🔆Задание безнадёжной🔆

🙅‍♀️🙅‍♀️🙅‍♀️

      Запахи.       Сквозь щель в приоткрытой двери мне на встречу несётся большое их количество. И не сказать, что все они приятны. Смесь состоящая из сигаретного дыма, приторно сладкого и абсолютно разного парфюма, запах алкоголя и пота — бьют в нос похлеще заправского боксёра, провоцируя кашель. Крепко зажав ладошкой рот, мне удается сдержаться и не выдать себя. Любопытство — штука сильная. Нашарив взглядом в слабо освещённом помещении багровые, непривычно растрёпанные, волосы, задерживаю дыхание. Взгляд, поперёк морали и любых приличий, с жадностью выхватывает острые черты бледного мужского профиля, спускаясь по линии напряжённой шеи с красивыми ломанными выпирающих вен, переходя на крепкие мускулистые плечи, и скользит по рукам, с силой вжимающим свой объём в скрипящую кожу кресла. Не менее завораживающее зрелище крепкой и сильно вздымающейся грудной клетки, увенчанной капельками испарины на хорошо развитой мускулатуре. Останавливаю внимание на переливающихся на свету каплях, что быстро стремятся вниз к многочисленным выступающим кубикам пресса. Совершенно беззастенчиво разглядываю все физиологические преимущества сложения Аша и вместе со стыдом теряю любые навыки скрытности, полностью поглощённая этим порочным занятие. Еле сдерживаю возмущённый возглас, тонущий в ладошке — единственном спасителе от позорного обнаружения. Почему? Оооо… Резкое появление усердно раскачивающегося высокого конского хвоста — всему виной оно! К неожиданному, для меня самой, сожалению, лошадей поблизости было ровно ни одной. И потому, состоящий из платиновых волос, он, показавшись из-за массивной ручки кожаного кресла, пробуждает жгучее желание приложить владелицу хвоста о твёрдую часть той самой ручки. Вся воинственность в миг утихает, когда полный хрипотцы голос разносится по помещению:       — Какая же ты не терпеливая… — запустив руку в, кстати видно даже в таком освещении, пережжённые и не очень хорошо прокрашенные, волосы, оттягивает их так, что владелица с громким звуком освобождает ту часть преступного принца, вид которой сразу же заставляет меня краснеть. Излишне ласковые движения свободной руки, с растиранием пальцами размазанной алой помады по худому мертвенно-бледному лицу, не добавляют дружелюбности моему настрою.       — Нельзя быть такой жадиной… Разве твой… — но продолжение отвратительной пошлости отходит на задний план… Исфет! На коленях перед Ашем стоит Нима! Дело дрянь… Нужно быстро закрывать эту чёртову дверь и, вместе со своей монеткой, двигать, как можно дальше. Чокнутая дочка жреца, управляющего нашим направлением, была самым мерзким исчадием ада, которое могла выдержать техасская земля. Злопамятная, капризная, жестокая — она худшее из… да… из всего! Встретить Ниму — к беде. Заговорить с Нимой — к большой беде. Снится Нима — к беде. Звонит — к очень крупной беде. И так до бесконечности.       Рассказы о том, как она изживала из зависти или ревности одну за одной разных шезму, с годами не только не утихали, а множились и обрастали леденящими душу подробностями. Прибавить к этому несколько сотен историй, принадлежащих парням, прошедшим процедуру избавления или укорачивания разных, не особо важных, частей тела. Конечно, в основном, в расход шли фаланги пальцев и уши тех из них, что осмеливались косо взглянуть на эту психопатку или наоборот не уделить должного внимания, или не проявить должного уважение. Бывшие же ухажёры Нимы, как правило, исчезали. Причем не только из её жизни, но и, в принципе, становились решительно мёртвыми. Все эти слухи и ещё вагон и тележка подобных им фактов давали понять, почему некоторые боялись эту девицу поболее, чем её отца. Нужно срочно уходить. С моим уровнем везения несложно представить, какие забавы будут предложены. В ход может пойти даже сжимаемый в ладошке утен. Не могу сдержаться и кривлюсь от картинок, что рисует воображение. Мда… Каменные трусы или убийственные ходули точно покажутся милостью. Выпадаю из тревожных размышлений не без помощи отвратительно приторного смеха жреческой дочки. Усаженная на дальнюю ручку кресла, она выгибается явно изо всех сил, стараясь как можно лучше продемонстрировать далеко не выдающийся бюст в красном лифе. Легкая надежда на её скорую кончину, из-за руки наследного принца, сомкнувшейся на горле, рушится. Рука покидает место сжатия, а на шее, после ослабленной Ашем хватки под аккомпанемент из заливистого