Глава 29

POV Тэхён

Я сажусь на ступеньку крыльца, пытаясь остудить голову и освежить мысли. На улице вновь шёл дождь. В доме царила новая, но гармоничная для всех суета. Надеюсь, остальным не сильно будет дело до того, что произошло. Значит кто-то подставил меня во время гонки… Это вызывало ярость, но не удивляло. Что-то в этом имело правильную закономерность и не вызвало во мне сожаления. Я веду плечом, проверяя его подвижность. Помимо пары сломанных ребёр, у меня сместилась ключица. Реабилитация предстояла долгая, но вернуться в гонку я должен был уже в ближайшее время. Травмы не помешают мне закончить этот сезон. — Первая ссоры голубков? — усмехается Сэм, выходя из дома. Не понимаю в какой момент его присутствие стало таким обыденным и нормальным. Он был дорог Согён, несмотря на их вечные споры, поэтому я готов был с ним мириться. — Исчезни, — отмахиваюсь я. Несложно было понять почему Согён и он так быстро спелись. Они оба были шумные и разводили гвал не с чего. Их вечные споры, ссоры и жесткие подколы стали почти привычны, но сейчас были мало уместны. — Да ладно тебе, — отмахивается он как ни в чём не бывало. — Что случилось? Я не хотел провоцировать Согён на ссору, хотя понимал, что она на взводе и конструктивного диалога не получится. Всё же не сдержался и поторопился, а теперь ощущал лишь сожаление. Нас выбили из равновесия последние события, и теперь предстояло с этим справиться. — Я наговорил лишнего. — Уверен она тоже, — пожимает плечами Сэм. — Я же прекрасно знаю её. Над нашими головами из комнаты Согён слышится какой-то грохот. Не было сомнений, что девушка бушевала. Она точно не из тех, кто бесполезно льёт слезы и страдает. Скорее ей надо что-то погромить, чтобы успокоиться и переосмыслить свои поступки. Сэм садится рядом, и теперь мы вместе наблюдаем как капли дождя бьются о зелёные листья множества неизвестных нам растений. Этот зелёный хаос почему-то выглядел очень красиво в этом дворе. Кажется у Согён и её мамы были схожие вкусы. Они умели создавать из всего. Я выдыхаю и ерошу волосы. Где-то в груди свербит от неприятного ощущения. — Вы не хотели обидеть друг друга, а это самое важное, — поддерживает меня Сэм. — Если на чистоту, то мы с Согён много работали вместе. Она любит решать проблемы самостоятельно, считая, что никто не должен ей помогать. — Идиотская затея, — хмурюсь я. Наша нынешняя проблема явно не могла решится так просто без сторонней поддержки. У нас есть весомая улика, но что-то подсказывало мне, что этого слишком мало. Мы не должны упустить это видео и должны его подкрепить чем-то сверху. К тому же меня беспокоило её увольнение. Так не должно было получиться. Она столько себя отдала всему этому, и всё так плохо закончилось. — Думаю, тебе нужно будет сильно постараться, чтобы избавить её от такой привычки, — усмехается Сэм. — Именно поэтому я предпочитаю оставаться свободным! Мне хочется сказать, что проблема не в его выборе, а в его ужасном характере, но я себя сдерживаю и просто киваю головой. Хватит с меня на сегодня одной ссоры. — Сейчас надо решать более насущные вопросы. Что будешь делать? В команде явно что-то происходит. Чимина пытаются убрать, а тебя даже убить. Я пришёл в команду только в этом сезоне, но это не значило, что я могу игнорировать её проблемы. Мне не хотелось бы менять её состав сейчас. Работать с Чимином было комфортно. Он хорошая пара и умеет срабатываться в команде, поэтому меня