Часть 17 Навсегда. Финал.

- Теперь ты принадлежишь мне - проговорил бархатным шёпотом и притянул голубоглазую за талию к себе. - А ты мне - ответила в пол голоса, глядя прямо в его карие омуты. - Навсегда - наклонился ближе, касаясь её лба своим. - Навсегда - тихо проговорила. Хоть этот диалог и был достаточно не продолжительным, но стал очень личным и важным. Для них это было чем-то вроде клятвы, ведь они наконец-то обрели то, о чём мечтали очень давно. Они теперь вместе, они муж и жена. Перед лицом Аллаха и перед народом. Больше не нужно ни от кого скрываться и прятаться, отныне их любовь не запретна и не грешна. - Как здесь красиво - восторженно проговорила Кёсем, когда Кеманкеш показывал ей их новый дворец - резиденция Великого Визиря была куда скромнее - подметила и быстро направилась куда-то вперёд, осматривая каждый уголок нового дома. - Да и я теперь не Визирь - усмехнулся и пошёл вслед за ней, довольно наблюдая за восхищением жены. А крепость и правда была невероятно красива. Хоть и вся каменная из-за особенностей местности, но работа весьма тонкая и искусная, роскошная, но без излишеств. И как же завораживающе смотрелось её кроваво-красное платье на достаточно спокойном бежевом фоне вокруг. - А там что? - замерла возле высоких ажурных дверей. - Гарем - Кеманкеш остановился, а на лице его расплылась ехидная ухмылка. - Гарем? - лицо девушки моментально изменилось. От любви, счастья и восхищения, что ярко считывались ещё секундой ранее, не осталось и следа. В глазах виднелся гнев и некая обида - в привычном для тебя смысле гарема в моём дворце не будет до тех пор, пока я здесь буду править - подошёл и взял её за руку - у меня не будет наложниц, жизнь моя, - легко провёл по её щеке и заправил за ушко выбившуюся из причёски прядь. Кёсем немного смягчилась после этих слов, но всё ещё её лицо выказывало недопонимание - устрой гарема сохраняется, здесь живут калфы, евнухи и хатун, которые выполняют работу во дворце, но наложниц нет - за подбородок поднял её голову чуть выше, восстанавливая зрительный контакт - а ты, как и полагается, будешь управлять всем этим. - И всё? - лукаво и показательно надула губки как маленькая девочка, ведь окончательно успокоилась, когда поняла, что её Мустафа даже мыслей о других девушках не допускает. - Займёшься чем пожелаешь, построю тебе любые вакфы и школы, как прикажет моя госпожа. Но это будет позже - схватил её за руку и быстро повёл в совершенно другом направлении. - Куда мы? - в голосе голубоглазой вновь послышались восторженные нотки. - В наши покои - остановился и подхватил её на руки, ускоряя темп. - Зачем? - игриво спросила. - Вид с террасы смотреть, красивый - Кеманкеш усмехнулся. - Вид значит... - томно прошептала, обжигая дыханием его шею. Скользнула рукой под кафтан, видела как завёлся, как налились кровью его вены, слышала почти бешеное биение сердца, наклонилась ещё ближе к нему, как вдруг - стой, подожди - неожиданно проговорила и спрыгнула с его рук, когда уже оказались около двери, что вела в их покои. Кеманкеш только недоуменно смотрел на любимую - это же наш первый раз как мужа и жены, я должна правильно тебя встретить. Правитель не смог устоять перед сиянием её аквамариновых глаз и мягко улыбнулся, выражая своё согласие. Кёсем вошла в комнату и остановилась в самом её центре. Слева расположилась огромная кровать с множеством подушек, напротив, у другой стены, ближе к окну находился письменный стол и шкаф с книгами и какими-то свертками, что очень напоминали документы. Усмехнулась, когда заметила уже очень знакомое ей расположение всех этих предметов, в котором читался характер Кеманкеша. А прямо напротив неё был выход на широкую террасу. Неспешно прошла к ней и засмотрелась. Вид и правда оказался невероятным. Величественный Босфор теперь заменяла быстрая река вдалеке и скалистые горы. Среди песков, что напоминали пустыню, виднелись зелёные островки с