смеха, блестит тонкая нитка сверкающих камней. Холодок проходится по спине. Опускаю глаза и, оценив количество бриллиантов в старушачьем клатче, что так крепко сжимает рука, боюсь представить насколько потребуется «быть жадиной» с Ашем мне. Мысль пугающая, но и почему-то интригующая… С титаническими усилиями отодвигаю все непотребства, что лезут в голову и возвращаю внимание в комнату, где по всем классическим канонам вульгарности во всю резвится Нима. Вот честно, будто действует по методичке «Порнохаба», если такая существует. Каждый раз, когда на смену одному идиотскому клише обольщения приходит следующее, не могу не закатить глаза или не скривиться. Все эти кормления виноградом, пролив алкоголя, облизывания пальцев… Фуу…       Её пошлые заигрывания настолько же отвратительны, насколько уродлив яркий безвкусный макияж на бледном лице. А он максимально стрёмный. Неподдельный интерес Аша — ещё один повод закатить глаза.       Конечно, мне абсолютно всё равно с кем своё время проводит наследник «империи зла». Возникающее же раздражение легко объяснимо — необходимость торчать под дверью и наблюдать эту убогую доведёт кого угодно… И всё. Наверное…              Две смуглые руки, нежно огладившие мужские плечи, лишают меня, как наблюдателя, любых крупиц удовольствия. Даже привлекательность крепкого торса Аша меркнет, повышая мой личный уровень мрачности. Из темноты помещения слабое освещение выхватывает всё больше деталей нового участника, а точнее участницы.       Пфф… Сколько их там? Мне тут что, до утра торчать? И, прежде чем удаётся найти и подсчитать все изъяны ещё одной Ашевской пассии, на помощь приходит всё та же ладошка. Застукай эта троица меня прямо сейчас, мне бы 100% удалось выиграть несуществующий конкурс — «Самое глупое лицо на свете».       В пышногрудой девушке-мулатке, увлечённо взявшейся проливать из вычурной бутылки, явно дорогой, алкоголь, перехваченный из рук Нимы, специально мимо ухмыляющегося рта красноволосого разгорячённого парня, я без труда узнаю ведущую местных новостей — Эмили, мать её, Роуз Компаньо…       Ну, а она-то тут каким хреном оказалась? Морщусь с искренним отвращением, когда пролитый алкоголь начинает слизывать с Аша неугомонная блондинка. Вот уж мерзкая Нима! Прям как пиявка, честное слово. Пффф…       Всё, с меня точно хватит наблюдений!       Опускаюсь на колени, чтобы не создать лишнего шума каблуками и не мельтешить на уровне взгляда участников непотребства. Добросовестно стараюсь не издавать ни единого звука, медленно пробираясь мимо двери. Сердце оглушает своим бешеным стуком. Страх быть пойманной на таком интимном шпионаже — лишает возможности дышать.       Но ничто не вечно. И я, наконец-то, добравшись до стены, скрывающей моё присутствие от резвящихся в комнате, с большим удовольствием опираюсь на неё спиной, стекая на пол. Уверенно плюхнувшись на пятую точку, сразу жалею об этом. Жестокая ошибка! Мучительно врезавшиеся камушки в самые нежные места тела, спешат наказать болью за поспешность. Как же они меня достали!       Покрутив головой, убеждаюсь, что в коридоре отсутствуют сторонние зрители, а так же любые устройства наблюдения. Отлично! Быстрым уверенным движением стягиваю, впивающиеся в самые интимные части меня, трусы и, с большим удовольствием, запихиваю их на самое дно клатча. Порывшись в «бабкином счастье», нахожу телефон, благоразумно поставленный на беззвучный в автомобиле. Смартфон молчаливо хранит десятки пропущенных звонков и не отвеченных сообщений.       I’mNotVimpire, [13.10.2023 01:46]       Эв, старик в бешенстве.😥       YourMommy, [13.02.2024 02:34]       Потому что узнал, что ты зовёшь его стариком? 😁       I’mNotVimpire, [13.02.2024 02:35]       Экспресс ответ? 🤨       YourMommy, [13.02.2024 02:35]       Не смешной подкол? 🤔       I’mNotVimpire, [13.02.2024 02:36]       Не дружелюбный ответ? 😏       YourMommy, [13.02.2024 02:37]       Не очень чуткий друг? 😏       YourMommy, [13.02.2024 02:45]       И ещё не самый сообразительный друг)))😎       I’mNotVimpire, [13.02.2024 02:46]       Начинаю понимать брата…🤨       I’mNotVimpire, [13.02.2024 02:47]       А если серьёзно, Реммао просто в бешенстве! Я хз, чем ты его взбесила, но взбесила знатно. Это серьёзно. Будь осторожна…       Ну, охренеть!        YourMommy, [13.02.2024 02:49]       После того, на какие муки он обрёк меня на кафедре физ подготовки, он просто не имеет права злиться… 😭😤😞☹😡🤬

