Часть 3

Марк подставил руки под струю уже горячей воды. На тело начала медленно накатывать слабость, веки становились тяжелыми, не было сил вылезти из ванной: здесь тепло и хорошо. Он вспомнил, как Трусова укрывала его, чмокала в нос, приговаривая: «У тебя мурашки. Не знаю, как такое возможно, что солнцу холодно». После чего она прижимала парня к себе объятиями, запускала пальцы в волосы и нежно, медленно, аккуратно поглаживала. Марк клал руки ей на спину и почти сразу же засыпал. Кондратюк переборол себя и доковылял до кровати, которая сейчас казалась невероятно мягкой. Глаза закрылись, Марк уснул.

***

Второй день пребывания в Пекине для Саши начался хорошо: на репетиции все получалось, общение с ребятами шло легко и приятно. Если в первый день она держалась рядом с Щербаковой лишь от того, что она никого особо близко не знает, то сейчас все как будто открылись Саше сами, по крайней мере ей так кажется. Что странно, Марка не было. Некоторые ребята негодовали, куда он делся в такой ответственный момент. В общем чате на вопрос «Где Кондратюк?» кто-то прислал картинку со взрывом и красной стрелкой, которая указывала на фотографию Марка с надписью «Ему вообще поебать». Трусова хихикнула, после чего убрала телефон в корман рюкзака и вышла из раздевалки. Выехав на лед, она встала в начальную позу «Круэллы». Вот-вот начнется общая репетиция для закрытия шоу. У бортов стояли Сашины соотечественники, а на трибунах за ними наблюдали китайские зрители. Со спины к Трусовой кто-то подошел и положил ладонь на плечо. За пару секунд в голове девушки пронеслось, наверное, миллион догадок, кто это мог быть: организатор? кто-то из болельщиков, который смог миновать охрану и проникнуть в арену, как это было на Гран При? Марк? Александра развернулась и увидела Анну, которая потирает правое ухо. — Что случилось? — поинтересовалась Саша. — Я случайно встала под колонки, когда закричали «Приветствуем Анну Щербакову» у меня чуть сердце в пятки не ушло! — девушка улыбнулась — А звон в ушах даже сейчас немного есть. Александра подбодрила олимпийскую чемпионку, после заметила приближающийся силуэт. Невысокий рост и густые слегка вьющиеся волосы сразу дали понять, кто это. — А ты откуда? — спросила Аня, обращаясь к Марку. Парень сделал загадочное выражение лица: слегка вздернул брови, ухмыльнулся, затем помотал указательным пальцем из стороны в сторону и сказал, что это секрет. Щербакова допытывать не стала. Саша же снова почувствовала это напряжение: мысли в голове начали путаться, руки хотелось куда-то деть, спрятать в карманы или сложить в какой-нибудь позе, глаза предательски забегали из угла в угол. Трусова перевела взгляд на Марка, который казался совершенно спокойным. Это сделало еще больнее. Она страдает, ее как будто пытают самыми зверскими способами, а он стоит и улыбается. К парню подошла Алина что-то сказала, и по реакции Кондратюка, что-то очень смешное. «Над чем ты смеешься? Над тем, что остался один?» — думает Саша. Фигуристы вышли на лед, репетиция началась. «Ладно, даю вам 5 минут перевести дух» — донеслось из колонок. Ребята отрабатывали общий танец и синхронное движение по кругу, которое со стороны казалось очень простым, но на деле одна ошибка могла привести к падению всех, как домино. Александра отъехала к борту и оперлась на него, тяжело дыша. Долгое отсутствие на профессиональных тренировках дало о себе знать. Она осмотрела своих соотечественников, которые выглядели весьма бодро, даже спустя два часа интенсивного занятия. Сашу окликнули, девушка обернулась на источник звука. Загитова подъехала и обняла девушку в знак приветствия. — Ты знаешь с кем будешь на парном танце? — поинтересовалась олимпийская чемпионка, на что получила отрицательный ответ. Перебросившись еще парой слов, Алина уехала. Трусовой же стало интересно, вдруг она будет с Марком. Одна лишь мысль об этом отдавала ярким всплеском где-то внутри. Снова держать его за руки, смотреть в глаза, а без этого не обойдется, она уверена. «Какой же он все-таки красивый» — очень неожиданная мысль. Саша и так об этом прекрасно знала, но сейчас еще раз в этом убедилась. Репетиция выдалась долгой и сложной, как физически так и морально. Еще полтора года назад Трусова гордо носила прозвище «Королева квадов», а сейчас не может собрать ни одного четверного. Свет на арене приглушили, поэтому каток освещается фонарями с разных сторон, как это обычно делается на шоу. Саша собиралась уходить в раздевалку, но заметила Кондратюка у борта. В голове неожиданно всплыл вопрос Алины, возможно, Марк знает на него ответ. С легкой дрожью в голове она говорит: «Марк!». Тот оборачивается и ждет, когда подъедет Саша. Он смотрит ей в глаза, сердце пропускает пару ударов. — Ты не знаешь, с кем у тебя парный танец? — она мгновенно ругает себя за этот вопрос, стоило спросить в общем, а не конкретно про него. Пара секунд молчания ощущаются, как вечность. Не получив ответа, девушка спрашивает: «Нет?». Оба сошли со льда и двинули в сторону раздевалок, держась при этом не слишком близко, но и не слишком далеко, чтобы услышать друг друга. — Не знаю, мне ничего про это не говорили — наконец ответил Марк. Стало немного легче. Хотелось оправдаться за глупый вопрос в начале, чтобы у него не появилось мысли о том, что Александра на что-то рассчитывала. — Мне просто тоже не сказали — слова разбегались, не хотели складываться в полноценное предложение — поэтому… Они разошлись в разные стороны. Александра была уверена, что этот разговор кто-то заснял. Это будут обсуждать. Точно. Очень много места в голове Саши занимает Марк, она и сама не знает, как так получилось. Она выискивает его взглядом среди толпы, надеется услышать его голос во время чужой беседы, часто проверяет Телеграм ожидая от него сообщения. Ночью, перед сном листая галерею, Александра наткнулась на видео, где они вместе едут на котоморане. Ночь, лето, очень романтично. Заметив, что его снимают, Марк делает серьезный вид и выдает: «Скорость. Я — скорость». Стараясь заснуть, Трусова обняла подушку и представила, что это он. Девушка слышала, что многим такое помогает и так будет лучше. Ей хотелось, чтобы ее обняли, прижали к себе, поцеловали в лоб и прошептали: «Спи сладко», как это делал Марк. Нежные прикосновения и поцелуи, теплые слова и до дрожи родной голос не заменит какая-то подушка. Саша злится, на себя, на весь мир, кроме него. Хотя на него, наверное, тоже. Девушка сильно сжимает «маленькую копию Марка», стараясь выплеснуть весь негатив и не шуметь при этом, чтобы не разбудить Щербакову. Хотелось разорвать подушку в клочья. Хотелось кричать и плакать. Хотелось Марка рядом. Хотелось ее Марка Кондратюка. Звук уведомления на телефоне, вырывает ее из мыслей. На экране высветилось сообщение от него: «Спишь?».