Глава 9. Бегство в темноте

      Будний вечер — это время, когда в центральном парке Пэйлвилля собирается бесчисленное количество людей, от резвой малышни до неторопливых стариков. Дружеские сборы, семейные прогулки и даже деловые встречи — поражавший размерами парк был приспособлен для комфортного и приятного времяпровождения любых компаний. Неудивительно, что среди местных жителей он снискал репутацию одной из лучших достопримечательностей города.       Удивительнее другое — почему-то именно сегодня парк практически пустовал. Перед закрытыми прилавками не толпились былые очереди, замерли популярные аттракционы, молчали фонтаны, не источали мягкий свет уличные гирлянды…       Впрочем, из-за отсутствия простых горожан жизнь в этом месте не остановилась, а просто сменилась на другую — территорию парка наводнили толпы полицейских. Их было настолько много, что, казалось, произошло нечто ужасное. — Очередная пропажа или убийство, — донёс Эрик свою версию до Моно. — Тогда где карета скорой помощи и пожарный наряд? — резонно заметил Эгерикс, оглядывая улицу перед парком. — Служебные машины копов я вижу, но световых сигналов они не подают. Значит, ничего не произошло. — Это ты после тех снов таким занудой стал? — сказал О’Райли, хмыкнув. — Не занудой, а внимательным, — со значением поправил его Моно и улыбнулся краем губ. — А по мне, одно и то же, — махнул рукой Эрик. — Ну что, пошли? — Пошли, — кивнул Эгерикс.       Несмотря на обилие сотрудников департамента, главные ворота стояли открытыми и никем не охранялись, что окончательно уничтожило теорию О’Райли о возможном происшествии. Оказавшись на территории парка и пройдя несколько десятков метров вперёд по широкой дороге, ребята столкнулись с двумя полицейскими, которые, судя по скучающим взглядам и будничным голосам, сполна «наслаждались» всеми особенностями патрульной работы.       Неизбежный диалог оказался краток, начавшись с «Не видели ли вы кого-нибудь подозрительного…» и завершившись «Будьте осторожны и постарайтесь вернуться домой до захода солнца…». Сделав максимально ответственные лица, ребята пообещали не задерживаться допоздна и, распрощавшись по всем нормам этикета общения с полицией, продолжили свой путь. — Какой-то ты нервный, — вполголоса проговорил Моно, как только они отдалились от патруля на значительное расстояние. — Вдохни и выдохни, успокойся. И лицо попроще сделай, а то ты на них таким взглядом смотрел, будто что-то запрещённое при себе несёшь. Или ты это так о деле переживаешь? Времени до ночи у нас ещё есть, так что, если не будем тупить, успеем всё сделать и вернуться к Инни. — Мне бы твою уверенность, — фыркнул Эрик. — Ну а если не успеем?.. Нет, не так. Что, если девчонки ошиблись в расчётах и координаты схрона не точны? Что тогда? Перекопаем весь парк, чтобы убедиться наверняка? Да и откуда у них вообще уверенность, что здесь может быть что-то закопано? — Всё просто, старик — в дедукции Инни и познаниях Дженни я не сомневаюсь, — заявил Эгерикс. — Ладно, допустим, — нехотя кивнул О’Райли. — Но как мы вообще будем копать у всех на виду? Здесь столько легавых, что мы и совочка не пронесём, что уж тут говорить про лопаты. — Давай не будем торопить события и для начала хотя бы дойдём до нужного места, — посоветовал Моно. — Там уже решим. — «Там уже решим»… — изрядно коверкая, повторил Эрик слова друга. — Нам в спину дышит детоубийца, а ты делаешь вид, что всё в порядке. Как тебе это вообще удаётся? Ты, вроде бы, едой стресс не закусываешь, так в чём же секрет? — Ничего секретного, — сказал Эгерикс, — просто в любой ситуации главное — сохранять спокойствие. Я поэтому и смог там выжить.       От подобной информации легче Эрику не стало — как это не есть?! — и потому было принято решение сменить тему. — Это, получается, если в парке столько легавых, — начал говорить он, посмотрев на ещё один патруль, шедший недалеко от них, — то значит и в других крупных местечках города их не меньше. У нас, что, в городе теперь каждый второй в полиции служит? Откуда вдруг взялось столько копов? — Инни же сказала, что штат департамента усиливают полицейскими, прикомандированными из других округов, — напомнил Моно. — Если не забыл, её отца сюда по такому же принципу перевели, а вместе с ним и она приехала. — Ага. Приехала и с ходу вляпалась в такой замес, — с грустью хмыкнул Эрик, засовывая руки в карманы шорт. — Кстати, о ней. Она тебе как, нравится вообще? — Кто? — Ну не я же! Инни, вот кто.       