не беспокоило, что между нами могут возникнуть сложности и споры, когда поступали команды о смене позиций, прикрытии и помощи на трассе. Иногда победа команды ставилась в приоритет личных побед. — Если это правда Крис, то он перешёл все границы, — говорю я. Сэм задумывается. Он качает головой и вздыхает. — Крис урод. Во времена, когда он пытался ухаживать за Согён, он делал всё, чтобы угодить ей, — хмурится парень. — Он всё время меня бесил и казался лицемерным придурком. Было много тревожных знаков. Жаль, что я тогда ещё не настоял на своём и не развёл их. Она ведь сомневалась и чувствовала, что он на неё давит. Парень хмурится и качает головой. Возможно его это гложило всё это время. — Не удивительно, что он теперь ей палки в колеса вставляет. Уверен, что его раздутое эго не может справиться с тем, что она может жить без него дальше. Ему всегда претил её успех. Я сжимаю кулаки. У меня было много поводов прости начистить ему морду, но я знал, что Согён беспокоиться именно об этом. Нельзя было терять контроль и собственноручно вручить в его руки туза. — Вопрос в том, что мы можем доказать, — отвечает Сэм. — И что мы можем сделать с этим. — Для начала — найти Лиама, — подвожу итог я. — Он тот, кто сделал всё, а значит главный свидетель. — Мария скинула мне профайл, но там не так уж много информации. Хотя адрес есть, — соглашается Сэм. — Наведаемся? — Прямо сейчас? Напомню, что ты хромаешь на одну ногу и у тебя сломаны ребра. — Я в порядке, — отвечаю я, хотя мы оба знаем, что это не совсем правда. — Ты врёшь, — Сэм смотрит на меня с лёгкой усмешкой. — Но я тебя понимаю. Сидеть и ждать такой себе вариант. — Тогда что ты предлагаешь? — Для начала — подождать. Собрать больше информации. Я поговорю со своими знакомыми в полиции. Они могут пробить Лиама по своим базам. Узнать, где он сейчас, с кем связан. Потом подключим твоих родителей. Они первоклассные юристы, поэтому не сомневаюсь, что помогут разложить всё по полкам. — А если он уедет? — спрашиваю я. — Если Крис его прикроет? — Знаешь что… Я предпочитаю действовать по факту, — отзывается Сэм, не собираясь считаться с моими переживаниями. А вот и причина почему они с Согён такой прекрасный дуэт. Решать проблемы по мере поступления это совершенно точно их общая черта. Возможно именно это помогло им добиться карьерный высот и в своё время стать элитными спортсменами. — Сейчас есть более важный вопрос. Надо любой ценой вернуть в дело Согён. Статус твоего менеджера мягко развязывал ей руки, а теперь она буквально отстранена от работы команды и не может влиять на то, что происходит вокруг тебя. Если тебе назначат кого-то выгодного для Криса, то плакали твои контракты и развитие как спортсмена. — Я могу нанять её как личного менеджера, независимо от компании. Мой контракт позволяет мне регулировать эти вопросы самостоятельно. — Сделаем это по-тихому. Чем позже об этом станет известно компании, тем лучше. Я уговорю её на одну авантюру, — Сэм ловит мой скептичный взгляд. — Совершенно безопасную! — На следующей неделе я уезжаю в Нью-Йорк на реабилитацию и тренировки, так что думаю у нас будет предостаточно времени провернуть всё тихо и без лишнего внимания. В этот момент дверь открывается и выглядывает Согён. Он насуплено оглядывает нас. — Идемте ужинать. Стоит мне немного выглянуть, как я замечаю в окне спальни девушку. Она бросает на меня взгляд, и я понимаю, что она слышала весь наш разговор.

