Глава 8 Ещё тренировки

Вечерело. Теплый свет лился из окон, редкие фонари разгоняли темноту. По дороге в квартал Учиха Рюзаки встретил несколько групп патрульных. Кажется, его узнали и не стали проверять. Рюкзаки планировал зайти к Нохаре-сану, чтобы забрать еду. Но, едва он собрался постучать в дверь, как услышал чей-то заливистый смех. В приоткрытое окно мальчик увидел дочь и жену хозяина ресторанчика. Впервые за долгое время семья собралась вместе. Незваный гость не желал портить идиллию. Он отвернулся и побрел в одиночестве домой. Пиная камешки, мальчик подумал, что Учихи, судя по тому же Фугаку, отвратительные родители, но Рюзаки не повезло особенно. За что собственный отец так ненавидел сына?       По прошлой жизни он не мог назвать себя человеком, который любил и ладил с детьми, но откровенной неприязни никогда не испытывал. В конце концов, не любишь детей — не заводи. Дома ждал неприятный сюрприз. Мало того, что Томо-сан в несознанке валялся на футоне, так еще и Рёма-сан, сидящий рядом, не выглядел трезвым. — Меня сегодня вызвали к Хокаге. Угадай почему? — Спросил Рёма. Его голос угрожающе рокотал. Мальчик пожал плечами. Хотя он проспал полдня, но глухая усталость не ушла. Голову словно набили сухим сеном — ломким и колючим. — Мне высказали, что я пренебрегаю твоим обучением, ты даже не можешь читать и писать. Попросил уроки у грёбанного Яманаки. Звякнула пустая бутылка. Рёма перевел на неё взгляд, словно оценивая — долетит или нет. — Теперь я лично буду тренировать тебя. Ты мне все печати выучишь. — Но мы с Шисуи занимаемся, — осмелился возразить Рюзаки. — У него полно своих дел, чтобы еще и с тобой нянчиться! — Рёма грохнул кулаком по столу, спящий Томо всхрапнул. — Увижу тебя с этим Яманака и пеняй на себя. Будешь с ностальгией вспоминать беседы с Томо. И ещё. По приказу Хокаге ты зачислен в Академию. Пойдешь туда после каникул. И всем срать, что сейчас середина учебного года. В конце концов, ты сам загнал себя в угол. Облитый презрением Рюзаки ушел в свою комнату.

***

Рюзаки не мог сказать, подействовала ли техника Яманака. Кроме красных отблесков, он больше ничего не помнил. Прочитать книгу стало навязчивой идеей. Однако его планы были разрушены властной рукой главы клана. Рюзаки предстояло вспомнить армейские будни.       Рано утром его разбудил невыносимый шум. Не дав позавтракать, Рёма повел юного Учиху на плац и заставил бегать, пока не закончатся силы. При этом он подгонял племянника, кидая в него маленькие камешки. В начале Рюзаки удачно уворачивался, но, по мере усталости, жалящие удары чаще сыпались на юного ученика. Когда Рюзаки упал лицом в песок, старший Учиха самодовольно сказал, что разминка закончилась и теперь время для настоящей тренировки. В этот момент Рюзаки всерьёз раздумывал убиться — мысленно он костерил все на свете, но против не сказал ни слова. В отличие от Томо-сана и армейских командиров, Рёма-сан не позволял себе насмехаться над немощью мальчика. До черных мушек перед глазами Рюзаки отрабатывал с Рёмой стойки и падения тайдзюцу. Натренировался так кидать кунаи и сюрикены, что уже видеть их не мог. Он напрыгался на всю жизнь вперед. Рюзаки пыхтел и выпучивал глаза, но почувствовать чакру мог мимолетно. После такого идти куда-либо не было сил. Мальчик еле дополз до дома и вырубился на футоне, даже не сменив одежду. Утром он с отвращением ощущал свою ничтожность. Все болело. Воняло. Мутило. Но это не остановило главу клана, и после холодного душа Рюзаки опять приступил к тренировкам. Про сокровище пришлось временно забыть. Так продолжалось два месяца, пока Рёму-сана, наконец-то, не отправили на миссию. Рюзаки сиял как начищенный кунай. — Не смей бросать тренировки, вернусь — проверю, — наказал Рёма-сан. Его племянник кивал и счастливо улыбался, и едва не желал скатерти дороги. Но через полчаса уже заскучал по физическим нагрузкам, поэтому решил отвлечься: навестить Нохару-сана и передать записку Инотару. Заодно наконец-то наесться. Наставник переедать не позволял, так как во время тренировок все просилось обратно. Сначала довольный Рюзаки поскакал к храму, надеясь изучить своё сокровище. На пути к дереву ему никто не встретился. Мальчик проверил, научился ли он чему-либо. Подпись на титульном листе гласила:

«Моему маленькому дракону».

Рюзаки подозревал, что автором была Яманака Мина, и похоже это все, что она оставила сыну. Книгу он выучил назубок с помощью Шарингана. В ней было много познавательного. В том числе автор досконально описывал ручные печати и их свойства. Банальные названия — кролик, змея, кабан и прочие — скрывали за собой систему ослабления и усиления разных тенкацу — точек, через которые чакра выходила из тела. На печатях основывалась ниндзюцу. Неподготовленный Рюзаки сложил «тигра» и поддал чакрой — в результате спалил себе часть волос. Опыт показал, что стать вторым Майто Гаем ему не грозит. Рюзаки поделился своими успехами с Обито и, когда тот отсмеялся, получил конспекты — минимальный объём знаний, которые необходим для подготовки к Академии. Занятия, как сказал сочувствующий Учиха, еще не начались. Обито невероятно воодушевился, узнав, что Рюзаки идет на подработку в ресторанчик, и увязался следом. Когда юные Учихи предстали перед Нохарой-саном, тот с сомнением посмотрел на Рюзаки, едва узнав своего помощника в измученном создании. Первым взял слово Обито. — Добрый день, Нохара-сан. Вы меня не знаете. Меня зовут Учиха Обито. Спасибо, что присматриваете за Рюзаки. — О, я тебя прекрасно знаю, Обито-кун. Рин часто рассказывает о тебе. Хорошо, что мы наконец познакомились лично. Нохара пусть и не был шиноби, но тяжестью Ки мог посоревноваться с джоунином. Обито не дрогнул и тем завоевал себе расположение. Рюзаки в это время притворялся ветошью, которую мог снести ветерок, что было не преувеличением: тяжелые тренировки не сказались внешне. Он сильно похудел, но заметные мышцы так и не накачал. В жилистом мальчишке усилия Рёмы раскрыли ловкость и скорость. Силачом, как отец или дядя, Рюзаки никогда не станет. Сейчас же перед Нохарой предстало голодное нечто с растрепанными лохмами и огромными красновато-ореховыми глазами. — Полагаю спрашивать, где ты пропадал все это время, бесполезно. Учиха в ответ кивнул, жадно рассматривая меню. — Моя вакансия не занята? — настороженно спросил Рюзаки. — Нет, тебе всегда здесь рады. Хозяин закусочной тепло улыбнулся мальчику. — Можно и мне приходить?! — Воскликнул Обито. — Ни за что. Приглядывай за моей дочерью на миссиях. Мой тебе совет, Обито. Не мельтеши перед ней. Нохара-сан серьезно посмотрел на Обито. Пусть Учиха, но он был хорошим парнем. — Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей, — важно изрек Рюзаки. Наградой ему стала огромная тарелка рамена и странные взгляды Учихи и Нохары.