). — он замолкает, слышен кашель. — Sam, maybe ego vellem melius venire? (Сэм, может лучше прилечу?) — Non, non, non possum tractamus eam. Melius invenies Crowley, scit ubi Decanus sit. (нет, не надо, я справлюсь. Лучше Кроули отыщи, он знает, где Дин). — Nous allons rendre au peuple sa liberté. (на месте поговорим).       Сэм переводит взгляд на Коула, который так внимательно слушал, словно тот что-то понимает. Трентон же, не сказав и слова, бросил трубку. — Латинский, да? — Да.       Коул сел на стул рядом с Сэмом. — Тебе повезло, что я ничего не понимаю. — Коул был подозрительно спокоен, это пугало Винчестера. — Ладно уж, местоположение ты ему вряд ли сказал, ведь сам не знаешь. Но вот я услышал слово, похожее на «Дин», значит, всё-таки знаешь, где он?       В руке Коула блестел нож, он поворачивал его в разные стороны, играясь. Сэм ахнул: этот нож был знаком ему. Только он так и не вспомнил у кого видел. — Чей это нож?       Коул удивился, что за вопросы такие? — Твоего брата. Им он убил моего отца.       Сэм прищурился, нет, это точно не нож брата. На рукоятке его ножей всегда выгранено его инициалы, а здесь их нет. — Это не нож Дина. — уверенно сказал Сэм. — Может, кто-то другой убил твоего отца? — Нет. Я видел лицо твоего брата и этот нож… он упал с его рюкзака.       Шансов нет. Сэм опустил голову. Вот же невезение. Как же объяснить простому человеку, что его отец, скорее всего, был просто монстром? — В любом случае, — Коул прижимает острие ножа к щеке Сэма, — ты мне скажешь где он.       И вновь телефонный звонок спасает Сэма от очередной раны. Коул раздражённо выдыхает, но когда смотрит на экран своего телефона расслабляется и чуть улыбается. Трентон, не бросив даже взгляда на своего пленника, встаёт и уходит за пределы здания. — Кристина, привет. Да-да, всё хорошо, как там… Ох, сынок, и тебе привет, как ты? Сэм замечает связку ключей. Это шанс.

***

— Et magis est, ut de eo tempore.       Как только Бельфегор сказал слова, воздух колебнулся совсем незаметно, но Бел это ощутил: всё-таки опыт. Следов магии не осталось. В ту же секунду по пояс голый ворвался Дин. Все взгляды устремились на него, Бельфегор же подозвал официантку, которая уже слюнки пускала на Дина, и попросил принести два гамбургера.Та подмигнула Дину и, оставляя за собой шлейф сладкого аромата, упорхнула за заказом. — Рубашку порвал?       Дин виновато опустил глаза. Бельфегор взял салфетку и прошептал заклинание. Та сразу обернулась бордовой рубашкой. — Продержится где-то час. — сказал Бельфегор и с улыбкой принял заказ. Официантка улыбнулась ему, скользнула взглядом по Дину и ушла. — Дурак, не смотри так, только недавно было. — Это бар, здесь можно хоть на столе и раз пять. — Дин, улыбаясь, наблюдал за танцами на шесте. — Никогда гамбургер не ел там, где обычно пью. — Никогда не поздно пробовать новое.       Дин слабо улыбается и уплетает еду с таким аппетитом, словно он мог ощутить не вкус молекул, а веществ: как вкус становиться всё приятнее, а огурчики с мясом тают на языке. Но, к сожалению, это просто привычка. Вскоре это понял и Дин и когда осталось совсем немного, поедал кусок уже не с таким аппетитом, как было минуты назад. Бел же ел не торопясь, спокойно, пусть и сам не ощущал вкуса. — Скучно как-то, — выдохнул Дин, не отводя взгляда от Бельфегора, — уже два дня как по барам бегаем, не устал? — Сам просился, — пожимает плечами демон, — мне не в тягость, но если хочешь уйти – пошли. — Нет-нет, мне нормально, отдохнём хоть. — поспешно ответил Винчестер. Переводит взгляд и теперь оглядывает уже округу, тут он замечает нечеловечкие черты лица на одном из посетителей. — Демон.       