Глава 2 Долгий день в Конохе

С раннего утра Рюзаки бродил по кварталу, стараясь не упустить главный ориентир — дом Шисуи. Здания не выше второго этажа образовывали узкие улочки, которые петляли и сбивали направление. На некоторых домах висели вывески с непонятными иероглифами. «Точно Япония», — подумал Рюзаки. В прошлой жизни увлечение аниме помогало строить догадки о его местонахождении. Но все это могло быть последними видениями умирающего мозга. Встречные прохожие, походившие друг на друга, как дальние родственники, одеты были обычно — в укороченные бриджи и темные накидки. Выделялся только смутно знакомый красно-белый символ на спинах и рукавах. В переплетении безлюдных переулков он нашёл высокую водонапорную башню. Здание пустовало — мальчик без препятствий забрался на крышу и увидел поселение. Вдалеке виднелась огромная скала с тремя лицами, безусловно, Хокаге. Процветающая Конохагакуре утопала в зелени. Невысокие здания причудливых форм с яркими крышами, на первый взгляд, беспорядочно кучковались. Квартал Учих был отделен стеной с характерным символом и сильно отличался от остальной Конохи. Дома были расположены в три ряда, а не лабиринтом, как вначале показалось маленькому Рюзаки. Все строения из темного дерева. «Кьюби тут все сожжет, — подумал Рюзаки, — остальные жители живут в каменных домах с жестяными крышами, а у Учих глиняная черепица*. Дань традиции или очередной признак оторванности клана от деревни?» Наверное, он бы долго просидел на крыше, но оглушительный рев пустого желудка нарушил тишину. «Напроситься к Шисуи? Расспросить о положении в деревне. Все же предысторию я не слишком хорошо помню». Однако в доме, приютившем на ночь, никого не оказалось. Пришлось собрать волю в кулак и вернуться в место, где он очнулся. Было тихо. Незакрытая дверь страшила темнотой. Рюзаки неуверенно подошёл к проклятой комнате. Там почти не было мебели: только низкий криво стоящий столик, перекрученный футон да странные картины на стенах. На полу валялись керамические и стеклянные бутылки, сальные обертки и пустые тарелки. — Вернулся, Коно Каса? — прошипели сзади. Рюзаки испуганно оглянулся. Вполоборота к нему стоял невероятно огромный мужчина. Характерный душок не оставлял сомнений, кто вчера вечером вливал в себя алкоголь. — Убери комнату. К моему приходу чтоб управился, — приказал гигант и, небрежно толкнув ребенка, вышел из дома. «Если бы не Шисуи, я был бы уверен, что меня зовут коно каса», — подумал мальчишка, когда убирал осколки бутылок. На краю маленького столика и на полу он заметил следы засохшей крови. «Это чудовище даже не осознало, что убило собственного сына. Наверняка мальчика сильно толкнули или он сам упал, спасаясь от брошенной бутылки. Виском попал на угол и…» Никаких воспоминаний прошлого владельца тела не осталось. «И хорошо, — подумал Рюзаки, — жизнь мальца не жалела». Он пришел к выводу, что жил только с Томо-саном. Отцом, дядей? Почему ему доверили мальчика? Он явно не просыхал. Двухэтажный дом был будто бы заброшенным. Рюзаки нашел лишь две обитаемые комнаты, в которых валялись похожие на футоны тряпки. Пустые помещения разделяли седзе из пожелтевшей бумаги. Ни одной фотографии, лишней вещицы, мягкого пледа. И от каждого звука — эхо, какое бывает в необитаемом строении. Закончив уборку, мальчик неуверенно мялся в коридоре. Хотелось есть, но ничего съедобного он не нашел. Сильно влетит, если не найдут дома? Но ждать прихода чудовища в его логове было невыносимо. Второй выход из дома вел на другую, более оживленную сторону улицы. Рядом с неухоженным крыльцом росли лопухи. Запомнив приметы, Рюзаки сбежал. Как он успел заметить: в квартале кучковались лавки и маленькие ресторанчики, но открытых заведений Рюзаки не попадалось. Он решил поймать удачу за пределами владений клана. К тому же денег у него не было. В разгар дня, к удивлению Рюзаки, на улицах Конохи встречалось немного людей. Не играли дети, не носились по крышам шиноби. По сравнению с аниме деревня казалась опустевшей. Недалеко от кленовой аллеи Рюзаки нашёл первое открытое заведение. Небольшой ресторанчик манил аппетитными запахами. Здесь Рюзаки решил разузнать положение дел. — Куда все подевались? — В лоб спросил он. — Тебе на что? — Буркнул старик за стойкой. — Все вымерли? Рюзаки указал на пустые места. — Промой рот. Усиление на границах, остальные работают. Но откуда знать это мальцу, не ходившему в Академию. — Хозяин заведения отвернулся и начал переставлять тарелки. — Шел бы отсюда. — Погоди-погоди. Раз никого нет, то никто не помогает? — Раз никого нет, то работы нет, — цыкнули ему. В ответ тоскливо пропел живот мальца. — Давайте, я вам посуду помою или пол. А вы мне рамен дадите? — Как припекло, так вспомнил о манерах, — хмыкнул старик, — согласен. И пол, и посуду помоешь. Я Нохара Джун. — Спасибо. Меня зовут Рюзаки. — В приюте не кормят, Рюзаки-кун? — Джун указал на мойку с посудой. — Я не из приюта. С чего вы взяли? Собеседник показательно прошелся взглядом по неухоженной одежде. — Имя не полное. Ну, не хочешь говорить, как хочешь. Нахмурившись Рюзаки начал мыть посуду. Странно осознать, что в прошлой жизни он был тридцатилетним мужчиной со своеобразным мироощущением и неуживчивым характером. Но спроси сейчас, и он не сможет ответить: как его звали, кем он работал и кто был ему важен. Взгляд ребёнка и опыт взрослого причудливо смешались в Рюзаки, поэтому он воспринимал нового знакомого стариком, хотя вряд ли тот был старше тридцати. А Томо-сан казался великаном, потому что мальчишка был довольно мелким. Под рулады голодного живота посуда Рюзаки помыл посуду, сжалившись, Нохара-сан подал тарелку рамена, а сам продолжил уборку. Не следя за собой, громко причмокивая, попаданец впервые в этом мире ел божественный рамен. Еще неожиданно не начали бы ныть зубы, вообще было бы хорошо. — Ваша семья? — Рюзаки указал палочками на небольшую фотографию, которая висела в центре стены. При этом он игнорировал огромную лапшу, что как сопля висела на его подбородке. — Да, сам я не шиноби, — Нохара-сан вздохнул, — моя жена и дочь куноичи, они на заданиях. Мы редко видимся. — Э, сочувствую, наверное… — Рюзаки громко втянут лапшу и потер подбородок рукой. Хохотнув, Нохара-сан передал влажное полотенце. Промолчали. За все время никто больше не пришел. — Можно к вам приходить и помогать, Нохара-сан? — намывая после себя тарелку, спросил Рюзаки. — Приходи, коль сможешь, — мужчина улыбнулся. Мальчишка начал ему нравиться.