POV Согён

Я ненавижу ругаться с близкими, лишь потому, что не знаю как потом мириться. Что я должна сказать, чтобы исправить ситуацию. Когда сама выставила Тэхёна за дверь, я не думала, что пожалею об этом в следующую же секунду. За ужином разговор течёт как обычно. Я улыбаюсь и шучу над родителями, но в какой-то момент тема плавно переходит на будущие заезды в рамках Гран-при. И напряжение заметно сгущается. Тэхён выдыхает, пытаясь не слишком выдавать своё раздражение. Моя улыбка становится натянутой. — Сейчас стошнит, — бубнит сидящий рядом со мной Сэм. Я наступаю ему на ногу, и парень недовольно шипит. — Молчи и ешь, — шепчу я, делая вид, что ничего не произошло. — И не вмешивайся. — Если Согён уволилась из своей компании, то может наконец присоединиться к семейному бизнесу, — воодушевленно начинает мама. — Компании давно требуется свежий взгляд. Организация мероприятий не легкое дело, но ты всегда тянулась за результатом, так что тебе понравится. — В этой жизни я хочу организовывать только многомиллионные контракты, — усмехаюсь я. Я слышу как Тэхён рядом со мной усмехается. Моё сердце в этот момент вздрагивает. Никогда не думала, что рядом с любимым человеком так легко растечься в лужу и потерять всю спесь. Дурак. — И как ты планируешь это делать? — спрашивает папа. — Можно организовать собственный офис, но это потребует времени. — Сэм предложил присоединиться к штату компании, в которой работает он. Я думала рассмотреть это предложение. — Ты хочешь продолжить работать с Тэхёном? — уточняет его мама. — Конечно. И возможно ещё с пилотом Формулы-1, — я бросаю красноречивый взгляд на парня справа от себя. За столом на секунду воцаряется тишина. А потом я чувствую, как напряглись плечи Тэхёна. Не сильно — так, едва заметно. Но я знаю его достаточно, чтобы это уловить. — Формулы-1? — переспрашивает он, и в его голосе появляется та самая нотка, от которой у меня внутри всё переворачивается. — Серьёзно? Во мне что-то воспрянуло. Он отреагировал на мои слова. Какое облегчение. — А что? — я делаю глоток воды, стараясь выглядеть непринуждённо. — Говорят, у них бюджеты побольше. И пилоты… тоже ничего. — Ничего? — он поворачивается ко мне, и я вижу, как в его глазах загорается знакомый огонь. — Ты хоть раз была на их гонках? — Нет, но… — Но ты готова променять MotoGP на какую-то Формулу? — Я не сказала «променять». Я сказала «возможно». И что… «Какую-то»? Нам до их популярности, как по Сахаре пешком. Между нами пробегает искра. Не злости — азарта. — А я говорю — нет, — отрезает Тэхён, и в его голосе появляется та самая сталь, которую я слышу только перед самой опасной гонкой. — Ты не мой начальник, — напоминаю я. — Зато я твой первый клиент. — Ещё не первый. Он смотрит на меня долгим взглядом. Сэм за моей спиной тихо смеётся. — Она тебя дразнит, — замечает он. — Я знаю, — отвечает Тэхён, не отводя от меня глаз. — И ей это удаётся. Я не выдерживаю первой и улыбаюсь. Напряжение спадает. Мне становится гораздо легче. В благодарность за прекрасный ужин я беру уборку на себя. Оставшись на кухне одна, я включаю музыку и оглядываю фронт работы. Часть сервиза из маминой коллекции ручной работы, так что загружать его в посудомойку всё равно что подписать себе смертный приговор. Я бросаю взгляд на гигантское то ли лимонное, то ли апельсиновое дерево у холодильника. — Ну что, приступим. Говорят, что физическая работа избавляет от дурных мыслей и желаний, а мне сейчас очень хочется смыть с себя всё лишнее. Я быстро убираю волосы с лица и воинственно натягиваю кислотные резиновые перчатки почти до локтя. Внезапно в дверях появляется Тэхён со стопкой грязных тарелок, вынесенных из столовой. — Ты… — Я уберу со стола, а ты можешь начать загружать посудомойку, — предлагает сотрудничество он. Хочет первым извиниться и тоже не может? Я поджимаю губы, чтобы скрыть улыбку и киваю. В какой-то момент