Бельфегор поворачивает голову и тоже замечает его. Он хватает Дина за рукав рубашки и кивает головой к выходу. — Это Пол, помнится, я пытал его. — Отомстить пришёл? — зашипел Дин, сжимая до покраснения кулаки. — Нет. Мы в Аду уже всех пытали, зачем кому-то мстить мне. Тем более, официально я не по своему желанию вырезал ему на кишках свои инициалы. — протараторил Бельфегор, сжимая уже не ткань, а запястье. — Если кому и мстить, то это Азазелю, но кому охота в труп камни кидать?       Дин, кажется, успокоился. Бельфегор опустил его руку. — Я тебя учил скрывать своё присутствие. — сказал Бел, ударяя Дина в бок. — Не высовывайся, я поколдую над его бокалом, после вынесем его и расспросим.       Дин кивает и садится. Он смотрит за тем, как Бельфегор подходит к столику, где сидит Пол. Лицо демона никак не меняется: Винчестер подумал, что тот и вовсе не узнал лик демона в Бельфегоре. Уже-не-охотник переводит взгляд на драку двух алкоголиков, наблюдал за ними секунд десять, если не меньше, а после вновь смотрел за демоном.       Бельфегор уже стоит с подносом в руках и Пол на него не смотрит. Дин не сразу понимает, что он поменял тушки, сейчас для него лики демонов прикрывают все человеческие лица. Вот, секунду назад он был парнем лет девятнадцати с серыми глазами (этого паренька он носил с самого начала их знакомства, поэтому и помнит), а сейчас уже девушка, та самая официантка, которая подмигнула Дину. Он кое-как разглядывает её черты сквозь лицо Бельфегора.       Бел видно решил не колдовать, а просто подсыпать снотворное. Через минуту к нему подходит уже привычный сосуд Бельфегора. — Чуть не забыл о его глазах, — Бел приземляется на стул и массирует переносицу, — некоторые демоны способны видеть нити магии, а ему уже лет так пятьсот, не меньше, поэтому рисковать нельзя.       Дин медленно кивает. — Ты довольно быстро тушки меняешь, я даже чёрного дыма не заметил. — Ох, это старый метод. — Бельфегор улыбается во все тридцать два зуба. — Заклинание переноса сознания помогло: незаметно и быстро. Пусть девушка и в моём теле была, но не так долго, чтобы хоть что-то понять.       Дин протянул «а» и замолчал. — Когда ты уже избавишься от татуировки на груди? Не хочешь ли сам попробовать менять тела? Это довольно удобно. — Я думал об этом, но постоянно забываю.       Бельфегор хмыкает. — Балда.       Кто-то упал. Никто даже не обернулся, кроме двух демонов. Конечно, снотворное не могло сразу усыпить демона, но, пусть и медленно, но всё же смогло. Бельфегор сразу же подбежал к демону и перекинул через плечо его руку, другую же взял Дин. Никто не обратился на странных посетителей внимания, беззаботно продолжая творить непотребства.       Они потащили его в тёмный переулок и посадили у мусорных баков. Бельфегор провёл рукой по его лицу. — Пол, милый мой, просыпайся.       Тот сразу открыл свои чёрные глаза. — Чертовщина. Нашли-таки. — Ага, — Бельфегор слабо улыбался, Пол схватился за живот, всё же воспоминания остались, — решил устроить себе отпуск или следить за нами? — Кроули приказал. — прямо ответил Пол, даже не пытаясь солгать. — Вас я ещё вчера приметил, но доложил только сегодня. — Почему? — Забыл.       Бельфегор с Дином переглянулись. Последний достал ангельский клинок, Бел протянул руку, останавливая его. — Не надо, его кровь нам только новые проблемы создаст. Тем более он в белой рубашке. — Я просто выполнял приказ, думаете у меня было желание переться на другой край Америки, лишь бы поглядеть на сюсюканье Палача и Рыцаря Ада?       Бельегор взял у Дина клинок. — Проблем больше, проблем меньше… Что поделать: такова жизнь.