Заданный вопрос был коварен, однако на лице Эгерикса не дрогнул ни один мускул. — Не знаю, — ответил он и не разу не соврал. — А что насчёт Дженни? — На занятых глаз не кладу. — Она разве занята? — удивился О’Райли. — Да, уборкой занимается, — сообщил Моно в шутливом стиле своего друга, что тот, впрочем, ни разу не оценил. — Нет, блин, свободна! Конечно же она занята. Вроде бы, насколько помню, не так давно она крутилась возле Финистера, парня с её параллели, — и, немного подумав, добавил: — Или это Финистер крутился возле неё, что звучит гораздо логичнее… — Ну ничего себе… — только и смог проговорить Эрик через пелену изумления. — И давно они так рука об руку? — Ну насчёт «рука об руку» точно не скажу. Но вот год назад, когда не стало её подруг, я видел, как Дженни с этим Рэйем куда-то ушли, а вернулись только через неделю, — рассказал Моно. — Её отец тогда такой шум поднял, что полицейские каждый дом в городе обошли и опросили… Но то, что они куда-то там, да вместе, да так надолго, уже говорит о многом, как минимум о крепкой дружбе, а как максимум — додумаешь сам.       И многозначительно поднял вверх указательный палец, имитируя те смешные картинки с восточными мудрецами из интернета, которые порою можно было обнаружить на внутренней стороне сидушек школьных туалетов, на дверцах вещевых шкафчиков или на дверях кабинетов особо нудных учителей. И это только часть тех безобидных шуток, на которые способны местные учащиеся.       По крайней мере были способны. Теперь же, после смерти Эна Майерса, всякого рода хулиганы, получившие возможность наконец поднять голову, незамедлительно начали отрываться по полной.       Перед глазами Моно до сих пор стоит сцена, когда минувшим утром во время одного из перерывов Бутч пытался подвесить на флагшток карикатурного ботаника в круглых очках и с брекетами.       Благо в дело вовремя вмешался прибежавший на шум ликующей толпы полицейский и прервал не состоявшееся «веселье». А ведь прошла-то всего буквально одна ночь с похорон человека, на чьих плечах лежала непростая ноша оберегать спокойствие всей подростковой жизни школы… — А что насчёт… — задумался О’Райли, пытаясь вспомнить хотя бы ещё одну девчонку, с которой они могли быть знакомы. Однако, к сожалению, на ум предательски ничего не приходило. — Хм-м… — Старик, мне сейчас не до девчонок, — сказал Эгерикс, прервав ход собственных мыслей. — У нас дело поважнее. — Ну да, конечно, — Эрик распался в лукавой улыбке. — Было бы не до них, то вряд ли бы стал так заморачиваться с поисками Рут. Уж я-то тебя, пройдоху, знаю. И вообще у меня чуйка есть, и такие моменты мимо неё не проходят, хех… — Там что-то происходит. — М?       Не дойдя до финальной точки маршрута, Моно, завидев бурное движение, невольно остановился.       Впереди, где в центре огороженной возвышенности рос исполинских размеров старинный дуб, прямо сейчас несколько полицейских скручивали какого-то бедолагу. Сама по себе сцена не являлась чем-то необычным — сотрудники просто-напросто выполняли свою работу.       Однако было во всём этом и два существенных НО. Первое — задержание происходило в месте, где должен был зарыт клад Рут. Второе — оба юноши узнали мужчину. Им оказался тот самый человек, которого они видели в участке. «Мариус Браун, — немедленно всплыли в голове Эгерикса слова шерифа Гринса. — До недавних пор научный сотрудник окружного психиатрического института. Был уволен по состоянию здоровья — нервишки стали шалить. Машина, которую вы описали, принадлежит именно ему…» — Ребята.       Моно и Эрик одновременно обернулись на голос, столь внезапно раздавшийся за их спинами. — Не знаю, что вы здесь забыли, — сказал появившийся словно из ниоткуда офицер Бёрн Мур вместе с напарником, — но вы как нельзя вовремя. Давайте в машину, нам опять нужна ваша помощь.

