Часть 2

Дни тянулись как обычно: операции, осмотры, авралы, ночные дежурства. С Нарочинской, за то время, которое она у нас работает, мы провели пару неплохих операций, она оказалась прекрасным нейрохирургом, профессиональным и надежным. Правда её феминистские наклонности выводили меня из себя, и мне приходилось применить немало сил, чтобы она прислушалась к моим рекомендациям, хотя, надо отдать ей должное, если она соглашалась, то делала всё без каких либо сомнений. *** - Нин, где этот мужик, который с огнестрелом, он неадекватный совсем, из палаты куда-то подевался? - спросил я свою подругу, встретив её в коридоре Склифа. - Не знаю я, - ответила Нинка, идя на своё рабочее место. - Дожили, Михалыч, от тебя уже пациенты сбегают. Я стоял у стойки регистратуры и искал мужика, оказавшего убийцей. К нам он попал с огнестрельными ранениями, и, похоже, совершил убийство в состоянии аффекта. Хотя пусть в этом разбираются компетентные органы, а моя задача была его сейчас найти, чтобы он не успел ещё и здесь кому-нибудь причинить вред. Проходя по коридору, я встретил Нарочинскую, которая проплыла мимо меня, прижимая к груди папку. И вдруг за спиной я услышал какую-то возню, уже хотел сказать что-нибудь вроде: «Марина Владимировна, вас ноги не держат» и, обернувшись, засунул свои слова куда подальше. Я рванул в сторону Нарочинской и своего душегуба, который размахивал перед ней скальпелем, а она, прикрываясь папкой, пыталась его успокоить. - Ты что, дура! - Оттолкнул я её от мужика. Тут же ко мне подбежали санитары, и мы втроем скрутили этого Джека-потрошителя и сдали его, наконец-то прибывшим, полицейским. - Никогда так больше не делай! - заорал я на Нарочинскую. Она сверкнула на меня своими глазищами и пошла по коридору в сторону своего кабинета. Я очень за неё испугался, и мне необходимо было выплеснуть свой гнев и ничего лучшего, чем высказать ей всё, что я о ней думаю, не нашёл. Я пошёл за ней, распахнул дверь её кабинета и с порога начал: - Ты чего сдурела? Ты где работаешь? В неотложке! У нас здесь и маньяки, и убийцы, и наркоманы, и психи разные бывают, и вичинфицированные! У нас здесь проходной двор, люди приходят, уходят, бродят по коридорам! - Брагин! Хватит на меня орать, - прервала она мою тираду. - Может мне Нину попросить, она Вам валерьянки накапает? – Она посмотрела на меня в упор и, не дождавшись ответа, отвернувшись продолжила: - Я впредь буду более осмотрительна в ваших коридорах. - Не в ваших, а в наших. Ты тоже здесь работаешь. Осторожней надо быть, у нас тут разные случаи бывали: пациенты и на врачей нападали, и резали их, - наставлял я её уже более примирительно. Она взглянула на меня своими чудными глазами, и я растаял, как мороженое в летнюю жару. - Я же испугался за тебя. - Как то само слетело с моих губ. Вот дурак. - Ладно, ты нормально? Приглашение на кофе остаётся в силе. - Я посмотрел выжидающе. - Всё нормально. Я в порядке. Мне нужно работать, - спокойно произнесла она, и я с сожалением покинул её кабинет. *** Всю смену меня мучил один вопрос: какого чёрт я налетел на Нарочинскую? Она мне ни друг, ни брат, ни сват. Чего это на меня нашло? Она зараза, пиранья и Горгона, чего я так на неё набросился? Моя смена подошла к концу и сегодня, после того что произошло, мне нужно было развеяться. Нина была занята, Серёга Куликов (наш травматолог и по совместительству мой обычный собутыльник) дежурил в ночную смену. На мою удачу позвонил старый институтский приятель и пригласил меня сходить отметить его приезд в наш стольный град. Он давно покинул Родину и приехал навестить родителей, а за одно встретиться со старыми друзьями. Это меня вполне устраивало, и, вспоминая, как мы весело проводили время в институте, я приехал на такси в назначенное место. Надеюсь, здесь меня покинут мысли о Нарочинской. *** Место было вполне приличное, немного пафосное, на мой взгляд, но мне в принципе всё равно, лишь бы была тёплая компания и холодные горячительные напитки. В зале стояли столы на двоих, но и большой компании было, где разместиться. Мы сидели в самом углу и никому не мешали, только вот покурить приходилось проходить через весь зал. При очередном