Глава 31

POV Тэхён

На площадке наконец показывается Согён. Идут последние штрихи подготовки, и её появление сразу привлекает внимание всей команды. За ней следует несколько человек, следя, чтобы подол белого блестящего платья нигде не замарался и ни один локон прически не испортился. При виде меня девушка солнечно улыбается. Я подхожу ближе, подавая ей руку, когда она разувается у циклорамы и ступает на неё босиком. Её образ был полностью моей идеей. Мысль долго крутилась в голове, но я не был творческим человеком, поэтому, чтобы сделать всё в точности, как надо попросил помощи у Камиллы. То, как Согён мне доверилась и позволила сделать всё самому было очень важно. Я оглядываю её крылья, перья которых от работы вентиляторов двигаются словно живые. Её ангельский образ вышел в точности так, как я себе представлял. — Кажется с ними я больше похожа на Икара, — смущенно смеётся Согён. Она отступает на шаг назад и разводит руки, поднимая свои крылья вверх. Мы отказались от тяжелых каркасных крыльев за спиной. Конструкция была сделана так, чтобы эти крылья крепились к её рукам и не давали большую нагрузку на травмированную в прошлом спину. У Согён были длинные гибкие руки. В моменте, когда она делает движение крыло оживает вместе с ним. Яркий свет прожекторов просачивается сквозь белые перья, заставляя их сиять. Согён крутится, показывая мне весь свой образ, а я просто не могу поверить, что всё это по какой-то неизведанной причине досталось лишь мне. — Нравится? — У меня нет слов как это красиво, — признаются я и едва собираю свои мысли даже в этот ответ. Согён смущенно вспыхивает, но не сдерживает довольной улыбки. Фотограф приглашает нас на начало. Нас сажают рядом, так чтобы я был полностью повернут в кадр, а Согён показывалась из-за моего плеча. Её рука с крылом отпустилась мне на плечо, отчего казалось словно она меня укрывает. Фотограф ставит мой разбитый после аварии шлем в центр. Концепция того, что она мой ангел-хранитель сложилась сама довольно легко и естественно. В моих ощущениях это не было слишком. Наоборот я ощущал умиротворение рядом с ней, как и всегда мечтал. — Ты принёс свой шлем? — удивляется Согён. А после я ощущаю как её лоб прижимается к моему плечу, и вся фигура девушки сжимается, словно она только сейчас поняла весь мой замысел. Я в этой индустрии с самого детства. Когда оказался не нужен собственным родителям, и незнакомый человек нашёл во мне странный талант ощущать себя ненужным, а значит рисковать. Я часто за эти годы бывал на грани. На грани поражений, побед, взлетов и падений. На грани, когда хотелось закончить всё и не знать, что будет с моей жизнью дальше. В точке, когда я уже не мог ничего изменить или вернуть. В моменте, когда я подчинялся эмоциям и доводил себя до предела, подвергая опасности не только свою жизнь, но и окружающих. Я уважал и любил свою приёмную семью, но это не меняло моего желания уйти или сбежать прочь. В постоянной тревоге и вине я находил исцеление в высокой скорости и бесконтрольном риске. Несколько раз у меня были истории, когда я мог потерять лицензию. Но от себя не уйдёшь. В тот день, когда Согён появилась передо мной впервые, мне позвонили сотрудники опеки. Я искал своих родителей, и наконец они смогли дать мне ответ. Моего отца они так и не нашли, а матери не стало буквально за неделю до того, как им удалось выйти на неё. Я должен был ненавидеть её, так как отчетливо помнил как она оставила меня, но не мог. Я задыхался. Ощущение боли и отчаяние обрушились на меня так внезапно, что мне некуда было себя деть. И я направлялся к своему мотоциклу. Он спасал меня всегда. Это должно было помочь вновь, и плевать, что я не слышал в голове ничего, кроме стука собственного сердца. Я не видел ничего, кроме её удаляющегося силуэта в ту пугающую, преследующую меня в кошмарах ночь. Она опять, черт возьми, снова, меня бросила, и я так и не получил от неё крохи извинений. Сожалела ли она о своём поступке? Вспоминала ли про меня? Видела ли хотя бы одну мою гонку? Знала ли, что я всё ещё ищу её? Все эти вопросы кружили голову до тошноты. Меня трясло от гнева и боли. Где-то внутри меня наконец прорвало дамбу, и мыслить трезво мне было не под силу. Мне хотелось разрушить всё... И в тот момент, когда сквозь мои мысли прорезался женский усталый голос. Согён смотрела на меня с каким-то доверием и понимаем. Её просьба подвести была совершенно