Часть 7

- Нино, привет! - Расписавшись в журнале, отвлёк я Нинку от разговора по телефону. - Привет, звезда криминальных новостей. Ты как обычно, сам вляпался и других за собой потянул. Как Костик, как Нарочинская? – затараторила Нинка. - Да нормально всё с ними, ты бы обо мне побеспокоилась, подруга называется. Всё про молодежь и про начальство, а обо мне скромном герое новостей и не спросила, - притворно обиженно произнёс я. - Да что с тобой сделается, ты ж у нас супергерой: в воде не горишь, в огне не тонешь, в автобусе не катаешься. - Звучит, как оно не тонет, - усмехнулся я. - Дурак, ты. А, если серьёзно, как ты, Михалыч? Всё в порядке? С кем стресс снимал, с Куликовым? Мне-то не звонил. - Не. Нашёл другого собутыльника, который обо мне на самом деле беспокоился, получше чем ты, - сказал я с серьёзным лицом и поспешил ретироваться, чтобы избежать лишних расспросов моей любопытной подруги и увидел недоуменный взгляд, направленный в мою сторону. *** - Михалыч! - услышал я зычный возглас своей подруги. - Иди сюда. - Ну, что тебе, Нино, что ж ты так кричишь? - устало проговорил я, подходя к стойке регистратуры. После многочасовой операции у меня было одно желание прилечь, а ещё лучше, поспать. - Ты, что вчера с Нарочинской стресс снимал? – уставилась на меня подруга. - Ну, кто тебе это наплел? А, это наше молодое дарование, - догадался я. - У Лазарева язык без костей, надо было его в автобусе оставить. Да, не с ней я был, ушла она, не захотело наше начальство со смертным трапезничать. Один я был, как перст один. - Да, ладно, а ты не врешь? Вот, вижу, по глазам, что ты меня обманываешь. - Чего ты там видишь, я спать хочу, мои прекрасные глаза закрываются, а ты меня пытаешь. Злая ты, Нинка. - Всё, иди. Всё равно от тебя ничего не добьешься, - вздохнув, отпустила меня Нина. - Ну, спасибо, что отпустила. Жениха тебе хорошего. - Зевнул я демонстративно и поплелся в ординаторскую с надеждой отдохнуть, услышав вдогонку беззлобное: - Иди ты.