***

      Сэм сбегал с плена и не раз, но на своей памяти не помнит, чтобы ему ломали хоть что-то. Монстрам не нужны такие заморочки, они и без сломанных костей знали, что спокойно догонят жертву. С Сатаной в физическом плане проблем не было, зато в моральном ещё как. Сэм сам удивляется как после Люцифера остался в здравом уме.       Сейчас же пришлось прихватить с собой две палки и стараться ими придерживать правую руку так, чтоб кость не сместилась. Не получалось. Сэм закрыл себе рот, чтобы не закричать, когда правая рука спала вниз. Что-то хрустнуло: конечно, если минуту назад он держал руку под углом 90, то сейчас уже все 180. Из глаз пошли слёзы. Оставаясь ещё в трезвом уме, Сэм открывает свою машину и садится туда. Связка ключей на соседнем сидении.       Винчестер не успел даже подумать о том, что слишком легко ему дался побег, просто потому что в крови бушует адреналин, а рука и вовсе свисает как лента с ветки дерева.       Через полчаса Винчестер остановился. Выходить было небезопасно, ведь Трентон может уже отправился в погоню, но другого выбора нет. Пришлось выйти с машины и повозиться с крышкой багажника минут пять: всё же он правша, а не левша. Аптечка лежала на своём месте и по памяти Сэма там должна быть шина, жгут и обезболивающее.       Взяв всё необходимое, Сэм сел за руль принял таблетку и, выдохнув, взял правую руку. Пришлось вновь сдерживать крики, но вскоре охотник зафиксировал руку с помощью жгута и шины. Теперь можно спокойно ехать туда, куда указал Кроули. Дорога чистая, поэтому Сэм рабочей рукой достаёт второй телефон и звонит Касу. «Сэм? Всё хорошо?» — Только руку он мне сломал, а так всё хорошо, и не такое переносил. Кас некоторое время молчит. — Не переживай, я шину поставил и обезболивающее выпил. «Мне убить его?» — Что?! Нет-нет! Он просто не знает всей правды. «Ладно. — бросил Кас, явно недовольный тем, что его остановили. — Я уже на месте, прилететь за тобой?» — Не нужно, Кас, ты ещё не восстановился…       Но, ангел уже бросил трубку и, скорее всего, слова Сэма он так и не услышал. — Ещё час езды по прямой. Бар «Куртизан». Сэм вздрогнул и чуть не свернул с пути, но сразу же вернул управление, хоть и с трудом. — Кас…       Винчестер смотрит на спящего ангела: он ещё не восстановился. Лучше бы подождал там, силы сэкономил, почему же он прилетел к нему? «Боится, что я опять попаду к Коулу?»       Тогда это всё объясняет. Кас всегда старался защитить братьев Винчестеров, чего бы ему это не стоило. И Сэм не станет исключением. — Ещё час, хорошо…

***

      Машина Коула мастерски скрывается от взора Сэма среди машин. Да и сам Винчестер вряд ли обратил внимание на то, как выглядит машина. Поэтому, Трентон спокойно разъезжает по городу, не боясь быть замеченным. Конечно, когда только они были в дороге, Коулу пришлось снизить скорость и значительно увеличить расстояние между ними и так, чтобы он мог видеть его, а сам Сэм не смог.       Они едут так уже целый час, Коул даже секундомер включил: 00:56:06. За это время Сэм остановился лишь два раза: чтобы зафиксировать свою руку и чтобы подкрепиться. Когда он выходил из машины у кафе, Коул заметил человека на пассажирском сидении. Немало удивился: когда он успел подобрать его? Когда руку фиксировал? Нет, такого быть не может, Коул же следил за ним и людей не приметил в округе. Появление этого человека стало настоящей загадкой для него.       Но, всё-таки его цель найти убийцу, а не разгадывать уловки иллюзиониста. Когда машина остановилась в третий раз, Коул вспомнил, что Бог любит троицу, поэтому был больше чем уверен, что здесь Дин Винчестер. Он, конечно, атеист, но тройка никогда не подводила. Как говориться: «двоечка не пробила, значит нужен третий удар с ножом». Трентон терпеливо ждал.