👹👹👹

      — Щенок! — громкий удар опустошённого стакана заставляет кубики льда звонко биться о стенки, разбегаясь в разные стороны и, сделав головокружительное сальто, вернуться обратно. Сидящий перед братом Рэймсс сильно нахмурился. Чрезмерная экспрессия, так не свойственна Реммао, привлекла внимание других посетителей бара и явно ничего хорошего не предвещала.       — Молчишь?       — Могу погавкать… Сказать вряд ли что тебе можно… — спокойно ответил парень, игнорируя тяжёлый злобный взгляд собеседника и, с волнением, поглядывая на экран телефона.       — Что, запутавшись в Ашуре и своих выпускниках, твоя ненаглядная Эва перестала отвечать?       -Хммм… — Рэйм никогда не был подвержен сильным негативным эмоциям и потому гнев брата проходит по касательной.       — Продолжишь таскаться за ней, — мужчина жестом указал бармену на свой стакан, и тот тут же наполнил его до краёв. Каждый, из окружавших его в баре, демонстрировал желание услужить и быть полезным, выдавая тем самым своё более низкое положение в иерархии банды. Так должно было произойти и с Рэймссом, но статус младшего брата давал безусловные привилегии в этом вопросе.       Перед тем, как сделать глоток, Реммао проговорил: — и тебя порешит либо сосунок Сета, либо инициативная группа «я у мамы ФБРовец»… То ли дело Нима…       Любой другой на его месте уже давно получил бы право на один отрезанный палец или сломанное ребро только за то выражение лица, что можно было наблюдать у младшего шезму. Но на этом месте Рэйм и скучающая гримаса не единственный допустимый раздражитель старшего брата в его арсенале.       — Да твою ж… — не выдержал Рэймсс. — Заткнись и слушай! Каждый раз дочка жреца с тебя взгляда не спускает…       — Ага, с меня и ещё с половины клуба.       Удар кулака о деревянную гладь барной стойки заставил поежиться и обернуться многих сидящих рядом, но каждый из них, обнаружив источник шума, быстро поспешил сделать вид, что очень занят. Лёгкая вибрация телефона, оповестила о новом сообщении. Взглянув на экран, Рэймсс не смог сдержать улыбки.       YourMommy, [13.02.2024 02:34]       Потому что узнал, что ты зовёшь его стариком? 😁       — Ты должен перестать с ней общаться, за ней волочиться… — презрительно скривившись и отпив из бокала, он добавил: — и, уж тем более, так дебильно улыбаться и радоваться её сообщениям…       Но парень, кажется, уже не видел и не слышал его. Улыбка на лице сменилась на ухмылку и обратно, пальцы ловко заплясали по глади смартфона.       Не собираясь больше это терпеть, старший брат крепко ухватил младшего за затылок, притянув его лицо ближе к себе. Остановился он только тогда, когда между ними стало бы тесно кулаку.       — Слушай сюда внимательно! Скоро начнётся мясорубка внутри банды и за её пределами. Попав за решётку, Сет поставил под сомнение свою безоговорочную власть. А значит будет попытка переворота, делёжка власти, подковёрные игры с одной стороны. С другой стороны есть легавые, что спят и видят, как отправить каждого из «Шезму» за решётку или на тот свет… Обе твои подруги— уже не жильцы. Вопрос в том, хочешь ли остаться в живых ты…       Ошарашенный злобным напором, с которым брат прошептал свои слова, Рэймсс громко сглотнул и продолжил смотреть в тёмные глаза, сочащиеся яростью на грани с безумием. Не найдя, что сказать, он просто одобрительно кивнул. О чём тут же пожалел.       — Супер! Тогда ты будешь проявлять интерес к Ниме, перестанешь околачиваться рядом с Эвтидой… А чтобы тебе было проще справиться с последней задачей, я увеличиваю твою ставку втрое прямо с этого момента! — с довольной усмешкой, оттолкнув Рэймсса от себя, он в один глоток осушил бокал и, не глядя больше на него, двинулся в сторону двух дожидающихся лошадок.       YourMommy, [13.02.2024 02:45]        И ещё не самый сообразительный друг)))😎       Красовалось на экране телефона. В жопу Реммао с его предупреждениями! Туда же Ниму и всех остальных. Эва его друг. И он её не оставит! Особенно если Рем прав и близок какой-то замес. Улыбнувшись, он резво начал строчить ответ, поглядывая изредка на брата.