неуместна, но что-то заставило меня направиться к машине вместо мотоцикла, открыть для неё дверь и выполнить эту просьбу. Странно, что на грани собственного падения в тот вечер я просто наблюдал как незнакомая красивая девушка выбирает себе туфли. Что-то в том как она отчаянно держалась и боролась за себя было цепляющим. Чем бы мог тогда закончится мой заезд в совершенно невменяемом состоянии? Кто знает, но с того момента я уже считал Согён своим ангелом-хранителем. И не описать того облегчения, когда я увидел её в переговорной рядом с Чимином. Она не бросила меня и не исчезла, а была здесь и сейчас. Согён заставила меня вспомнить, что по-настоящему важно. Встать после падения, пусть о нём и никто не знал, было тяжело. Но она была маяком в бесконечной тьме. И её борьба заставила меня тоже искать ответы к тому, что внутри меня. Может быть Согён никогда и не узнает всей правды, и для неё навсегда этот образ останется в связке с недавней аварией, но я всегда буду помнить, что спасла меня она гораздо раньше. Фотосессия продолжается, но я не чувствую прежнего дискомфорта от вспышки камеры и комментарий людей вокруг. Мне важен лишь человек передо мной. Её улыбка, взгляды, просьбы и смех. Присутствие Согён красит весь этот процесс. Она чувствует себя так естественно и легко, что внушает спокойствие мне. И мне уже не хочется никуда бежать, забывая себя в скорости и риске. Команда под её очарованием заметно расслабляется, и работа легко ладится. — Вы невероятно красивая пара, — улыбается помощница фотографа, которая большую часть времени была у ноутбука. — От вас веет какой-то магией. — О, спасибо! — улыбается Согён. Мы меняем образы и продолжаем работу. Согён в моей спортивной куртке с номером смотрится идеально. И пусть эта идея стара и проста, но мне она приносит удовольствие. Я сдержаннее и спокойнее, чем она, но это не мешает ей проявляться, корчит рожицы, дразнить меня или танцевать, заставляя всю команду заливаться смехом. Мне нравится то, как она открыта миру. Я люблю наблюдать за тем, как в случайном кафе она заводит разговор с незнакомцем, как не стесняется танцевать под понравившуюся песню на глазах у всех, как смущается комплиментов и замирает, наблюдая за тем, что считает красивым. Вместе с ней мне хотелось жить лишь в моменте и позволить себе дурачиться. Согён оказывается чуть ближе, чем нужно. Её пальцы касаются моего подбородка, поворачивая лицо к свету. Фотограф щёлкает, не переставая. — Тэхён, — шепчет она. — М? — Ты сегодня какой-то задумчивый. Всё в порядке? Всё прекрасно. — Вспоминал, как мы встретились. — Пожалел? — она усмехается и прищуривает глаза. — Что ты спасла меня? Нет. Согён замирает, и на её лице отображается удивление. Она смотрит на меня, и я вижу, как её глаза становятся серьёзными. Уверен, что она не понимает о чём я, и это заставляет меня лишь улыбнуться. Я переплетаю наши пальцы и касаюсь своим лбом её. Согён смотрит на меня снизу вверх доверчиво и с нежностью. — Тогда мы спасли друг друга, — шепчет она. Площадка заливается аплодисментами и объявляют окончание работы. Мы благодарим всех за проделанную работу и покидаем съёмки вместе. Перед этапом в Японии наши фотографии с фотосессии со страницы в социальных сетях перекочевывают в издательства, мелькают в интернете, и каждый считает своим долгом выяснить о нас все подробности. Согён предпочитает заглушить весь общий шум, и это снимает с нас кучу лишней суеты. Мы в отеле готовимся к нашему совместному выходу. Ещё две недели я нахожусь на лечении, поэтому нам показалось, что такой масштабный этап будет лучшим местом, чтобы заявить о моём состоянии и перестановках внутри команды. — Какое платье лучше? Согён появляется в дверном проёме с двумя вешалками. Сначала она накидывает на себя белое платье с свободной юбкой, а после второе — красное по фигуре. — Тебе какое нравится? — Мне? Я бы в пижаме пошла, — явно переживая по этому поводу раздраженно вздыхает девушка. — Тогда давай в пижме. Я тоже её люблю больше, — усмехаюсь я, но она лишь закатывает глаза и вновь исчезает в ванной. Через мгновение Согён появляется в кардигане с национальными японскими элементами и легкой юбке. Я умалчиваю, что этого варианта не было ни в одной подборке из всех дней, которые она планировала наш выход. Согён мерит одну пару туфель за другой, пытаясь определиться какая будет лучше. Наконец она останавливается на красных