***

      Сэм сжимает ручник до такой степени, что костяшки пальцев побелели. Пусть неудобно ему держать ручник, поворачиваясь всем телом, чтоб просто сдать, но он не мог отпустить его ещё долгое время, смотря на вывеску бара. «Куртизан».       Какое идиотское название. Но всё же, Сэму пришлось отпустить ручник и дверь. Он выходит из машины, смотрит на спящего Каса и не находит в себе силы разбудить ангела. «Он и так на пределе…»       Сэм закрывает дверь и проверяет наличие пистолета и ножа Руби у себя. Всё есть. Осталось сделать шаг. Один. Два. Три. Сэм не переставал считать свои шаги, вот уже тридцать восьмой… И охотник перешагивает порог бара. Он не любил эти заведения, конечно по работе он чуть ли не жил в этих самых барах (потому что большинство монстров обожают подвыпить, а бармены — лучшие информаторы и сплетники города), но всё равно так не полюбил их. В особенности противный запах алкоголя, смешанный с потом, слезами и кровью.       В этом баре пусто. Почти никого. Ни криков, ни плача, ни смеха. Тишина. И вот прозвучала нота «си». Сэм запомнил её звучание надолго, Дин постоянно повторял её, когда хотел сыграть чуть ли не большую часть своих песен. Кажется, одна треть из мелодий, которые он знает, начинается именно с этой ноты. — Уходи. Дай поболтать с братом.       Сэм вздрагивает. Он смотрит то на крупного телосложения мужчину, то на Дина, который сидит у пианино. Мужчина ретировался. Дин же поднимает бокал виски и опустошает его сразу же. — Ну что пришёл, Сэмми?       Сэм не хотел замечать пятна крови на его белой рубашке. — Ты ранен?       Дин смотрит на него, немного хмурясь, но после, улыбаясь, говорит: — Всё хорошо, Сэмми, это не моя кровь.       Сердце пропускает удар. — Дин… Почему ты убил Метатрона и… тех прохожих? — Сэмми, — он так часто повторял его имя, что, казалось, это «Сэмми» превращается в кличку, — к чему эти вопросы? Я на допросе? — Да.       Сэм мгновенно достаёт пистолет и с невозмутимым лицом направляет на брата. Он мелко дрожит, что Дин прекрасно видит и чувствует. — Метатрон тот ещё говнюк. Ну а прохожие, их аура… — Дин медленно поднимал руки. — Ужасная. Душу свою ставлю на то, что они монстры. Вот я и убил сразу, чтоб в будущем проблем не было.       Сэм сильнее сжимает пистолет. — А если ты ошибся? Если это люди? — Да какая разница?       Рыцарь раскрывает ладони, и бокал падает на пол. Звук разбившегося стрелка отвлекает Сэма, о чём он вскоре пожалел: на него теперь направлено дуло пистолета Дина. Причём, брат стоял так спокойно и уверенно, – создавалось ощущение, что он спокойно спустит крючок и убьёт своего брата. — Я обещал, что не буду убивать тебя.       Слова, прозвучавшие из уст Дина, испугали Сэма даже больше, чем скорый выстрел. Но он всё также крепко держал пистолет и не отводил взгляд. — Да ну? А на Луи это не распространяется?       Прозвучал выстрел, Сэм роняет пистолет и сжимает своё правое плечо. Голова сразу начинает кружиться, ноги подкашиваются, но боли нет. Той самой боли, которая должна быть после выстрела, но её нет. Может, Дин смазал пулю ядом? Нет, он не должен был так заморачиваться. Так почему же у Сэма вся кровь словно вскипела? По сосудам словно раскалённая лава течёт, в голове лишние звуки, а в ушах – стук собственного сердца.       