таком прогуливании по залу я случайно задел чей-то столик, и с него что-то скатилось на пол. Я нагнулся в поисках того что упало, и, начал было извиняться не поднимая глаз, увидев по прекрасным ногам, что за столом сидит женщина и похоже одна: - Простите меня, милая барышня, чего же вы скучаете одна? Садитесь за наш столик. - Я поднял глаза и встретился с пристальным взглядом прекрасных глаз разного цвета. Опять Нарочинская, её образ сегодня преследует меня повсюду. Я на всякий случай сморгнул, вдруг у меня галлюцинации, но она, ни куда не исчезла. Она всё так же смотрела своими манящими меня глазами. - Марина Владимировна, вы и в этом злачном месте? Одна? - Присел я за её столик. - Олег Михайлович, я не одна, как видите. - Указала она на накрытый стол на двоих. - Но вы всё равно скучаете, я же вижу. А у нас там весело. - Как раз из нашего угла раздался дружный гогот. - Спасибо, Олег Михайлович, за приглашение, но меня вполне устраивает моя компания. - Мне лестно, Марина Владимировна, что вы оценили моё общество. – Я улыбался. Я сел за столик уже более удобно. Поставил локти на стол и положил голову на ладони. Я откровенно рассматривал свою визави. Никогда не видел её в платье. На работу она ходит в брюках или в брючных костюмах, они, конечно, подчеркивают её стройную фигуру, но в платье она выглядит сногсшибательно. - Олег Михайлович, не обольщайтесь, я не вас имела в виду. - Её глаза блеснули в приглушенном освещении. - Но я больше никого кроме нас с вами здесь не наблюдаю. - Я не отрывал взгляд от её лица. - Мой спутник вышел для делового разговора. - Какой гад, какие могут быть дела рядом с вами? Лучше предпочтите моё общество, я вас не покину ради какого-то делового разговора. – Я продолжал ею любоваться. Я взял вилку и покопался в стоящей передо мной тарелке, нашёл не тронутый кусок в его салате и закинул себе в рот. Марина с недоумением взглянула на меня, но в её глазах плескались искорки смеха. Мне нравилось, когда в её глазах вспыхивали оттенки разных эмоций. - Олег, ты чего здесь? - Подошли ребята, которые возвращались из курилки, до которой я так и не дошёл. – Ну, Брагин, ты не меняешься, опять с девушкой. Пошли. Давай, бери свою подругу, и садитесь к нам. - Простите их, Марина Владимировна, эти люди, манерам не обучены, в институтах не учились, как обращаться с настоящими, красивыми женщинами не знают, с зоны только что откинулись, - сказал я. В её глазах я поначалу увидел удивление, а затем она скептически улыбнулась, глядя на моих товарищей. Я подхватил своих друзей под руки и увел их от столика Нарочинской, потому что заметил, как они стали заглядываться на неё. Ладно, этот её индюк, но мне ещё не хватало, что бы на неё капали слюной мои бывшие однокурсники. Вскоре за её стол вернулся её кавалер, и я убедился, что это был знакомый мне индюк, меня же взяли в оборот институтские приятели. *** Потихоньку наша компания начала редеть - кому завтра на работу, кого семья ждёт, кто-то спешил по делам. В конечном итоге я остался совершенно один. Я уже тоже собрался уходить, но заметил, что Нарочинская опять осталась одна. Решил подойти к её столику, но меня опередили. К ней подошёл и склонился какой-то старый боров, с явными признаками прогрессирующей гипертонии. Похоже, он пытался ей делать какое-то предложение, от которого она отказывалась. Ну и где этот её индюк напыщенный? Опять всё должен делать Брагин. - Марин, что здесь происходит? - Подошёл я к столику и грозно навис над собеседником Нарочинской. - Что Вы хотите? - обратился я к мужику. - Я хотел пригласить Вашу даму на танец, - оправдывался мужик. - Моя дама не танцует, ей туфли жмут, - произнёс я угрожающе. Нарочинская поначалу опешила, а затем бросила на меня гневный взгляд. Ну, извините, Марина Владимировна, зато боров отвалил. - Что вы здесь за цирк устроили? Причём здесь туфли? – недовольно глянула на меня Нарочинская. - Просто я берегу вашу прекрасную обувь, а то этот боров вам бы отдавил все ваши изящные ножки, которые мне посчастливилось сегодня лицезреть, - заулыбался я. - А вы не боитесь, Олег Михайлович, что эти изящные ножки могут оставить свой неизгладимый след на вашей светлой