лодочках. Я усмехаюсь. Моя любимая пара. — Надеюсь это не будет слишком, — бормочет она, проносясь мимо меня и на ходу снимая бигуди с волос. Чёлка мягко падает на идеальный лоб, едва прикрывая её зелёные глаза. Никогда не думал, что мне будет так сильно нравиться наблюдать как собирается моя девушка. То, как она красилась, как укладывала волосы, перебирала наряды, делала фотографии и параллельно решала какие-то вопросы — всё в этом процессе было интересным, правильным. Каждое действие имело место и время, словно загадочный ритуал, который понятен лишь девушкам. — Я готова, — сообщает Согён, но я понимаю это уже в моменте, когда по комнате разносится аромат жасмина её любимых духов. Это всегда финальных штрих в подготовке. — Идеально, — сообщаю я ей, указывая на часы. Она всегда успевает вовремя. Мы спускаемся вниз и сразу садимся в поданную машину. Согён согласует несколько вопросов, а потом наконец откладывает телефон в сторону. — Не передумал? — С чего бы? — спрашиваю я у неё. — Просто… Ну опубликовать фотографии это одно, а появиться вместе здесь и сейчас совсем иначе, — объясняет она. — Потом не будет пути назад. — А он мне и не нужен. Я не сомневаюсь в том, что делаю ни на мгновение. Машина останавливается, а после нам открывают дверь. Я беру её за руку, и мы вместе выходим из машины. Согён крепче сжимает мою руку, и мы вместе преодолеваем пропускную зону, направляясь сразу к нашим ребятам. В гараже нас встречают довольным гулом. Повсюду камеры, но никто не придаёт им значение. Я знакомлюсь со своей заменой и вместе с Чимином мы обсуждаем трассу. Согён о чём-то шепчется с Максом и улыбается, когда он предлагает ей надеть наушники. — Спасибо, но там не мой пилот, поэтому я пожалуй откажусь, — говорит она. Перед началом гонки мы перемещаемся на VIP-трибуны. Согён на мгновение напрягается, но нас встречают достаточно приветливо. Среди гостей оказывается несколько компаний, с которыми у нас контракты, а за пару минут до начала появляется Сара. Знакомые лица и легкий разговор мгновенно разряжают обстановку. — Вы сегодня главные звёзды, — шепчет мне Сара, кивая в сторону операторов, которые то и дело наводят на нас камеры. — Неплохо, — оценивает она, переглядываясь с Согён. — Я ради этого приехала. Никогда не думал, что пиар может быть таким. Долгое время я считал, что это лишь иллюзорная ложная картинка, за которой нет ничего, кроме пустоты. Это было слишком категоричное мнение. — Мы всегда естественны, — отвечает Согён, и я чувствую, как её пальцы чуть крепче сжимают мою руку. Сара улыбается и возвращает на своё внимание к трассе. В момент гонки несколько раз показывают нас на трибуне, но мы слишком увлечены обсуждением происходящего, чтобы заметить это сразу. В такие моменты Сара толкает меня в бок, заставляя переключить внимание на камеры. — Он прошёл! — восклицает Согён, когда Чимин совершает рискованный обгон на шестом круге. — Ты видел? — У него сегодня есть все шансы на подиум, — замечаю я. Не легко наблюдать за гонкой со стороны, но сейчас мне нужно было признать себе, что травмы после аварии были серьёзнее, чем я думал. Нужно было время и терпение, чтобы восстановиться. — Я говорила, что у него получится. Я смотрю на Согён. На её горящие глаза, на лёгкий румянец на щеках. Она здесь, в своей стихии. Среди скорости, риска, побед. Её уже не смущает постороннее внимание и чьи-то перешептывания. В какой-то момент девушка достаёт из своей сумочки флаг с номером Чимина. — Мне уже начинать ревновать? — смеюсь я, когда девушка поднимает его вверх. — Не будь вредным, — отмахивается она. — Он наш друг! Гонка заканчивается вторым местом для Чимина и победой для Алекса. Согён подскакивает со своего места и победно вскидывает руки. Мы спускаемся в парк-чемпионов, где победителей уже ждут механики, журналисты, толпа фанатов. Чимина берут в окружение, и мы дожидаемся той свободной минутки между этим моментом и награждением. — Ты был великолепен, — делится Согён, обнимая парня. — Я чертовски мокрый и вонючий, так что осторожнее, — шутит он, слегка приобнимая её. Призовое место в таком крупном этапе стало хорошей пощёчиной для компании, которая попыталась избавиться от него. По всей видимости Мария и Согён обсуждают именно это. Обе девушки выглядят максимально довольными. Флаг из рук Согён кочует на спину Марии, почти скрывая её маленькую фигуру, как покрывало. — Поздравляю с