* * *

      Всё было схвачено — отец дал разрешение на размещение гостей, а родители Эгерикса и О’Райли предупреждены.       Тем не менее, несмотря на чётко обговоренную договорённость явиться к восьми вечера, к назначенному времени никто из ребят так и не пришёл…       Это настораживало. Настолько, что Инни в шестой раз за час покинула комнату и, добравшись до холла, поинтересовалась у одного из сотрудников, приставленных для охраны дома шерифа, не объявлялись ли Моно с Эриком. Получив очередной отрицательный ответ, девчонка предложила охраннице — добродушной темнокожей женщине, на чьих коленях лежал совсем недобродушный дробовик, — стакан сока, на что получила согласие.       И вот, стоя на кухне и слушая монотонный шум соковыжималки, вдруг пискнул лежавший в кармане юбки телефон. Встрепенувшись, Инни немедленно провела пальцем по экрану устройства и увидела сообщение от Моно: «Мы с Эриком в департаменте. Проходим как свидетели».       Не успев толком удивиться, девчонка быстро набрала ответное: «Что случилось?», на что почти сразу же получила новое сообщение: «Долгая история. Главное, мы узнали, что ничего под тем дубом не было».       «И что теперь делать?» — написала Инни.       «Нам нужна Дженни. Она не в сети, а позвонить ей в открытую прямо сейчас мы не можем. Попробуй связаться с ней и рассказать, что случилось. Скажи, что теперь ей придётся действовать в одиночку».       «Она вряд ли оценит…».       «Возможно. Но сейчас ни я, ни Эрик не можем ей помочь».       Моно не обманул — в последний раз Грэмс объявлялась в сети несколько часов назад. Как и было предложено, Инни попыталась позвонить… Но телефон Дженни оказался выключен. — Супер!.. — шикнула девчонка себе под нос, после чего поспешила уведомить об этом Эгерикса.       «Я кое-что придумал, — пришло сообщение от Моно. — Но тебе это вряд ли понравится…».       Ей и вправду не понравилось. Очень сильно не понравилось.       Сбежать из дома, окружённого сотрудниками департамента, а после пробраться через ночной, ещё едва знакомый город, наводнённый полицией, к школе, чтобы дождаться реднека и прикрепить к его машине отслеживающий маячок…       План Моно был похож на сюжет шпионского боевика, только вот на главную роль вместо опытного бойца спецслужб назначали пятнадцатилетнюю девчонку без должной подготовки.       Впрочем, поскольку другого выхода в сложившейся ситуации не оставалось, Инни, скрипя сердцем, согласилась…

* * *

      Сгущались сумерки. Промозглый ветер гнал по пустым дорожкам кладбища холодный, неприятный дождь.       Но Дженни ничего из этого не замечала.       Она стояла неподвижно, как статуя, вглядываясь в две каменные плиты у своих ног. Два имени. Всего два. А за ними — столько всего, что она уже не могла отличить память от боли… — Долго ещё?       Голос Джимми прозвучал резко, слишком громко для этого места. Он стоял в нескольких шагах, прислонившись к старому вязу, и постоянно оглядывался по сторонам. Кладбище его явно нервировало. Или ночь. Или то, что они здесь делали. — Ты сюда каждый день ходишь, — сказал Джимии, пытаясь заполнить гнетущую тишину. — Одна, с Финистером… Кстати, а где он? — Болеет, — коротко ответила Дженни, не оборачиваясь. — Серьёзно? — Угу.       Дженни помолчала, провела пальцем по краю могильной плиты с именем «Джинни Уайт», после перевела взгляд на другую, с надписью «Джейн Блэк». — Тело — в больнице, — медленно проговорила девушка, — разум — там…       Джимми не нашёлся, что ответить, а лишь от одного упоминания того самого «места» в его горле невольно пересохло.       В тот же момент из рюкзака Дженни послышался короткий писк. Вытащив телефон, она мельком глянула на экран. — И если ты не хочешь составить ему компанию, — сказала она, оборачиваясь, — то заткнись и пошли к машине. Пора.       Она шагнула к нему и протянула небольшой предмет — белый, продолговатый, с тусклым металлическим отблеском и с большой оранжевой кнопкой.       Джимми нехотя взял его, покрутил в руках, разглядывая. — Это… — Инъектор со снотворным. На случай, если одна беловолосая мразь решит нам помешать.       Джимми хотел спросить что-то ещё, но Дженни уже развернулась и пошла прочь, не оглядываясь.       Вздохнув, он сунул инъектор в карман и, напоследок взглянув на могилы двух девушек, поспешил за напарницей. Ночь только началась, а «Бутч» уже пожалел, что не переехал в другой город, пока ещё была возможность…