растительностью, что стали прекрасным местом для жизни людей. - И правда, утренний снег здесь это чудо - проговорила вслух и резко обернулась, когда услышала шорох со стороны дверей. Быстро вернулась в центр комнаты и накинула платок на голову так, что теперь он скрывал прелестное лицо девушки. Немного опустила голову вниз и застыла. Казалось, даже перестала дышать. Закрыла глаза и слышала только громкий стук собственного сердца, ритм которого сейчас полностью совпадал с его шагами, кои приближались всё быстрее с каждой секундой. Кеманкеш остановился ненадолго в проходе, когда увидел её. Как же долго он этого хотел, весь год, что провёл в военном походе, завоёвывая эту самую крепость, только и думал о том, как вернётся и женится на ней. А сейчас любовь всей его жизни стоит прямо перед ним и ждёт. Ждёт его прикосновений, его дыхания на своей коже, даже просто присутствия. Немного дрогнула, когда его пальцы мельком коснулись её руки. Осторожно поднял полупрозрачный красный платок и в который раз уже утонул в её бездонно-синих глазах. Не смотрел больше никуда, когда укладывал её на кровать. Навис сверху, ещё какое-то время рассматривая её ангельский лик, а после оставил короткие поцелуи на её шее, которые были горячими настолько, что пылали ещё несколько мгновений после. Немного отстранился, опираясь на одно колено, и приподнял девушку. Резко потянул шнурок, на котором держалось платье, так сильно, что то вмиг повисло на её теле. Голубоглазая усмехнулась и игриво повела плечами так, что одеяние спало. Кеманкеш окончательно сорвал его и отбросил в сторону, довольно оглядывая Кёсем. Как же он хотел её. Пламя в его и без того чёрных глазах, что сейчас были ещё темнее от безудержного желания, просто обжигало Кёсем. И она горела в этом огне с удовольствием, ещё больше разжигая его своими плавными касаниями. В висках её громко пульсировало, сердце безумно колотилось, а между ног уже было так мокро, что оставляла следы на постели. Легла на спину, опираясь на локти, бесстыдно перевела взгляд на его пах и, о Аллах, даже сквозь плотную ткань штанов видела его твёрдый выпирающий член. Кеманкеш теперь уже поставил колено меж её ног и коснулся внутренней стороны бедра, от чего её тело бросило в дрожь. Смотрели всё это время друг другу в глаза, не желая отрываться, не желая чтобы этот момент вообще когда либо заканчивался. Кафтан его лежал уже на полу, стоило только голубоглазой потянутся к краю рубахи мужчины, как и та в ту же секунду оказалась у ног. Кёсем очерчивает взглядом его торс, когда он вновь нависает над ней. Его мускулистая грудь, пресс, шрамы, полученные в боях, что придавали ещё больше мужества его и так прекрасному телу. Всё это видела уже множество раз, но каждый был как первый. Губы её уже скользили где-то в районе ключиц, а пальцы крепко сжимали его широкую спину, оставляя за собой красноватые следы. Она прижимается к нему ближе, сильнее. Она хочет чувствовать его. Его тело, дыхание, руки, что так потрясающе сейчас исследуют её тело, его голос, сердце и душу. Он нужен ей весь, целиком, как и она ему. Без остатка. Кеманкеш нежный ровно на столько же, насколько и грубый, резкий, несдержанный, жадный. Его буквально разрывает на части от любви и изнемогающего желания. А причиной всему она. Кёсем. Его Кёсем. - Кеманкеш, - шепчет чуть ли не в бреду, сжимая руками белые простыни. Она тяжело дышит, изгибается и ведёт взглядом вниз. Туда, где сейчас палец мужчины скользит по её давно уже намокшему лону. Нетерпеливо ёрзает бёдрами, подаваясь ими вперёд, желая быть ближе к нему, и закидывает голову назад, когда он совершает плавные движения внутри неё. Всё это время смотрел на девушку почти завороженно. Наслаждался каждым её движением, каждым звуком, что срывался с её прекрасных губ. Но пришлось оторваться, усыпал влажными поцелуями её плоский животик и опустился ещё ниже, продолжая движения пальцев. Застонала так громко, когда его горячий