Часть 5.2 Первые дни (Комната 319)

      У братьев всегда было спокойно, они как никак вместе росли и знакомиться или привыкать им было не нужно, так что комнаты 320 и 204 были самыми спокойными в части. А в комнате 319 происходило что-то интересное, как и в 209.       Рома с Митей неплохо ладили, но у последнего всё равно было довольно отстранённое и замкнутое поведение. — Мить, ты не хочешь поговорить о случившемся? Может тебе станет легче? — Старшего всегда подбешивало подавленное состояние у окружающих и он постоянно хотел его устранить, не важно как и чем. — Я не уверен в этом… Вы мне чужой человек, Вас не должно тревожить мелочностное существование прочих незнакомцев, включая меня… — Нежно-фиолетовые уставшие глаза смотрели в пустоту, пока сам альбинос пластом лежал на кровати. — Не должно бы, но волнует. — Метис пафосной походкой подошёл к чужой кровати и сел рядом с уставшим парнишкой, проведя горячей рукой по его спине. — Я бы не хотел, чтобы ты после пережитого ещё страдал, это простая человечкая жалость. — Я не верю в жалость… Вопрос времени когда Вы начнёте гнобить меня, сейчас мне просто спокойно с Вами, потому что в отличие от прочих Вы и Антон не повышаете голос просто так и не делаете резких движений… — Мальчишка слегка вытянулся, почувствовав непривычное тепло. — Мы и не собираемся, не хотим тебя пугать. — Тяжёлая рука продолжала поглаживать спину через футболку, чувствуя позвоночник и рёбра парня. — Антон вообще работал в школе, я думаю он быстрее нас с парнями осадит чем тебя. — А Вы?.. — А я Рома. Не привык себя оправдывать и не буду, действия дороже слов. — Старший приглядывался к парнишке, пытаясь разглядеть хоть какие-нибудь эмоции. — Ты холодный весь… Чего одеялом не укроешься? — Ребята постоянно забирали у меня одеяло, а иногда и выгоняли спать на балкон. Я не хочу его трогать. — Тело мальчишки периодически дрожало и не позволяло этим уснуть. — Мне слишком много лет, чтобы маяться такой хернёй. — Зато достаточно, чтобы сделать мне больно. — Небольшие слёзки медленно покатились по бледным щекам. — Мить, ну чего ты? Всё дерьмо кончилось. — Мне достаточно того, что оно было, чтобы плакать…       Рома тяжело выдохнул, взял одеяло и укрыл парня, на что Митя неожиданно начал брыкаться и тихо скулить, из-за чего старшему пришлось отступить от своего действия. — Митя. — Пятнадцать лет уже Митя… — Мальчик не пытался кричать, каждый раз говоря только тише. — Может тебя оставить на едине с собой, чтобы ты подумал? — Не надо… Не надо оставлять меня… Я больше не буду сопротивляться. — Фиолетовые детские глаза пробили душу как пулей, в них читалось одиночество и страх с отчаянием.       Рома отвёл взгляд, понимая что младший сам в себе путается и не знает чего хочет. — Митя, я прямолинейный человек и я скажу тебе честно. Люди это худшее что есть во всех мирах. Мы постоянно чем-то недовольны, нам не бывает хорошо. Люди жестоки. Ради моментальной эйфории или денег мы готовы убивать и уродовать. Но услышь меня, не все такие уроды. Мне тоже всю жизнь казалось, что вокруг все козлы, но я мог постоять за себя поэтому спокойно хамил людям и не боялся выделяться. Потому что или тебя с ломают, или сломаешь ты. — Да я крови боюсь! Я не могу кого-то ударить и до истерики людей пугаюсь! Человек которому я доверял меня изнасиловал, а потом избил со своими друзьями и кинул умирать в болото! Я слабак, я знаю, не надо мне напоминать это! П. Пожалуйста… — Секундный порыв эмоций сменился прежним смирением и парнишка опустил голову, зажмурив глаза.       Рома слегка потупил взгляд, не ожидая не то что эмоций парня, а того, что с ним случилось перед смертью. Все прочие умерли относительно быстро, но представить даже было страшно сколько самый младший из них мучался, пока ждал кончины. Предательство, надругательство, избиение и долгое ожидание конца в одиночестве. — Простите… — Мальчик от безвыходности прижал к себе руки и сильнее зажмурился. — Никогда не извиняйся за свои эмоции. Всё нормально. — Голос непоколебимо звучал лишь слегка тише, будто задумчиво. — Тебе стоит поспать, ты вымотан и эмоционально и физически. — Я плохо сплю… У меня не получится так быстро уснуть… — Да мне как-то всё равно быстро или медленно. Мне надо чтобы ты уснул и хорошо отоспался. У нас завтра занятия. — Вам правда даже не жутко здесь?.. Даже несмотря на то, что тут какие-то страшные Монстры?.. — Я никогда не покажу при чужих страха или слёз. Я тоже человек, мне тоже тревожно, но я могу держать это в себе. — А почему Вы не расскажете что случилось, хотя хотите этого от меня?.. — Мне это ни к чему. Я же не буду высказываться ребёнку, которому я хочу помочь. — Зачем Вам это?.. — Взгляды встретились на пару секунд, после чего Рома отвёл глаза. — В школе я обижал ребят, потому что был сильнее. Я хочу хоть немного это перебить. Конечно, до Антона мне как до луны пешком, но попробовать быть "нормальным" можно. Тем более что таких, как ты надо беречь, вас совсем чистых в твоём возрасте мало. — Старший слабо провёл рукой по щеке мальчишки, вытирая его слёзы. — Я не пытаюсь строить из себя героя. Я просто против насилия над детьми и презираю хулиганов с тех пор, как окончил школу. И я хочу чтобы тебе хотя-бы после смерти было хорошо. — На лице Мити промелькнула слабая дрожащая улыбка.       