Часть 4

«Ничего не делала?! Ещё как делала! Ты пренебрегаешь шикарным камамбером слишком долго! И в итоге он заплесневел и расквасился!»

(Плагг).

Меня накрывает странное чувство, будто я упал в океан. В такой бездонный, неизмеримый и бескрайний. Вода заполняет мои легкие. Чувство нехватки воздуха в первые минуты вызывает дикое желание сделать вдох. Мышцы ломит, в голове туман, и тело словно сводит агонией. Но через мгновение боль уходит и остается только пустота, как будто океан забрал в себя все мои страдания, душевные переживая и тревогу, а на замену им пришел покой, столь мной желанный. Я медленно иду ко дну, погружаюсь в пучину бездны, во тьму. А сверху, где гладь, все еще ярко светит солнце. Я вижу его свет, но мне до него не дотянуться. В этот момент я почему-то вспоминаю отца. Возможно, глубоко в подсознании я все же не хочу терять связь с внешним миром. Ищу спасения в единственном родном человеке. Перед глазами возникает его образ. Статная осанка, идеально уложенные волосы и строгий белый костюм. Даже в солнечную погоду он не снимал пиджак. Для всех он модный дизайнер, серьезный человек в индустрии моды. Для меня же — отец, который заваривает крепкий кофе с первыми лучами солнца. Выходит на балкон своей комнаты, опирается руками о металлический парапет и просто наблюдает восход. Я знаю эту его слабость — греть руки о керамическую кружку в прохладное утро, оставив за спиной фарфор и роскошь, он выбирает то, что проще. Именно в этот момент — он настоящий. Почти каждое утро я наблюдаю за ним из окна своей комнаты. Мне нравится видеть его таким — простым. Без маски высокомерного, горделивого дизайнера. Боюсь быть замеченным, хотя понимаю, что это невозможно, осторожно отодвигаю занавеску и всматриваюсь в его черты. С тех пор, как умерла мама, на его голове остались только седые волосы, а глаза не выражают радости, задора и веселья. Ничего не осталось от прежнего Габриеля Агреста, лишь оболочка. Я тяну руки к образу, но он растворяется, едва коснувшись моих пальцев. А в голове звучат лишь голоса. — Отец снова не спустится? — в пучине океана я слышу собственный голос. — Он сказал, что сегодня позавтракает у себя, — отвечает Натали. — Ему что-нибудь передать? — Нет, ничего. Закрываю глаза и продолжаю погружаться, будто утопаю в собственных воспоминаниях. Солнце, что так ярко светило над моей головой, тускнеет с каждой минутой. И теперь уже не кажется мне столь привлекательным. Желание проснуться становится все слабее. Откуда-то со стороны доносится голос друга… Нино! Открываю глаза и не могу понять, где я? Каменные стены, над головой отопительные трубы. Напоминает наш школьный подвал. Письменный стол, настольная лампа и мой друг в длинном сером плаще со шляпой на голове в стиле федора. Я едва сдерживаю смех. Заморочки Нино всегда необычны и забавны, но улыбаться нельзя, ведь все это он воспринимает всерьез. В тот момент я даже не догадывался, что его слова разобьют моё мировоззрение на осколки. — Я знаю это, потому что Карапас — это я, а Рино Руж — Алья, — звучит голос Нино. — Что? Но как ты узнал, что Рино Руж это Алья? — Леди Баг сама открыла нам наши личности. «Этого просто не может быть!» — все внутри меня взбунтовалось. И с новой силой ранее пережитые эмоции захлестнули разум. Ох уж эти нерушимые правила, которые созданы только для нас двоих! А может это просто предлог, чтобы избавиться от меня? Как удобно вечно ссылаться на тайну личности! В гневе я прогоняю мираж махом руки. Пусть проваливают со своими двойными стандартами! Не замечаю, как меркнет свет вокруг меня. Глаза уже привыкли к полной темноте, и тьма вокруг меня не пугает. Отнюдь. Мне очень даже хорошо в её объятиях. Вот только холод, пробирающий до костей, вызывает неприятные чувства. По телу пробегают мурашки, и всей своей кожей я словно чувствую мороз. Он заставляет меня свернуться калачиком в жалких попытках