личности? – сузив свои глаза, произнесла Нарочинская. - Вы хотите мне сделать массаж, Марина Владимировна? - Я просиял, представив, как она мне массирует спину своими ножками. Но, увидев её выражение лица, я понял, что она имела в виду нечто другое. На мне сегодня был одет светлый пиджак и брюки, и, кажется, она хотела их подпортить. - По-моему, вам необходим массаж мозга, Олег Михайлович. Я могу это устроить, – с вызовом взглянула она на меня. Я в этом не сомневаюсь, видел, как она с лёгкостью вскрывает чужие черепные коробки. - Вы хотите сделать мне лоботомию? – притворно испугался я. Хорошо, что в нашей стране от неё отказались в 50-ых годах, ещё при Сталине. - Вы, кажется, уже её прошли и не очень удачно, - скептически посмотрела она на меня. – И, кстати, я сама могу постоять за себя. - Да я сегодня только тем и занимаюсь, что спасаю вас от всяких тёмных личностей. Что у вас за круг знакомств?! – возмутился я. - Моему окружению далеко до ваших друзей. – Похоже, она намекала на то, как я представил ей своих бывших одногруппников. Я заметил, что в нашу сторону направляется кавалер Нарочинской и решил ретироваться.Пока я расплачивался, они покинули зал. *** Пафосное помещение практически опустело, официанты убирали со столов посуду. Я направился к гардеробу. У стойки стояла Нарочинская, а около неё ошивался тот самый гипертоник, который, похоже, не потерял надежду оттоптать ей ноги. И опять кавалер Нарочинской отсутствовал. Похоже, мне придётся снова вмешиваться или она справиться сама? Я простоял недолгое время, но у гардеробной ничего не менялось: гипертоник прилипал, Нарочинская от него безуспешно пыталась отделаться. В бой, Олег Михайлович, раз лоботомия мне не грозит. - Вы, похоже, не поняли, моя дама не танцует, - подошёл я к стойке. - Ты не лезь, мужик. - Загородил меня от Нарочинской и борова здоровый амбал. - А ты кто такой? – пытался отодвинуть я парня. - Я то? Его охрана. - Мотнул своей бритой головой амбал в сторону гипертоника. Парень на удивление был выше меня, учитывая, что я сам не коротышка, как ни как метр девяносто четыре, с добродушным лицом, в деловом костюме, но его костюм не скрывал накаченной фигуры. Роста-то он был не на много выше меня, но вот своей широкой грудной клеткой он мне перекрыл весь обзор и я не видел, что происходит за его спиной. - Слушай, давай я уведу девушку, и ты охраняй его дальше, - предложил я парню. - Да ничего с ней не случиться, ну покатаются, да и делов, - произнес парень. - Не, мы так не договаривались. Я сам её покатаю, - сказал я парню, пробуя отодвинуть его со своего пути, и вновь безрезультатно. Я пытался оттолкнуть парня и увидеть, что происходит за его спиной. Но силы были явно не равны, парень заломил мне руку и я размахнулся, чтобы от него оторваться. Охранник покачнулся и вдруг послышался звон. Парень спиной ударился о зеркало, в котором раньше отражался весь пафосный антураж этого заведения, а сейчас осколки разлетелись по всему холлу и в них красиво искрились отблески люстр. Я увидел, что Нарочинской уже и след простыл, а гипертоник истошно орал на весь ресторан, что на него напали. Охранник не выпускал меня из своих лап. Кто-то вызвал полицию и меня без разговоров одного посадили в полицейскую машину и увезли в отделение. Гипертоник оказался каким-то депутатом, избранником народа. И, похоже, мне от него так легко не отделаться. В отделении полиции долго разбираться не стали, а посадили меня в клетку с другими задержанными. В обезьяннике я познакомился с моими сокамерниками: стоматологом и Костылем, (прямо никуда не деться от медицины, даже за решеткой). Зубодер праздновал рождение сына и попал по пьяни, а Костыль попрошайничал в переходе. Весёлая у нас компания собралась: хирург, Костыль и стоматолог. Мы с коллегой коротали время, травя медицинские анекдоты, Костыль рассказывал неправдоподобные байки из своей бродячей жизни. Здесь я хотя бы выспался, да и отъелся на казенных харчах - чай с сахаром, это тебе не кофе из автомата. Пару раз пришёл мой адвокат со знакомой фамилией Зименский и меня выпустили после оплаты не маленького такого штрафа. Надо будет узнать, откуда такие деньжищи взялись?