язык припал к её лону, выводя там хаотичные узоры и вызывая новую сильную дрожь в теле голубоглазой. - Кеманкеш, - вновь прошептала, уже почти задыхаясь. Наконец открыла глаза и вдруг встретилась с его карими. Не видела сейчас ничего больше вокруг. Он крепко сжимал её пальцы своими, переплетая. А после поднял и осыпал тонкую женскую кисть нежными поцелуями. Закусила губу от прилива нежности, как вдруг он накрыл её поцелуем. Таким лёгким и сладким, который достаточно быстро перешёл неистово-страстный, сильный и жадный. Руками сжимал её грудь, а член его уже упирался в её самое жаждущее место. Вновь начала движение бёдрами, желая скорее ощутить его в себе, на что Кеманкеш лишь усмехнулся сквозь поцелуй. Ему нравилось изводить её в постели, доводить до самого пика, предела желаний. Но долго играть он не смог. Не удержался. Его тело изнывало от тоски по ней. По её изгибам, губам, рукам, поцелуям и этому шёпоту, что просто сводит с ума и ещё долго отдается эхом в его голове. А она уже дважды простонала его имя. И застонала ещё раз, так сильно, упоённо и громко, что, казалось, содрогнулись те горы, когда он оказался внутри. Буквально впилась ногтями в его спину и закинула ножки на верх. Движения Кеманкеша почти сразу же стали жёсткими и быстрыми, не оставляя им обоим и шанса сохранить самообладание и не отдаться сильнейшему наслаждению, забывая о том, что они не одни в этом мире. Остаток этого дня, как и ночь, провели вместе, почти не отрываясь. Неудержимая страсть и желание сменялось всепоглощающей нежностью и наоборот. Они теперь есть друг у друга. Навсегда. - Ну что, ты сказала ему? - спросил Булут-ага с непонятным для остальных восторгом, когда принёс Кёсем Султан очередную порцию щербета с базиликом, вкус которого был весьма специфичным. - Не сказала - проговорила почти обиженным голосом, взяла напиток и уселась на тахту, устремляя свой взгляд в сторону террасы. - Но почему? Почему не говоришь? - обошёл её с другой стороны и вновь пристал с вопросами. - Момента подходящего не было - поставила стакан на поднос и внезапно уставилась на него - а ты не меня расспрашивай, а лучше сам расскажи - ехидно усмехнулась. - Что? - несчастный евнух нервно сглотнул. - Почему это Дилек-калфа всё время около тебя ошивается? Что не посмотрю, она рядом. Вы так скоро единым организмом станете! - злилась, ведь внимание верного друга теперь рассеивались из-за появления этой женщины, но когда услышала то, что сама же и сказала, внезапная догадка озарила её светлый ум, заставив прикрыть ладонью рот от удивления - вы что, вы... - Госпожа моя, что вы - Булут замахал руками, чуть ли не опрокидывая поднос и резко побелел, а после и покраснеть успел, не зная что делать в подобной ситуации, ведь отрицать очевидное было уже очень глупо. Кёсем громко рассмеялась, глядя как евнух за доли секунды меняется цвет лица, не находя себе места. - Аллах-Аллах, иди Булут-ага, иди же - взмахнула рукой, продолжая смеяться - я ещё подумаю что с вами делать. - И о чём же ты мне не сказала? - послышался любимый бархатный голос сзади. Кеманкеш вышел с террасы, когда дверь за евнухом закрылась. - Ты давно там стоял? - глаза её вдруг округлились, а сердце ускорено застучало. - Достаточно давно - улыбнулся и подошёл ближе, беря её за руку - ну так что? О чём я должен знать, жизнь моя? М? - Видимо это и есть тот самый подходящий момент - проговорила себе под нос, чем вызвала ещё большую улыбку у мужчины - Мустафа, любовь моя, - встала и начала нервно теребить пуговицы на его кафтане, подбирая слова - милый, наша любовь дала свои плоды, я.. я беременна! - последнюю фразу буквально выпалила и уставилась ему прямо в глаза, ожидая реакции. - Кёсем, ты жизнь моя и её смысл, а теперь ты подарила мне ещё один. Ещё одну любовь, ещё одну душу, которую я всегда буду любить так же сильно - крепко обнял её, ощущая безграничное счастье. - Ещё кое-что - проговорила, выпутываясь из-под