согреться. Я не знаю, где я, но здесь чертовски холодно! — Эй Супер Кот! — уже без миража всплывает новое воспоминание. Я закрываю глаза, знаю, что будет дальше, знаю каждое слово этой Лисы, но почему-то продолжаю слушать. — Это Рино Руж. У нас с Леди Баг есть план. — Отлично, я в деле! — я слышу свой радостный голос. — Нет, подожди! Как бы это сказать. Это наш план, он касается только нас двоих. Опять я не у дел! Всем было бы лучше без меня! Отец посвятил себя карьере. Друзья и не заметят моего отсутствия, а Леди Баг будет только рада, что отвязалась от назойливого поклонника. Я сгораю в череде ежедневных событий, бессмысленных, нелепых и пустых. Превращаюсь в пепел. Остается только оболочка, которая продолжает жить, шутить и улыбаться. Я понимаю, что во мне что-то погибло. Что-то очень важное. Часть моей души. Пространство вокруг меня словно из жидкой субстанции. Уже не вода, как было наверху. Как будто мои отрицательные эмоции работают как загуститель. Однако материя вокруг податлива, плывет по направлению моих рук и меняется согласно моим мыслям. Словно живая, она разделяет мою тоску и боль, желает защитить. Я делаю плавные круговые движения, формируя вокруг себя барьер. Он эластичный, но в то же время прочный в соответствии с моим настроением. Никто не проникнет сюда без моего желания! *** Закрыв глаза и свернувшись калачиком, я стараюсь погрузиться в сон, но шум, доносящийся извне, отвлекает. По ту сторону барьера отчетливо доносится звук борьбы и хорошо знакомые мне голоса. «Команда героев» пришла меня спасать! Как же! Я не нуждаюсь в вашей помощи! Сильнее смыкаю веки, и пузырь вокруг меня становится плотнее, а звуки за его пределами — тише. Я безмерно рад отгородиться от них. Они мне больше не нужны! Никто из них! Здесь очень холодно. Однако несмотря на это, мне практически удалось заснуть. Быстрее бы они ушли! Как же я устал! От всей этой бесконечной волокиты дел, борьбы, рамок и запретов! Скорей бы провалиться в сон! Прошло всего лишь несколько минут, и наступила тишина. Безмолвная, звенящая. Но через закрытые веки до меня доносится свет. Он приближается и становится все ярче. Такой тёплый и приятный. Хочется окунуться в него полностью, согреться в его лучах. Я открываю глаза, чтобы посмотреть. Кто же или что же его излучает? Но через плотную стенку пузыря мне виден лишь размытый силуэт. Он отдает красными оттенками и постоянно движется, словно пытается удержаться на плаву. Но вот мгновение и — образ замирает прямо возле меня. Нас разделяет стена. Я кладу ладонь на плотную стенку барьера и чувствую, как этот некто тоже прислоняет свою руку к моей. Внутри все предательски сжимается, ощущая нечто родное сердцу. Мешкаю. Мысли о сне растворяются, а желание увидеть источник света захлёстывают разум. Я решительно толкаю руку вперед. Прохожу через границу. Всего мгновение и ощущаю, как в мою ладонь ложится чья-то рука. Душа трепещет от её прикосновения. Она теплая и аккуратная, меньше, чем моя. Внутри меня поднимаются забытые чувства, распыляют меня, и я теряю голову. Все моё нутро требует этого света. Я осторожно сжимаю тонкую руку и провожу её сквозь границу, затягиваю в пространство пузыря. Удивляюсь самому себе, ведь каких-то пару минут назад ни с кем не хотел его делить. Теперь же горю от нетерпения встречи с ней. Кто она — мой источник света? Я вижу девичью руку, одетую в длинные красные перчатки в черную точку. Но чем больше я позволяю гостье войти, тем сильнее убеждаюсь, что это не перчатки, а костюм. Его окрас мне знаком. Миледи?! Почему?! Почему моё сердце так на тебя реагирует? Начинает биться чаще! Я хотел забыть тебя! Хотел закрыться ото всех! Но стоило тебе появиться, как мои стены рухнули! Ты обладаешь безграничной властью надо мной. В душе загорается надежда, но боль отвергнутых чувств сдерживает мою решимость, и я останавливаюсь. Она чувствует это, словно понимает