За дверью тем временем послышались торопливые шаги, после чего громкий стук и на пороге оказался староста. — Ребята, у вас всё хорошо? Мы с Антоном слышали крики и мне сказали что это у вас. — Тёма подошёл к кровати и присел на колено. — Митюш, мой хороший, что случилось? — На вопрос мальчик не ответил, отодвинувшись за Рому и, кажется, начав сильнее дрожать. — Всплеск эмоций, доволен? Теперь уходи, пока ты не спровоцировал ещё один. — Метис недовольно нахмурил брови и слегка оскалился. — Рома, не хами мне, пожалуйста... Я просто волнуюсь за Митюшу, он самый младшенький из нас и столько натерпелся. — Я сказал нахуй пошёл из комнаты. — Тёма казалось бы хотел что-то ответить, но молча проглотил это и улыбнулся. — Рябинка моя, следи за своими словами. — Тёма приблизился к лицу парня и тихо начал шептать. — А то грустно будет обломать все твои веточки. — Улыбка парня растянулась по лицу и оскалилась, так, будто ещё много и Роме просто откусят голову. — Ночью я зайду проверить вас, мои хорошие. — Улыбка стянулась в ухмылку и Тёма спиной вышел из комнаты, продолжая смотреть метису в глаза. — Жуткий тип... Не нравится он мне. — Старший недовольно фыркнул, после чего повернулся лицом к Мите. — Ты чего спрятался то? — Я думал он будет ругаться на меня за то, что я кричал... —Если б он рискнул, то сразу распробовал на вкус мой кулак. Я выбил бы ему все зубы. — Он бы вам руку откусил... — "Чёрт, тоже верно..." Да не откусил бы, не хватит силёнок в челюсти. — Рома слегка потрепал мальчишку за полосы и ближе к ночи уложил его спать.       Тёма же как обещал, пришёл ближе к четырём утра.       Рома спал как убитый, в отличие от Мити, который лежал с закрытыми глазами старательно делая вид, что он спит.       Тёма тихо сел рядом. — Луна моя, почему ты не спишь? — Митя вздрогнул и приоткрыл глаза. — Я ругать тебя не буду, просто меня беспокоит, что ты не спишь в такое время. — Мелодичный полушёпот слегка окутывал и без того тяжёлую парнишкину голову. — Тебе страшно спать с Ромой в одной комнате? — Мне просто спать страшно... — Лучик, ничто тебе не навредит здесь. Хочешь я посижу рядом и поохраняю твой сон? Я поймаю любые кошмары и скручу их в узел, если они посмеют подобраться к тебе. — Слегка светящийся оранжевый глаз позволял немного расслабиться. — Или ты у меня темноты боишься? — Темноты, одиночества... Людей... — Как я тебя понимаю... Одиночество это тяжело и страшно... А Люди... Брр... — Вас обижали люди?.. — Митюш, давай на "ты". И да, люди долго пытали меня, надеясь сделать себе сильного слугу, когда создавали меня. А потом я долго был в одиночестве... Это было ужасно. — Над рукой Артёма появился небольшой чёрный шарик огня. — А темнота порой такая неуютная. — Сфера медленно перенеслась к стене и повисла возле парнишки.       Мечтательный удивлённый взгляд Мити устремился на необычный объект. — Скоро и ты этому научишься, мой хороший. И не только этому, ты обязательно станешь великим магом совмещённых даров. — Правда?.. — Конечно. — Чёрная даже для Темноты улыбка вновь появилась на белом лице. — Ты у меня мальчик умный и усердный, у тебя обязательно всё получится, я в тебя верю. — В фиолетовый глазах зажёгся слабый, но яркий огонёк. — Митюш, а чем ты любишь заниматься? — Неожиданный вопрос слегка озадачил альбиноса. — Рисовать люблю... Очень... — Тогда, давай ты сейчас попробуешь уснуть, а утром под подушкой найдёшь подарок от меня? — Митя слегка хихикнул и лёг удобнее, стараясь провалиться в долгожданный уютный сон.       Тёма усмехнулся и ушёл к кровати Ромы. — Знаешь, с твоей стороны очень мило заступаться за Митеньку. Ты молодец, справляешься. — Холодная рука медленно прошлась по горячей коже. — Продолжай в том же духе и тогда, возможно, я подумаю над тем, чтобы забрать свою угрозу обратно.       Тёма также тихо встал и ушёл, как и появился в комнате, но только после того, как убедился, что Митя уснул и его ничего не потревожит этой ночью. Утром ему в любом случае станет куда легче, ведь Тёма пришёл ближе к подъёму не с пустыми руками. Утром мальчик нашёл под подушкой толстый альбом для рисования и набор карандашей.