я стала подпевать и пританцовывать, но в моменте рядом со мной появляется ещё одна огромная стопка посуды, разрушаю все иллюзии. Когда готовила мама — кухня всегда превращалась в хаус. — Что? Её было так много? — Это всё, — он встает рядом со мной. — Мда, — вздыхаю я. Посудомойка полна кастрюль, тазов, обычных тарелок, так что выбора не остаётся и я разворачиваюсь к мойке. Чтобы открыть дверцу шкафа, мне нужно попросить Тэхёна уйти. Но я не хочу. Ритм песни становится более навязчивый. Кажется в каком-то году я танцевала под неё на чемпионате. Тэхён наблюдает за мной, замечая, как я киваю головой в такт. Мой взгляд перемещается на него и идея приходит сама собой. — Станцуем? Я сбрасываю перчатки и протягиваю руку в приглашении. — Давай же. Это не страшно, — улыбаюсь я. — Это же песня из «Шрека»? — Бинго! Она классная. И он соглашается. Мы танцуем прямо на кухне, под эту глупую, весёлую, совершенно неподходящую для момента песню. Я смеюсь, он улыбается, и в какой-то момент я забываю, что мы ссорились, что он меня обидел, что я его выставила за дверь. С нашего знакомства он стал двигаться куда лучше, и я уже даже не думаю, как подсобить ему, — просто позволяю кружить себя и смеяться. Его руки на моей талии, мои — на его плечах. Мы не стремимся к идеальному танцу, мы просто наслаждаемся моментом. «Then I saw her face, now I'm a believer…» Я запрокидываю голову и смеюсь, когда он пытается провернуть какой-то сложный поворот, и у него получается. Почти. — Ты улучшил свои навыки, — замечаю я. — У меня был хороший учитель. — Льстишь. — Правду говорю. Песня заканчивается, и я оказываюсь прижатой к его груди. Тяжело дышу, чувствую, как его сердце бьётся в такт моему. — Тэхён. — М? — Прости меня, — выдыхаю я, утыкаясь носом ему в плечо. — Я обещаю, что больше не буду ничего от тебя скрывать. Честно говоря, про своё увольнение я тоже не хотела говорить. Мне казалось, что эта новость выбьет тебя из колеи, и до того, как узнать о настоящей причине, я винила себя. Вот и вся причина почему я злилась и беспокоилась. Наверное, услышав, что во всем виноват подосланный Крисом человек я ощутила облегчение, а после смятение от ощущения, что могу позволить себе прикрыться поступком этого человека. Я видела как тяжело было Тэхёну, знала, что он рассказал не о всех травмах, и ничего не могла сделать. — Ну ты и дурочка. Он крепко обнимает меня. Сильнее, чем обычно. И все мои страхи рассыпаются в пепел. Гул в голове утихает. Тело расслабляется. — Я люблю тебя, — тихо признаюсь я. — Я знаю. — И я больше не хочу ссориться. — Я тоже. Он целует меня в макушку и наконец отпускает. — Давай домоем посуду и пойдём спать. У нас ещё много дел. За окном тихо шумит сад. В динамиках всё ещё играет музыка. Я мою посуду, а он вытирает сразу возвращая на свои полки. — Я долго думала как нам лучше поступить, — внезапно начинаю я. — Предлагай. — Я думаю, что нам нужно подготовить почву прежде, чем вступить в эту войну. В современном мире очень многое решают социальные сети и твой образ в целом. Если мы сможем собрать хороший отклик от людей, то они же выступят нам щитом перед компанией. Наши контракты уже дают свои плоды. Тэхён молчит, размышляя над моими словами. — Я знаю, что ты не очень хочешь публичности и тебе не очень нравится позировать перед камерами, поэтому не уверена в этом вырианте. — Но он самый верный, так? — Пока да, — я вытираю руки полотенцем, оглядывая чистую кухню. — Тогда ничего не поделаешь. Стань моим менеджером вновь, и я буду тебя слушаться. — Что? Мне не послышалось, — я улыбаюсь, заглядывая ему в лицо. — Ты слышала, — он закрывает дверцу шкафа и поворачивается ко мне. — Я выйду на трассу только, если ты будешь моим менеджером. Так что у тебя много работы. — У нас. У нас много работы. Сделаем всё, чтобы компания отныне и во век плясала под нашу дудку. — Какая ты кровожадная, — улыбается он.