* * *

      Сбежать из дома оказалось задачей нетривиальной.       Для начала Инни подсыпала в стакан сока большую порцию слабительного — жестоко, но другого выбора у неё не оставалось. И как только сотрудница, стерегущая холл, отправилась по нужде, девчонка тут же выкрала ключ от окна в своей комнате, при этом не забыв оставить взамен другой, но очень похожий.       Затем, сообщив скучающему в коридоре дежурному о своём намерении пойти спать и попросив его не беспокоить чуткий подростковый сон, Инни подпёрла дверь изнутри комнаты стулом, после чего оделась и, погасив свет, открыла окно и выбралась во двор.       Казалось бы, что на этом основные сложности закончились, однако пройти к дороге, не замеченной патрулём, оказалось не менее непростым делом…       Впрочем, Инни справилась.       Старательно прячась от враждебных лучей уличных фонарей, она пробиралась через глухие окраинные закоулки. Давалось это невероятно трудно: Пэйлвилль, обычно затихавший с наступлением темноты, сегодня был наводнён полицией и добровольцами, радеющими за безопасность своего города и близких.       Инни, затаив дыхание, пережидала в подворотнях не один десяток патрулей. Замирала от ужаса, когда из чёрной пасти соседнего переулка доносился внезапный лай собаки, отчего её сердце на мгновение будто останавливалось. Каждый мускул был напряжён до предела, а ноги горели от усталости после нескольких миль изнурительного пути…       Но, несмотря на все риски, она упорно шла к цели, и вскоре за крышами ближайших домов показались верхние этажи школы.       Переведя дыхание, вымотанная, но не сломленная Инни сделала последний рывок через пустую дорогу, освящённую жёлтым светом уличных ламп. Добравшись до сетчатого забора, за которым находилась школьная территория, девчонка прошла немного вправо и вышла к скоплению мусорных контейнеров, где ещё вечером Моно перед походом в парк оставил всё необходимое для ночной операции.       И только она потянулась к замаскированному пакету, как вдруг из-за ближайшего поворота выехал старенький грузовой «Форд», направляющийся в сторону школы: машина появилась настолько внезапно, что девчонка едва успела нырнуть за контейнеры.       Переждав угрозу, Инни прихватила пакет и вернулась к забору. Перебравшись через преграду, она, продолжая держаться укрытий — на этот раз деревьев, — прошла мимо спортивного поля и вышла к складу.       Как и ожидалось, появившаяся на ночной дороге машина прибыла именно сюда, а значит, за рулём тот самый реднек, с которым утром договаривался директор школы.       «Я на месте. Где ты?» — быстро набрала Инни короткое сообщение, адресованное Грэмс.       План действий предполагал, что Дженни вскроет замок шкафчика и заберёт оттуда всё полезное для расследования содержимое, а взамен оставив внутри телефон, перенастроенный Эриком на манер передающей радиостанции для отслеживания маршрута фургона.       Однако, вопреки ожиданиям, никакого «моментального ответа», о котором заверяла Грэмс, не последовало ни через минуту, ни через две…       Ожидание затягивалось, отчего Инни начинала медленно, но верно нервничать: одна посреди закрытой территории, в постоянном напряжении быть схваченной патрулём или встретить Седрика, сидит и ждёт подхода основных сил, которых всё нет и нет…       А тем временем из склада вышел реднек, надрываясь и кряхтя волоча по ступеням синий вещевой шкафчик. Несмотря на значительное расстояние между машиной и кустами, девчонка отчётливо слышала бранные слова, которыми мужчина припомнил и директора Салливана, предложившего поучаствовать в непыльном деле, и себя за то, что подписался на это.       Инни наблюдала за погрузкой через объектив видеокамеры, фиксируя происходящее как улики на случай непредвиденных обстоятельств. Мотнув колёсико зума, ей удалось различить не только характерные для интересующего её ящика царапины и рисунки на корпусе, но и номера грузовика.       