🙅‍♀️🙅‍♀️🙅‍♀️

      Рука уже давно начала затекать от бездумных перелистываний ленты в последней из не просмотренных соцсетей. Рэймсс, Исман, Дия — на все их вопросы были отправлены ответы или уходы от них. Все были улажены и успокоены.       Чего не сказать о резвящихся за стеной. Ну сколько можно…       — Проснись, Техас! На часах… без… — раздался уверенный громкий тон, известный всем жителям нашего штата уже более пяти лет.       — М-м-м, - знакомая фраза была прервана тихим стоном удовольствия.       — На часах двадцать минут четвё-ё-ё-ё… о-о-ортого… — отточенный поставленный тон диктора уступил место неподдельным двусмысленным звукам, которые Эмили явно пытается перевоплотить в свою профессиональную речь.       Какого бы хрена там не происходило, я хочу это увидеть. В одно движение закинув телефон в клатч, а тот, крепко сжав, ползу к щели приоткрытой двери.       — Уже можно, Аш? — нетерпеливая речь Нимы вынуждает меня поморщиться. Вот как можно быть такой мерзкой, просто существуя.       - Самое время погово-о-о-орить с нашей… м-м-м... перовой гостьей!       Заглянув в комнату, я замираю, пытаясь понять хоть что-то в происходящем.       — Леи Хартинг! Владелица семейной пивоварни, кот… — пока Компаньо, в своей фирменной заученной манере, пытается воспроизвести текст вчерашнего выпуска утреннего шоу «Доброе утро, Техас!», который я исправно каждый день слушаю, занимаясь йогой, ей явно кое-кто старается мешать.       Объёмные ягодицы, совершенно не скрытые кружевом стрингов, расположенные на коленях наследника преступной империи, мнутся им весьма по-хозяйски, заставляя Эмили выгибаться, выставлять всё сильнее вздымающуюся грудь, скованную прозрачной тканью. Белое бельё и светлая кожа, на исследующих смуглое женское тело руках, эффектно контрастирует с тёмной, словно молочный шоколад, кожей ведущей. Выглядит это на зависть красиво. Вид портит только снующая на заднем фоне Нима. Пока я восхищаюсь красотой богато одарённой природой теледивы, девушка лишается своего лифа, упавшего на пол в нескольких шагах от меня. Мда, на зависть костлявой дочке жреца, могу сказать, что такой бюст ей можно использовать как подвесные качели. Ну и, что скрывать, мне он тоже великоват. Очень. При этом, следуя взглядом за языком Аша, что уже кружит вокруг одного из затвердевших сосков, не могу не отметить насколько красива и полна форма груди при таких внушительных размерах. Опускаю взгляд на своё декольте. Мда… Есть ещё надежда, что Эмили — клиентка талантливого пластического хирурга…       — М-м-м… Леи! Произвела во время пандемии… — пальцы правой руки оглаживают внутреннюю часть бедра, стремясь проникнуть под кружевную ткань. Это явно мешает сосредоточиться мисс Компаньо и продолжать свой «репортаж».       — М-м-м… — каждое новое проявление непрофессионализма ведущей, кажется всё сильнее распаляет Ашура. Во всяком случае, идиотская ухмылка, возникающая на его лице в моменты, когда он ничего не лижет, не кусает и не целует, говорит в пользу этого факта.       — Теперь точно считается! — недовольный голос Нимы донёсся сквозь плохо сдерживаемые стоны ведущей.       — Ааа! — звук рассекающего воздух ремня, сменяется шлепком по ягодице Эмили Роуз и её громким вскриком.       Исфееет! Вот оно что… Доведи репортаж до конца или попади в лапы этой садистки. Да, они точно знают толк в веселье. Интересно, Ашур всех тех, кого сношает, заставляет заниматься своей профессиональной деятельностью? Вон Нима, как всегда ни к месту и причиняет боль невиновным, Эмили ведёт репортаж для него… Певицу бы он, наверное, заставил петь… А меня? Что бы наследный принц «Шезму» заставил делать меня? Чувствую, как запылали щёки. Отгоняю эти мысли, пытаясь восстановить ровное дыхание.       Глаза Аша вспыхивают всего на секунду алым... или это игра воображения? Но Нима, зацепившая ремнём кончики его пальцев, слегка сжимается под пылающим взглядом. Одного его взгляда хватает, чтобы эта бешеная сучка, начала отступать. Чертовски сексуально.       — Ну же, детка, что там с твоей Хартинг? А то этой маньячке не терпится нанести последние два удара, — оглаживая ягодицу, получившую удар, он, как довольный кот, мурлыкает, растягивая каждое слово.       — Леи Хартинг произвела-А-А-А-АА, — пальцы, скрывающиеся под тканью белья, двинулись дальше, судя по характерному влажному хлюпанью, проникая в самые недра мисс Эмили Роуз Компаньо.       Глядя на хищную улыбку, растянувшуюся на лице Аша, почему-то проскакивает мысль о том, что было бы здорово, если бы следующий удар жреческой дочки пришёлся прям по его самодовольному лицу.       - Более двух тысяч литров антисептика-а-а… О, Боже! — к сожалению замахнувшейся Нимы продолжила ведущая.       — Те-е-ем са-а-а-а-мммым обеспечив… А-а-а-а-а-а!!! — подаваясь бёдрами на встречу ласкам Аша, девушка отчаянно старается быть профи. Даже отсюда видно, что ей непросто: ногти впиваются в напряжённые мужские плечи, всё тело покрыто испариной, но, как настоящий профессионал, она продолжает несмотря ни на что:       — Более 400 000 жителей Даллас… А-А-А-А!!! — к явно ускорившимся стимуляциям добавились поцелуи и укусы живота, которые оставляют влажные следы на коже девушки. Запустив руки в огненные волосы, она уже не пытается вести свой «репортаж».       Я замираю. Чувствуя как от безумия и порочности всей этой картины перехватывает дух.       Под внимательным взглядом, Эмили, изгибаясь как змея, всё быстрее подаётся на встречу умелым ласкам Аша, яростно насаживаясь на его пальцы, а вместо заученного текста по комнате разносятся её стоны, становясь всё громче и громче.       Невольно ловлю себя на мысли, что там, на его коленях, сейчас должна быть я. Сердце вновь пропускает удар. Во рту пересыхает. Рука непроизвольно оглаживает линию шеи, плавно спускаясь вниз к груди, во время внимательного наблюдения за каждым действием Аша.       Свист. Громкий шлепок, а за ним вскрик мисс Компаньо. Звук следующего удара запускает волну трепета и мурашек по всему телу.       Что я творю! Нужно ва… Мама дорогая!       Всего мгновение. И, одним движением крепкой руки, он сметает всё с резного столика возле кресла. На пол летят бокалы, фрукты вместе с массивным блюдом, какие-то неразличимые с моего расстояния тряпки. Второе — и мне удаётся лицезреть Аша во всем его обнажённом великолепии. От вида его голого тела меня охватывает жар. В следующее мгновение его руки пригвождают спиной к деревянной поверхности разомлевшую и явно желающую поскорее получить свою желанную разрядку Эмили.        