его сильных рук. Кеманкеш вопросительно поднял бровь - ты же весь разговор слышал? - Угу, ты про Булут-агу? - спросил и хмыкнул, вспоминая всё происходящее. - Да, что мы с ним делать будем? Мне кажется он заслуживает счастья - говорила и медленно наклоняла голову чуть на бок. Делала так, когда что-то просила. Мужчина вновь по-доброму улыбнулся. - Передай ему, что выкуп меньше ста тысяч акче за невесту не принимается - окинул её лукавым взглядом. Кёсем хихикнула. - Значит и ты уже прознал о его умении зарабатывать? - вновь прильнула к груди мужа, кутаясь в его теплых объятиях - подожди-ка - вдруг отстранилась - ты знал - ткнула в него указательным пальцем - ты ведь всё уже знал, по этому твоя реакция такая спокойная - Кеманкеш молча продолжал на неё смотреть, наблюдая за тем, как мысли постепенно приходят в её голову - но откуда? Кто сказал? - ненадолго задумалась - Булут? Булут-ага, так ведь?! - спросила, прищурившись. Мужчина лишь едва заметно кивнул - ну Булут-ага, ах ты евнух проклятый ! Подожди, устрою я тебе свадьбу, да такую, что от души все повеселимся ! - закричала и вылетела пулей из покоев в поисках этого предателя. Теперь уже Кеманкеш стоял на том же месте у тахты и заливисто смеялся. - Султанша, посмотрите на эти платья - неуверенно произнесла служанка. - Аллах, что это? Девушки, вы верно издеваетесь на до мной? Или просто не понимаете важности события этого дня? Это всё не то, унесите - недовольно замахала рукой, мысленно ругая себя за то, что выбрала себе в услужение столь нерасторопных хатун. Султанша стояла напротив огромного зеркала во весь рост, инкрустированного драгоценными камнями, что вполне было в её стиле и по статусу. Волосы уже были собраны в строгую прическу, из которой, как и когда-то в юности, постоянно выбивался непослушный локон у лица. Одета она всё ещё была в ночное платье и халат, ведь одежды, подходящей к сегодняшнему дню госпожа ещё не увидела. - Как она? - тихо спросил мужчина у служанок, когда те уже в четвертый раз выбегали из покоев. Хатун только замотала головой, показывая, что госпожа не в настроении - Кёсем, жизнь моя, - раздался любимый низкий бас позади. Вскоре в зеркале показался Кеманкеш, на руках которого сидела голубоглазая кудрявая малышка двух лет в милом светлом платьице, что так подходило к цвету её волос. Женщина мягко улыбнулась - не переживай, всё пройдёт гладко - подошёл так близко, что даже с прикрытыми глазами ощутила насколько он рядом. Мужчина нежно поцеловал её в шею и замер, глядя на её отражение в зеркале. Она прекрасна, как и всегда. Он действовал на Кёсем словно успокоительное, её тревога вмиг отступила. Дверь открылась, а за ней показалась двенадцатилетняя девочка, с такими же карими глазками и темными волосами, как и у папы. Полная противоположность младшей, но обе они были очень красивыми. - Валиде, посмотри на эту корону, мне кажется она очень тебе подойдёт - девочка протянула массивное, но весьма изысканное изделие из золота и рубинов. - Спасибо, милая, - нежно провела по щеке дочери - она и правда прекрасна. - Арзу, милая, забери сестрёнку и проведай Мехмеда, мне кажется он тоже переживает, хоть и старается не показывать этого - мягко проговорил Кеманкеш и отдал малышку старшей дочери. - Не в платье ведь дело? - обнял голубоглазую сзади за талию и прижал к себе, когда остались одни. - Конечно не в платье - положила голову ему на плече и устало выдохнула - Мехмед, наш мальчик, уже такой взрослый и это очень серьезный и важный шаг не только для него, но и для будущего всего нашего государства - Кеманкеш усмехнулся. Он почему-то всегда по-доброму улыбался, когда слышал что-то про судьбу государства из уст жены. - Знаешь, я думаю он справится. Мы вырастили достойного приемника - спокойно ответил, прижимая любимую к себе - а платье красное надень, как в день нашей свадьбы, ты будешь неотразима. - Внимание! Объявляется начало церемонии передачи трона!