Сэм и не замечает, как у него стучат зубы, как он кусает случайно язык. Охотник чувствует привкус железа. Он скатывается по стене и поднимает взгляд. Перед глазами всё плывёт, рот то открывается, то закрывается. Боль в теле не мучает его, но голова всё также трещит. Сэм кусает свои губы до крови.       Зрение возвращается, он видит лицо Дина перед собой. Брат улыбается. Их разделяет лишь несколько метров, ну и ещё… граната? Сэм не успел бы увернуться, а Дин даже не пытался: густой туман покрыл всё помещение, глаза горели от слезоточивого газа. Демон же спокойным шагом отправился прочь.       Сэм нескоро выбрался из здания. Он пытался сделать это как можно быстрее, но левая рука подводила. Так Сэм встал только через пять минут и раз десять падал от газа. Вскоре, он всё выбрался из здания, чуть не упал, но его подхватил Кас. — Сэм… Он лишь качает головой. Ангел смотрит на руку Сэма, его ладонь слабо светиться. — Кха… не надо… береги силы. Хоть на этот раз…       Кастиил не спорит, просто не хочет, он сам понимает, что сейчас главное поймать Дина. Он достаёт из кармана демонские наручники. — Ты убил моего отца. Сэм останавливает Каса, когда слышит эти слова. Смотрит на Дина: его лицо ничего не выражает. — Коул Трентон? — совершенно спокойно спрашивает Дин. Коул же не был настроен на светские беседы, поэтому сразу достаёт нож. — Этим ножом ты убил моего отца. — говорит он и делает шаг вперёд. — Также умрёшь и ты.       Рыцарь не нападал, стоял на месте, поджидая соперника. Трентон не хотел тянуть кота за хвост, поэтому целится в сердце. Шаг вперёд, ещё два шага, уворот и замах. Дин спокойно уворачивается, но нож не отбивает. Так Коул нападал, а уже-не-охотник быстро уворачивался, но оружие отбирать не спешил. — Эдвард Трентон. Коул остановился, но оружие не опустил. — Так всё-таки вспомнил. — Я и не забывал. — Дин широко улыбается. — Просто вспоминал лицо мёртвого Эдварда Трентона. Прекрасное личико…       Провокация сработала: Коул напал так, что нож мог отобрать даже младенец. Дин тем более перехватил нож, сделал несколько выпадов и отобрал пистолет. Магазин упал на землю, а сам пистолет полетел в сторону. — Что же ты думал, мститель? Вот, придёшь ко мне сюда, скажешь: «Я пришёл убить тебя, ведь ты уб…»       Договорить ему не дал неожиданный прыжок от злого Коула и нож, уже другой, который Трентон хранил у себя за спиной. Лезвие оставило рану на щеке Дина. Алая кровь медленно стекает вниз.       Сэм бежит к брату, но уж точно не для того, чтобы остановить его. Мысли в его голове всё громче и громче (охотник никогда бы не подумал, что может кричать в мыслях). Наверное, со стороны он выглядит как наркоман: покрасневшие глаза, слюна, стекающая по его подбородку, рука, которая довольно сильно тряслась, кривая траектория пути. Он бежал, чуть покачиваясь, глаза горели безумием.       Кас не успевал за ним. Сэм бежал, как волк на свою добычу. Коул отскочил в сторону, а Дин даже с места не сдвинулся. Он не чувствует боли, кажется, даже не замечает того, что вся левая щека в крови. Но это не так. Если бы он не замечал, то тело само регенерировало, но этого не было. Кровь течёт ещё быстрее, гуще…       Кровь сводит с ума. — Монстр.