Вклинившись между ног мулатки и, готовясь продолжить, он вновь сверкает алым взглядом, когда шипя, как дикая кошка, в его плечо впивается Нима.       — Она проиграла! — гневный взгляд парня сменяется самодовольной улыбкой. Я же, как завороженная, наблюдаю за выпирающим из-под кружева внушительным членом, не успевшим достигнуть своей цели.       — Я первая! — под тихие постанывания проигравшей телеведущей продолжила вопить шезму.       Пугающе лёгким движением одной руки Аш молниеносно ловит возмущающуюся девицу, пальцами сжимая её щёки и крепко, явно делая больно, увеличивает напор, притягивая ту к себе. Одного его жеста достаточно, чтобы бешеная сука превратилась в дрожащего скулящего щенка.       Очень пугающе. Очень сексуально. От меня не укрывается и тот факт, что вторая мужская рука уже вовсю освобождает путь к глубинам мисс Компаньо.       — Смеешь мне указывать? — его тон сквозит холодностью и заставляет даже припадочную Ниму замереть.       — Обман-щик — тихо бубнит себе под нос явно напуганная, но несдающаяся шезму. Притянув её ещё ближе и склонившись так, что совсем чуть-чуть и их носы соприкоснуться, парень что-то шепчет, но что именно с моего места совершенно не ясно.       Переживу! Тем более, как нельзя кстати, внимание нагло блуждает по напряжённым подтянутым мужским ягодицам. Наблюдать, как двинув тазом, Аш толкается в недра фигуристой теледивы, куда волнующе, чем наблюдать за воспитанием Нимы. А протяжные стоны от каждого нового проникновения гораздо возбуждающе, чем разговор с шезму, особенно в тот момент, когда он впивается в губы властным и требовательным поцелуем. Целует её, а ноги дрожат у меня.       От этого зрелища дрожат не только ноги, внизу живота начинает тянуть, отзываясь влажным дискомфортом между ног.       Медленными размашистыми толчками, выбивая всё новые и новые стоны из распластанной на столе ведущей, Аш так умело избавляет от нижнего белья Ниму, сжимающую его широкие плечи обеими руками и всё сильнее углубляя их и без того развязный поцелуй, что, заражаясь вирусом их похотливой страсти, начинаю задыхаться.       Совершенно увлечённая наблюдением за тем, с какой лёгкостью красноволосый парень доводит своими действиями до исступления двух громко стонущих девушек, я совершенно упускаю момент, когда собственная рука скользит под подол платья, а дрожащие от возбуждения пальцы проходятся по влажным складкам, ускоряя биение сердца и ритм дыхания, прерывающегося от каждого лёгкого соприкосновения с самой чувствительной точкой.       Зрелище разгорячённых обнажённых тел, утопающих в шуме похотливых звуков — шлепков оголённой плоти и игривых хлёстких ударов, срывающих вскрики и девичьи стоны, прерывистого дыхания и рыков Аша, стука о каменный пол ходящего ходуном деревянного стола — всё это погружает меня в какое-то постыдное вожделение. Вновь пройдясь внимательным взглядом по обнажённому мужскому телу с удовольствием отмечая, как перекатываются выступающие мышцы под жадно мацающими их руками Нимы, или как сжимаются при каждом новом толчке подтянутые ягодицы, вид на которые частично скрыли переплетающиеся на пояснице мужчины ноги телеведущей, облизываю губы.       Подстраивая ритм своих ласк под всё ускоряющийся темп Аша, неосознанно закусываю пальцы свободной руки, чтобы сдержать подступившие стоны. Прислонившись плечом к дереву дверного косяка, закрываю глаза. Влажные от слюны и горящие от укуса пальцы оглаживают линию шеи, когда воображение рисует на их месте обжигающие жарким дыханием губы красноволосого искусителя. Тяжело дыша и прокладывая влажную дорожку в зону декольте, освободив от раздражающего трения грубой ткани затвердевший сосок — свидетельство моего перевозбуждения — слегка сжимаю его, вспоминая, как совсем недавно, губы Аша ласкали внушительную грудь ведущей. Возбуждение становится нестерпимым, оттого скользнувшие в глубину изнывающей плоти пальцы выбивают сразу же тихий стон удовольствия. Широко распахивая глаза и замирая от ужаса, с радостью отмечаю, что в изменившемся порочном действе мои звуки, как незаметная капля в море.       У главных действующих лиц слишком жарко, чтобы заметить что-то вокруг. Обведя взглядом происходящее, понимаю, что желания быть на месте Эмили Роуз Компаньо у меня поубавилось. И тому виной восседающая на её лице, извивающаяся и громко стонущая, Нима. С некоторой завистью подметив повышенное внимание к её промежности: с одной стороны оральные ласки прекрасной Эмили, с другой уверенные и даже грубые стимуляции Аша. Притушив зависть, концентрирую своё внимание на массивной, блестящей в тусклом освещении, фигуре чертовски сексуального и такого разгорячённого Ашура.       Мои движения, становясь грубее и вторя его быстрым толчкам, усиливают удовольствие, сковывающее напряжением подрагивающее тело, тогда как фантазия умело вырисовывает вместо них… Никогда в жизни не признаюсь даже себе, что творится в моём разуме в эти секунды, минуты, часы… Время становится эфемерным. Пальцам, всё быстрее двигающимся во мне, становится тесно от подступающих и сжимающих их спазмов.       Резко, будто пронзая выстрелом, меня накрывает обжигающим вязким ощущением. Широко распахнутые глаза выхватывают картинку темнокожей телеведущей, трепыхающейся под навалившимся на неё парнем, его хриплый рык: «Давай же…» и образ громко выкрикивающей, вперемешку со стонами, его имя Нимы, содрагающейся от немыслимо резких проникновений… И всё…       Звенящая тишина. Пустота. Лёгкость. Удовольствие. Всему когда-нибудь приходит конец. Раскатистый гул часто-часто бьющегося в грудной клетке сердца смешивается с явно затруднённым дыханием, следом добавляя целуя гамму новых ощущений: прохладу, обдувающего меня сквозняка, придавленность сжатыми до предела бёдрами на одной руке и вязкую влажность — на второй, испачканной слюной и помадой, и ноющую боль на ней от успешно покоящейся совершенно пустой, но тяжёлой головы.       Я что отключилась? Какой ужас… Лицом в пол, оттопырив зад… Да, отлично вписываюсь в эту компашку. С этими мыслями, поправляя платье и отряхиваясь, я совсем забываю о дорогущем клатче. К счастью, его легко удаётся нашарить в нескольких шагах от себя и крепко вцепиться в драгоценную сумку. Отлично!       — Думал раньше зайдёшь, Эв-ти-да!       Бляя… Ну что за…

