Часть 3

Когда Таня вышла из кабинета уже рассветало. В дальнее окно бил сероватый свет. Спустившись на этаж, она поняла, что её ждут. Она увидела Глеба. Поодаль маячил Пуппер и ещё дальше по коридору Ванька. Все трое упорно делали вид, что незнакомы. Таня закрыла глаза и открыла их, надеясь, что кошмар рассеется. Это было, как в дурном сне. Бейбарсов решительно подошёл к неё. — Время истекло. Ты выбрала? — спросил он жёстко. — Определённо. Пускай и пришлось несколько скорректировать задуманное, — ответила, как есть Гроттер. — Отлично. Мой выстрел всё ещё за мной! Выберешь Валялкина — станешь вдовой. А потом настанет черёд Пупера. — И ты это сделаешь? — с какой-то предельно ласковой улыбочкой, в которую чуть не прорвалось коварство. Коварство девушки, чьё поведение контролирует лишь она сама, а предсказать его с точностью при недостатке данных — маловероятно. — И себя убьёшь, если назову не твоё имя? — тихо спросила Таня, не глядя на него. Вдруг по глазам поймёт, что это единственный исход со всеми причитающимися некромагам спецэффектами, на который она рассчитывает. Бейбарсов помедлив кивнул. — Магическую клятву, что так и будет! — потребовала Таня. Глаза Глеба чуть расширились. Но, кажется, он посчитал, что его мнят просто суицидником, выманивающим внимание и не способным переступить черту. — Разрази меня громус, если после нанесения на локон не моего имени я в итоге не спрыгну с самой высокой башни Магфорда! — с оттенком некого пафоса ответствовал Глеб. — Довольна? Что этому должно предшествовать ты помнишь… — Вполне. Таня достала локон. Почти вся прядь погасла, лишь середина пылала. Казалось, ещё немного, и локон распадётся на две половины, которые никогда не срастутся. Он был весь как проволока, накалённая огнём. И прежде чём собравшиеся «незнакомцы» решили устроить склочный цирк Таня громко произнесла: — Стихиарий. Глеб с Пупером застыли от неожиданности. Ванька не совсем понимающий происходящее, смотрел на Гроттер очумелыми глазами. Он, в принципе, не мог понять причём тут сущность из иномирия, от которой была масса проблем, пока его не изгнали, отвязав от определённой параллельной реальности. Локон в руках Тани окутался золотой пылью. В следующий миг он рассыпался. Ей показалось, что с ладони её слетел пепел, но пола так и не достиг. Поры времени втянули артефакт. — Таня, зачем тебе любовь к Нему? — в кои-то веки обеспокоенно спросил Глеб. — Тш-ш-ш! — приложила палец к губам девушка, подбородком указывая в сторону коридора. Кто-то спринтерским бегом нёсся по нему, опрокидывая вазоны с розами. Это была Зализина. Таня на всякий случай, отодвинулась, чтобы не попасть под Зализину, как под электричку. Но Лиза её даже не заметила, умчавшись в другое крыло. Ванька, на которого так же не обратили внимания, с очень нездоровым интересом поинтересовался: — Куда это она? — Искать информацию о возлюбленном, — пояснила Таня, а потом лукаво улыбнулась. — Ну… так как я произнесла имя не Глеба, а Валялкина с Пупером убивать не за что — их имена так же не прозвучали… однако Глеб вполне может попытать свои силы со Стихиарием... Приглашаю всю частную компанию к подножию самой высокой башни Магфорда. Бейбарсов оттуда сегодня сиганёт. А потом мы с ним поговорим по душам. Глеб как-то просто пожал плечами: — Да, мне и несложно. Хочешь цирковой номер в моём исполнении — устрою. Так интересно оформленное желание возлюбленной — закон. По пути все из компании узнали примерную предысторию, наблюдаемой ими сцены. Всю дорогу до поляны под нужной башней Гроттер Ванька донимал тем, а не слишком ли она жестоко поступила с Зализиной, влюбив её во что-то маловразумительное. Благо, хоть влюбив взаимно. И зачем необходимо было из Глеба под клятвой устраивать шоу для всего Магфорда? И почему смерть это – цирковой номер? А главное: что значит, поговорить с Глебом по душам?.. Кажется, последний вопрос занимал его посерьёзней прочих. — Ванечка, в чём наши с тобой пути расходятся мне известно. Надеюсь, дружить на расстоянии с бывшими ты умеешь. Зато неизвестно разойдутся ли в этом наши пути с ним, — не мелочась сразу в лоб ответила Таня. — И в чём же? — как ни в чём не бывало задал этот вопрос Валялкин. — Мы уже не раз говорили на эту тему. Говорили столько раз, что я устала повторять. Ты для себя выбрал дальнейший путь — Сибирь, звери, практика ветеринарии там. Но то-то и оно, что ты его выбрал для себя, не учитывая желания той, кого хотел бы видеть подле себя. А она видит для себя иные пути развития и самореализации. Потому ей и следует подобное обговорить с Глебом. На место я его уже отчасти поставила, станет воспринимать с большей серьёзностью, - закончив эту речь Татьяна тем самым для себя поставила точку. Неизвестно пока было лишь то, столь ли просто с ней согласился Валялкин. К сожалению, свободное падение Бейбарсова с башни никто не успел увидеть. Но лицезреть, как он по косточкам и внутренним органам вновь собирается воедино имели счастье все. Пуппера стошнило. Кажется, он вообще сожалел, что пришёл. — И что я даже не удостоюсь поцелуя прекрасной дамы за отлично выполненный трюк? — нахально поинтересовался Глеб. — Поцелуя — нет. А вот обсуждения нацеленного на попытку создать оговорённые отношения — очень даже возможно. Только на этот раз действуй более прямо без обмана и шантажа, конкретно меня. Менять линию поведения с другими, как видишь не прошу. А то уже имел счастье убедиться, сколько мягонько я пока ответила на твои выкрутасы. Бейбарсов поднялся с земли и на его губах впервые можно было заметить улыбку. Обе они ему были нужны. Обе!