Реднек уже заканчивал загружать кузов, а Дженни всё не появлялась…       Тем не менее, не сидеть же и дальше сложа руки и безучастно наблюдать, как единственный ключ к дальнейшему расследованию увозят в неизвестном направлении?       Понимая, что основной план уже вряд ли сработает, девчонка решила прибегнуть к запасному варианту, где ей предполагалось действовать в одиночку, без помощи друзей.       Дождавшись, пока реднек вновь скроется в глубине склада, Инни собрала всю смелость в кулак и рванула к машине, на бегу вытаскивая из кармана полиэтиленовый свёрток, внутри которого находился телефон, настроенный Эриком на манер передающей радиостанции для отслеживания местоположения фургона.       Начало хорошее — на мгновение девчонка даже почувствовала некое воодушевление.       Впрочем, добравшись до цели, вера в себя исчезла так же быстро, как и появилась: в кузове не оказалось ничего, кроме самого ящика.       Инни рассчитывала, что сможет быстро спрятать маячок под каким-нибудь хламом и вернуться обратно к укрытию. Однако в действительности из-за отсутствия других вещей ей пришлось на свой страх и риск забираться внутрь фургона и маскировать устройство под ящиком Рут.       Но стоило ей лишь только скрыться в темноте кузова и приняться за дело, как вдруг позади неё раздалось приглушённое ворчание реднека, которое с каждой секундой становилось всё отчётливее…       Инни перемкнуло.       Сначала сердце в её груди замерло, словно она боялась, что его стук обязательно услышит возвращающийся водитель. Но стоило дверям с грохотом захлопнуться — и оно начало молить так, будто в любой момент выскочит из груди!       Не успев даже толком осознать происходящего, Инни внезапно качнулась, едва не упав на пол, — машина тронулась и повезла её в ночную неизвестность… «Нет… Нет-нет-нет-нет!» — закричала она в собственных мыслях.       Паника, холодная и тошная, подкатила к самому горлу. Дрожащей от судороги рукой девчонка кое-как нащупала в кармане штанов свой мобильник.       Но затем, в самый последний момент, когда палец уже нависал над контактом отца, она, пролив одинокую слезу, не решилась им воспользоваться. Всего один звонок — и всё расследование, все их усилия пойдут прахом, а значит, Пэйлвилль продолжит утопать в череде кровавых убийств и бесследных исчезновений…       Продолжая сжимать в потной ладони теперь уже почти бесполезный телефон, Инни прижалась спиной к холодному металлу, не зная, как поступить…       Спустя примерно минут десять, показавшихся вечностью, резкий толчок и скрежет тормозов швырнули девчонку вперёд. С глухим стуком ударившись об стенку фургона, Инни, терпя боль, внимательно прислушалась. Результат не заставил себя долго ждать — буквально через несколько секунд со стороны кабины раздался хлопок и последовавшее за ним недовольное, слегка растерянное бормотание: Какого?..»       Отлично! Реднек, очевидно, не добрался до точки назначения и по какой-то причине вышел из машины. Судя по обрывку фразы — остановка спонтанная, не входившая в изначальные планы. Тогда что же заставило водителя остановить фургон и покинуть кабину?..       В тот же миг двери кузова внезапно открылись, прервав ход мыслей Инни, и на фоне лунного света показались две неизвестные фигуры.       Первая — высокая, затянутая в чёрное, с лицом, скрытым комбинацией капюшона, тёмных очков и жёлтой банданой. Вторая — такая же тёмная, но более крупная и в хоккейной маске.       Инни вздрогнула. Слепой животный ужас вырвал из её груди беззвучный крик, и она, действуя на чистом адреналине, выбросила вперёд руку с шокером!       Но фигура в бандане, которой был адресован опасный удар, резко отпрыгнула в сторону с неестественной, почти звериной грацией, и в результате её манёвра разряд пришёлся в грудь стоящего рядом «хоккеиста». Тот, издав короткий удивлённый звук, незамедлительно рухнул на колени и скривился телом в знак вопроса. — А круто ты его, принцесса, — раздался знакомый шёпот из-под жёлтой банданы.       