🌞🌞🌞

      Погружённый в свои размышления, Исман усиленно растирал полотенцем влажные волосы. Мысли его бежали вперёд событий. В предвкушении будущей встречи, он совершенно не стремился наблюдать за происходящим.       — Тебе что повылазило? — раздалось рядом.       Упершееся во что-то тёплое, но при этом твёрдое, колено заныло от болезненности полученного удара. Откинув в сторону своей кровати влажное полотенце, парень встретил раздражённый взгляд соседа.       Запрыгивая на облюбленный угол подоконника, совершенно не заметил своего научного наставника. Этот факт удивил Исмана.       Нет, не упущенный из виду Ливий. Здесь было кое-что гораздо более масштабное. За те два месяца, что они прожили бок о бок, парень мог по пальцам сосчитать моменты заинтересованности соседа чем-то кроме своих заметок, тяжёлых научных томов или рукописей чужих экспериментов.       Стоящий же перед ним сейчас старшекурсник внимательно вглядывался в то, что происходило во дворе кампуса. Пытаясь спрятать своё любопытство за маской абсолютной незаинтересованности, парень выглянул за окно.       — Святая Магдалена! — тихо, с привычным отчаянием в тоне, простонал он.       Мерцающая, как диско-шар на школьной дискотеке, к ревущему на всю округу и газующему ягуару, походкой от бедра двигалась неугомонная Эме. Шаг за шагом удаляясь от входа в кампус. Очень грациозно. Просто сногсшибательно. Исман почувствовал гордость за сестру.       Всё изящество момента резко исчезло.       Подвернув ногу, девушка, судя по жестикуляции и знаниям о её характере, которыми обладал названный брат, начала бурно непечатными фразами выражать несогласие с сложившейся ситуацией.       Мысли о том, что её действиями двигают какие-то черти, причём самые непоседливые и активные, и несут исключительно в самое пекло, не смогли скрыть от парня тот факт, что его наставник наблюдал за происходящим весьма напряжённо.       Отследив траекторию взгляда Пеллийского, он заметил ещё одного участника уличного действия. Странно, как до этого гигантская фигура в яркой спортивной форме ускользнула из виду. Старшекурсник, которого в столовой спровоцировала Эва, внимательно наблюдал за тем, как девушка следовала к авто. В этот момент его наставник нервно сжимал выступ подоконника и не спускал с Амена, кажется так звали этого верзилу, своих глаз.       — Собирался. И не идёшь, — раздражённо бросил Ливий. Недовольный любопытством соседа.       — Гонишь меня? — попытался в шутливой манере снять напряжение Исман. И добавил:       — Отвлекаю от чего интересного? — не успев договорить, парень понял, что это было зря.       Медовые глаза Ливия вспыхнули огоньком крайнего раздражения. Такое настроение было свойственно наставнику только когда его отвлекала в неподходящее время своей болтовнёй Феоноя. В свою сторону Исмандес не получал таких взглядов ни разу. Потому он инстинктивно попятился.       — Нечем заняться перед встречей? Так я могу тебя занять!— холодность тона, несвойственная его наставнику, говорила о высшей степени раздражения. Сложив два плюс два, дипломатичный Исман решил оставить тайну странного поведения Пеллийского, отложив её разгадку до лучших времён. Хотя мысленная галочка была уже отмечена.       Время долгожданного свидания приближалось. Примирительно улыбнувшись и выдержав напряжённый взгляд соседа:       — Понял. Принял. Исчез! — весело пробубнил он и двинулся в сторону шкафа, подмечая что Ливий вернулся к своим наблюдениям. Странно.