подиумом, — мы пожимаем руки. — Я думал, что сдохну. Было чертовски жарко, — честно делится Чимин. Воздух был влажный и нещадно палило солнце. Условия для гонки отвратительные, что делало эту победу ещё более важной. Сегодня здесь победил опыт и навык, а не просто скорость. — Ледяная ванная за гаражом. Тебе стоит нырнуть перед награждением. Ещё есть минут десять. — Я потом под дулом пистолета не влезу в этот костюм, — морщится он, — так что подождёт. На мгновение парень затихает и просто наблюдает за Согён и Марией. Девушки уже общаются с командой и над чем-то весело смеются. После гонки в гараже всегда появлялось чувство облегчения и удовольствия. А победы приносили ещё и праздник. — Ты знаешь, — говорит Чимин негромко, — я ведь в какой-то момент хотел сдаться. Даже был согласен, что мой контракт аннулируют. А потом Мария показала мне запись с брифинга, и я понял, что не могу подвести их. Девочки столько стараются, чтобы нам помочь. Нам стоит быть благодарными. — Это точно, — без всяких сомнений соглашаюсь я. — Тебе пора. Увидимся на вечеринке. Чимин кивает, когда к нему подходит Мария и они вместе уходят на награждение. — Господин Ким Тэхён, разрешите пару вопросов, — обращается ко мне молодая журналистка, отделяясь от толпы, стремящейся поймать момент награждения. — Да, конечно. Отвечать на чьи-то вопросы не входило в мои планы, но раз появилась такая возможность мне стоило выступить. — Как ваше самочувствие после всего случившегося? — будто старая знакомая интересуется она. Я выдыхаю. Нельзя терять самообладание или спешить с ответами. Я быстро нахожу взглядом Согён и убеждаюсь, что она всё ещё рядом с Максом в относительной безопасности. Она общается с молодым пилотом, ставшим на мою замену в команде. — Я максимально использую отведенное мне на восстановление время. Есть несколько моментов, но я в процессе работы. Надеюсь, что вернусь как можно скорее. — Какие будут комментарии по поводу случившегося? Известна ли причина поломки? — Сложно сказать. Во время заезда мотоцикл повело, я потерял управление и вылетел с трассы. Уверен, что причина не связана со мной, — прямо отвечаю я, намекая на то, что в работе есть проблемы. — Сейчас ведётся расследование и выясняются истинные причины. Всё, что я должен сделать в этой ситуации поскорее вернуться в строй. Внезапно мне на плечо мягко опускается рука Согён. Девушка выглядывает из-за меня и нагло улыбается журналистке. Я даже не заметил её приближения. — Прошу прощение, но у нас ещё есть несколько важных дел. — О, благодарю за внимание. На этом мы закончим, — девушка быстро исчезает с поля зрения, словно ничего и не было. Я переглядываюсь с Согён. — Ты в курсе кто она? — Даже не подозреваю. — Она из основного спортивного издания Токио. Они обозревают все спортивные события в течении недели и выдают шикарные развернутые статьи. Хорошо, что вы с ней столкнулись. — Это была случайность. — Всё хорошее происходит случайно. Мы выходим в паддок, направляясь к нашему моторхоуму. Там всё необходимое, чтобы привести себя в порядок и подготовиться к предстоящей вечеринке. Мы намеривались появиться там всей нашей командой. — Надо же, какое совпадение, — перед нами появляется миловидная девушка с широкой улыбкой. — Риз, — натянуто отвечает Согён. — Ты что-то хотела? — Поздравить вас с новым этапом. Вы прекрасно выглядите вместе. Я давно это говорила. Вот только её слова ни капли не сквозят искренностью. — Слышала, что ты перешла к Саре. Это довольно неплохое место для карьерного роста. — Верно. Мой контракт с Тэхёном продолжится через стороннюю компанию. — Не боишься, что ваши отношения помешают карьере? Согён смотрит на неё. Потом на меня. Нам хватает взгляда, чтобы понять друг друга. — Его карьера — моя карьера. И наоборот. Я ничего не боюсь. — Прекрасные слова, — улыбается Риз. — Что ж, не буду задерживать. Увидимся на вечеринке. Слышала, что Крис с женой будут открывать вечер. Я рвано выдыхаю, желая как можно скорее избавиться от этой неприятной девушки. Будто прочитав мои мысли, Согён быстро сворачивает всю эту беседу. Мы наконец оказываемся в стороне, где до нас уже никто не может добраться. — Почему убивать людей противозаконно? — заявляет девушка, стоит двери нашего моторхоума закрыться. — Я бы избавилась от неё с особой жестокостью. Они бы и пыли не нашли после этого. Из-за угла выглядывает наш инженер и странно косится на девушку.