Инни, сделав шаг назад, прищурилась, словно не поверив ни глазам, ни ушам. — Д… Дженни?.. — с удивлением произнесла она. — Ты? — Ага. И Джимми, — кивнула девушка и спустила бандану с лица на шею. — Спасибо тебе, конечно, — этот гад давненько напрашивался на знатную трёпку, — вот только время ты выбрала не совсем подходящее… Эй, здоровяк, — перевела взгляд на скрючившегося напарника. — Ты как, живой? — П… Порядок… — тихо пискнул юноша в ответ, слегка содрогаясь после несильного, но всё же разряда тока. — До свадьбы… Заживёт… — Если не поторопимся, скоро в городе не останется ни одной невесты, — хмыкнула Дженни. — Не думаю, что очистка дороги от мусора отнимет у этого деревенщины много времени. — Что вы здесь делаете?.. — задала дочка шерифа вполне ожидаемый вопрос, при этом продолжая пребывать в искреннем, неподдельном удивлении. — К тебе такой же вопрос, — оборвала её Дженни, доставая из рюкзака набор отмычек. — Но отложим этот диалог до лучших времён. А сейчас — отошла в сторону.       Не совсем понимая, зачем это нужно, Инни, тем не менее, расступилась. В свою очередь Грэмс, подойдя к шкафчику, принялась заниматься дверцей — ровно десять секунд, и замок, поддавшись, щёлкнул. — Джейн бы оценила… — с довольной ухмылкой прошептала Дженни, после чего заглянула в шкафчик. — Так… Ага. Думаю, это то, что мы ищем.       Она показала остальным запылённый толстый ежедневник, где символ ока на обложке так и кричал, что внутри скрывается ни разу не описание школьных будней, сплетни о подружках или бабушкины рецепты… — Серьёзно? Мы сюда ради этой тетрадки припёрлись? — удивился Джимми, поднимаясь обратно на ноги. — Если внутри не пароли от банковских счетов местных бизнесменов, то на следующее дело можешь даже не звать. Хватит, натерпелся твоих закидонов по самое не хочу. — А ты ещё кто?..       Голос реднека, донёсшийся со стороны кабины, заткнул болтливого Бутча лучше любого подзатыльника. Насторожившись содержанию речи, ребята тут же переглянулись, после чего, затаив дыхание, прислушались, ожидая продолжения. — Глухой? Я тебя спрашиваю! — продолжил обращаться водитель к, похоже, незваному гостю. Сначала его тон был полон удивления. Затем наполнился уверенной дерзостью, которая, впрочем, быстро сошла на нет: — Эй!.. Не подходи! Я щас…       Внезапно раздался глухой удар, и речь водителя оборвалась на полуслове. — На выход! — тихо шикнула занервничавшая Дженни. — Быстро!       Не проронив ни слова, Джимми пулей выскочил наружу, в то время как Инни несколько помедлила, забирая маячок Эрика. Последней наружу выпрыгнула Дженни. — В лагерь! — крикнула она. — Я задержу его.       Инни хотела возразить, что нельзя разделяться. Но, заметив злой взгляд Дженни, тут же передумала и беспрекословно последовала за Бутчем, который, очевидно, знал дорогу к таинственному лагерю.       Тем временем Грэмс осторожно выглянула из-за кузова. На дороге рядом с кабиной лежала распластанная фигура реднека, над которой навис громила в поношенной куртке и камуфлированных штанах. — Зачем? — процедила Дженни сквозь зубы, делая шаг из укрытия. — Он просто исполнитель. Не тот, кто стоит во главе всего!       Седрик медленно повернул голову в сторону вассала, однако девушка не дрогнула. — Разворачивайся и возвращайся в свою чёртову берлогу, — потребовала она, не сводя глаз с убийцы. — Это приказ. Ты не можешь его ослушаться.       Но Седрик не слушал. Не обращая внимания на возгласы девушки, он неторопливо прошёл мимо неё, направляясь к густой лесной полосе, в которой скрылись двое беглецов. — Я сказала стоять! — выкрикнула Дженни, направив в спину мужчины ствол пистолета. — Не смей их трогать!       Щелчок пистолетного предохранителя также не возымел никакого эффекта, и Седрик, даже не обернувшись, продолжал следовать за добычей. Тогда девушка прицелилась в точку между его лопаток, слегка надавила на спусковой крючок… и, прикусив губу, опустила пистолет. — Ч-чёрт… — процедила Дженни сквозь стиснутые зубы. После этого, убрав пистолет, она выхватила запасной инъектор со снотворным и со всех ног бросилась к лагерю.