🙅‍♀️🙅‍♀️🙅‍♀️

      — Зайди, Эвтида! — эта фраза не содержала в себе уже ни грамма игривости и звучала настойчиво.       Чёрт! Чёрт! Чёрт! Стоит поднять глаза и я тут же ловлю на себе полный ненависти колючий взгляд Нимы. Смущённая, рядом с ней, быстро перебирая скомканную смесь из ткани, суетится уже успевшая облачиться в нижнее бельё нехило отжигавшая до этого Эмили.       Не смотря на весь сюр ситуации, меня так и подмывает попросить у неё автограф или селфи.       — Эв-ти… — не обещающие ничего хорошего новые нотки, появившиеся в голосе, заставили, наконец-то, встать. Перехватив покрепче клатч, я, гордо задрав подбородок, двигаюсь вперёд.       Может слишком пафосно и самонадеянно. Но, судя по взгляду жреческой дочки, мне терять уже нечего… Почему бы не шикануть… В конце-то, концов…       — Да, иду я, иду! — бубню себе под нос, стараясь смотреть прямо.       — Девочки, Вам стоит оставить нас, — делая шаг в сторону стола, бросает он небрежно через плечо, не упустив случая отвесить шлепок надевающей брюки Эмили.       — Нооо, я… — еле сдерживая подступающую истерику, повышенным тоном начинает Нима.       Секунда и полыхнувший красным взгляд заставляет её замолчать.       — Я сказал ПРОЧЬ! — под всё такой же тихий но яростный рык обе девушки, не сговариваясь, хватают обувь и вещи и одна за другой выскакивают в коридор, не забывая закрыть за собой дверь.       Да. И к такому человеку я бежала за помощью. Наверное, нужно послушать Дию и пройти осмотр у врачей.       Стараясь выглядеть статно, прямо держать ноющую от усталости спину и, наверное, через чур задирая свой подбородок, я концентрировалась на том, чтобы не зацепить подол платья, не споткнуться на этих ходулях, оттого только сейчас замечаю, что подошедший к письменному столу парень всё ещё остаётся обнажённым и, судя по тому, как непринуждённо и неспешно он наливает в бокал жидкость карамельного цвета, делать со своей наготой он ничего не собирается. Я сразу же скольжу по узору, состоящему из красных и бордовых отметин, которыми испещрены его плечи, спина, поясница, ягодицы…       Не смотри! Эва, глаза вверх! Не красней! Дыши!       Нечеловеческие усилия уходят на то, чтобы не начать разглядывать тело стоящего передо мной молодого парня ниже той линии, что позволяет пуританское воспитание. Резче, чем требует ситуация, я, дёрнув плечами и встретившись с лукавым взглядом, отражающимся в стекольной глади окна, теряю равновесие. От падения спасает лишь резной столик, ставший точкой опоры. Облокотившись на него, сразу начинаю краснеть от вспышек воспоминаний того, чем на нём занимался стоящий передо мной полностью голый Аш.       Соберись Эва! Оооо…       Стоит ему повернуться и… Взгляд, выхвативший весьма впечатляющее достоинство, взметается ввысь к потолку. А щёки горят. Просто пылают. Исфееет! Как же тут душно. Чувствую на себе внимательный взгляд. Это не способствует моему спокойствию. Совершенно. В памяти вновь и вновь всплывают жаркие эпизоды, происходящие на столе, кромка которого беспощадно врезается в мои бёдра.       Отгоняя эти наваждения, замечаю ухмылку на лице Аша. Очень самодовольную и от того жутко раздражающую. Всё его внимание приковано к экрану телефона.       — Хм… Как интересно, — жду, ничего не отвечая. Изнываю от любопытства, но всё так же не подаю вида. Кажется проходит целая вечность, прежде чем он поднимает свой взгляд и произносит:       — Раз так хотела, могла присоединиться. Не знал, что из робких будешь.       Что? Что он несёт? Но прежде, чем я успеваю направить все свои аналитические способности на разгадку смысла сказанного, перед глазами, на телефоне в протянутой руке, возникает запись… О, Боги! Запись, на которой я, мать его, не только шпионю, но ещё и мастурбирую во всю! Потрясно. Просто супер!       Не осознанно тяну руку, в попытке выхватить телефон. Конечно, безуспешно. Уровень стыда на столько высок, что любая попытка поднять глаза или встретиться с явно веселящимся Ашем — сродни самоубийству. Бархатный глубокий смех вызывает дрожь. Тело бросает в жар.       Когда он успел подойти так близко, что между нами осталось расстояние всего в шаг?       — Смущаешься? — почувствовав на подбородке крепко сжимающую его руку — замираю.       Главное не смотреть вниз. От этой мысли во рту всё пересыхает. Закрываю глаза. Слышу ещё один шаг. Теперь его близость ощутима. Присутствие давит, но снова отмечаю, что страх полностью вытеснен огромной сексуальностью этого парня.       — Неуютно чувствуешь себя? — голос совсем близко, дыхание опаляет кожу щеки… Аааа!       — Д...да, — зачем-то выпаливаю и тут же жалею. Горячим касанием он проходится по бретели, держащей рукав.       — Так снимай всё. Будем на ровне… — задохнувшись от возмущения, резко раскрыв глаза и благоразумно уставившись в потолок, с облегчением слышу его отдаляющийся смех. Отворачиваюсь, направив взгляд на панораму ночного Далласа, в надежде взять себя в руки.       — Получила? - не зная что ответить молчу.       — Утен у тебя? - более нетерпеливо спрашивает Аш.       — Где он? — вновь руки сжимают мой подбородок. Гораздо грубее и нетерпеливей. Блеск в его глазах пугает и завораживает одновременно.       Скользнув рукой под внимательным наблюдением парня в лиф платья показываю ему полученную монетку, продолжая смотреть в потолок.       — Повернись. И посмотри на меня! Тон не терпит возражений. Опустив взгляд с облегчением и некоторой крупицей сожаления вижу, что Аш уже в штанах. Это не мешает оценить чертовски соблазнительный рельеф пресса, косых мышц живота и борозд, стремящихся от выпирающих бедренных костей за линию брюк.       — Эва! — вздрагиваю и заливаюсь новой порцией краски.       — Запомни! Это очень важно! Эта монетка может однажды спасти тебе жизнь! Ты это понимаешь? — утвердительно качаю головой.       — Хорошо. У меня есть для тебя более важная роль, чем просто отвлекать нашего друга Амена, но… — вернувшись к столу у окна он замолкает, наливая новую порцию виски себе в стакан. Терпеливо жду пока продолжит. Но Аш лишь задумчиво скользит взглядом по мне.       Бесит.       — Но? — не выдержав, переспрашиваю.       — Тебя нужно испытать! — от мыслей, вызванных этой фразой, становится тяжело дышать, а внизу живота завязывается тугой узел. Пытаюсь успокоиться, но с каждым его шагом картинки развратного содержания, одна другой ярче, вспыхивают в памяти.       Возбуждение начинает затмевать разум. Вклинившись меж моих коленей, он, в один глоток выпив залпом содержимое своего рокса, склоняется ближе, обдавая жарким дыханием с острым ароматом алкоголя. Стук поставленого за моей спиной стакана заставляет вздрогнуть. Обжигающее касание, взявшее мою руку, приближает её к телу, заставляет зажмуриться. Когда пальцы ощущают выпирающую часть под тканью брюк, тихий стон слетает с моих губ.       — Укради мой бумажник!       Какого хрена? Открываю глаза и вижу, что моя рука покоится на выпирающем из штанов кошельке. А глумливая насмешка Аша говорит о том, что смущать и выводить меня из себя — одно удовольствие.       Вновь приближается.       — Бумажник… — чувствую жар и твёрдость его груди. Сердце ускоряет свой ход. Пальцы хранящие холод бокала, проводят линию от скулы до шеи.       — Быстрее, Эва! Я теряю терпение, — приближается так, что губы будто случайно задевали мочку уха, пока холодные пальцы подцепив снимают чокер, отбрасывая в сторону стола.       — Пока ты будешь медлить, — видя, как я дрожу от каждого его касания, продолжает шептать, — не останется ничего, что мне можно будет снять, чтобы отвлечься… — его хищная улыбка исчезает, когда губы смыкаются на застёжке одной из серёжек, а рука, как бы случайно, цепляет затвердевший и выпирающий через ткань платья сосок.        Я теряю серёжку, а за ней и вторую.       — Ну, же! — рука сдвигает край платья, а зубы смыкаются в лёгком укусе на моём плече.       — Кошелёк, Эва!— мужские руки, плавно пройдясь по талии и очертив горячими касаниями линии бёдер достигают начала разреза. Присев, он снимает с ноги браслет. Кажется я начинаю понимать, что он заставит делать меня, прежде… Запоздало вспоминаю, что адские трусы в сумке, тогда как его пальцы всё ближе…       Судорожно хватаю красноволосого развратника за плечи и тяну на себя. Тут же слегка отталкивая.       — Прижаться не глядя в глаза, потом резкий прямой взгляд с жертвой и отход, — дрожащим голосом говорю, озвучивая каждое свое действие. И отойдя смотрю на него. Продемонстрировав, как бы я украла бумажник, встреться мы на улице.       — Но кошелёк у меня!— самодовольно ухмыляясь хлопает в доказательство по карману.       — Я не воровка! Я игрок! — мой возмущённый вскрик явно забавляет подбирающегося всё ближе Аша. Отступаю. Делая последний шаг, упираюсь затылком, а затем спиной и ягодицами в стену.       — И промышлять воровством на улице в детстве это одно, а под присмотром и двусмысленным вниманием… — голос предательски дрожит. Сначала одна напряжённая рука, а затем и вторая с другой стороны, отрезают пути для отступления. Хотя вряд ли они были. Задыхаюсь без шанса сказать что-то ещё, когда выставленная вперёд рука нащупывает грубую холодную кожу ремня, а за ней в миг напрягшиеся мышцы живота.       — Кошелёк… У… Меня! — нависая надо мной, как хищник над жертвой, с удовольствием растягивает он.       Ну что за мудацкие игры — проносится в моей голове, под бешеные кульбиты, то уходящего вниз, то взлетающего под самое горло, сердца. Пока охваченная пожаром красных глаз, я пытаюсь снова начать дышать.

🔱ГЛАВА ОКОНЧЕНА🔆

🏆 20 (+2) ПРИЗНАНИЕ

🗿 23 (+2) ЧЕСТНОСТЬ

🎭 1 ХИТРОСТЬ

💰 32500 ДЕНЬГИ

ДОСТИЖЕНИЯ:

⚜VIP-ЗРИТЕЛЬ

⚜ЗВЕЗДА ЭКРАНА

🛣💃💃💃🏝