мои мысли, и в этот момент крепко сжимает мою руку. Трепет внутри меня усиливается, и я, не в силах больше терпеть разлуку, тяну её к себе. Вскоре моя Миледи падает мне на грудь. Я замираю, когда её руки замыкают кольцо объятий на моей шее. Это и правда она! «Нет, наверно это всё сон. Мотылёк, команда супергероев, пришедшая мне на выручку, и Леди Баг. Пф! Этого просто не может быть. А раз это сон, значит все это я выдумал сам. Могу ли я хоть во сне получить твои губы?» — колеблюсь, но все же не в силах совладать с собой, осторожно обнимаю Миледи за талию, прижимаюсь всем телом. Она робеет в моих объятиях. Такая забавная, когда краснеет, совсем на себя не похожа. Съежилась в комочек, мой маленький источник света. — Ты мой свет, Миледи, — произношу я и вновь тону в бездне васильковых глаз. Она удивлена? Растеряна? Озадачена? Может быть все вместе? Почему? Несмело сближаю дистанцию. Не хочу что-либо делать против её воли, но она не отталкивает меня, а как будто напротив, ждет от меня действий. Прижимаюсь к её розовым губам. Сжимаю тонкий стан в своих руках и ощущаю, как подрагивает её тело. Окружающее нас пространство словно плывет и меняется. Стены падают в бездну, растворяются, но мы все еще стоим в пустоте. Провожу рукой по её лицу. Не хочу отрываться от нежных губ. Дыхание Миледи сбивчиво, чувствую её волнение. Она кладет свою руку поверх моей, захватывает тонкими пальчиками амулет удачи, подаренный Маринетт. Дарит мне еще одно нежное прикосновение розовых губ и резким движением срывает его с моего запястья. Я отстраняюсь и вижу, как между нами пролетает мотылек, тот самый, что кружил надо мной перед сном. Бабочка тут же попадает в волшебное йо-йо Миледи, и она тихо произносит: «Чудесная Леди Баг». В её словах нет того задора, с каким она говорила эту фразу ранее. Не слышно в них ни страсти, ни пыла, ни огня, а только жуткое смущение и тревога. Поток из ярко-красных божьих коровок возращает все на свои места. Я снова в своей комнате, на своей кровати. Но прежде чем успеваю что-либо осознать, Миледи сбегает через распахнутое окно. «О Боже! Значит, это все было правдой!» — Я прикасаюсь к своим губам, чувствую в них приятную пульсацию. Они еще хранят её поцелуй. — Стоп! Значит в меня вселился акума?! А как же Плаг? — Плагг?! Плагг?! — я подскочил с кровати в поисках своего квами. — Я здесь! — словно чертёнок, он выскочил у меня из-за спины и прижался к моему плечу. — Все! Больше никогда не оставлю своего хозяина! Буду беречь его психическое здоровье! — решительно заявляет он. Я не смог сдержать улыбки. — Прости, что так вышло. Впредь буду сдержанней, обещаю, — заверил я квами и направился к столу за его любимым сыром. — Ну так что? Расскажешь, как слетал к Тикки? — Просто отлично, — довольно произнес он. — Со всеми повидался. Сейчас такое расскажу — в обморок упадешь! Я улыбнулся его словам и, поставив камамбер на стол, сел рядом. Плагг болтал без умолку о Тикки, о моём спасении, в котором он, разумеется, сыграл важную роль, и о многом другом. Подставив руку под голову, я с удовольствием слушал каждое его слово. Даже не смотря на дикую усталость, его неугомонность доставляла мне радость. Однако, я все же отвлекся на мысли о Миледи и о нашем поцелуе. Она постоянно твердит, что влюблена в другого, и теперь я знаю, кто он. В душе стало тепло от этих мыслей. Наконец-то за долгое время. Внутри меня звучала мелодия. Я услышал её впервые, но уже сразу понял, о чем она. Осторожная и при этом с порывами страсти история любви Кота Нуара и Леди Баг. ***

Ты моей никогда не будешь

Ты моей никогда не станешь

Наяву меня не полюбишь

И во сне меня не обманешь

На юру загорятся листья

За горой загорится море

По дороге промчатся рысью

Незнакомых всадников двое

Ты моей никогда не будешь Ты моей никогда не станешь Наяву меня не полюбишь И во сне меня не обманешь Свиснут ярких листьев обрывки На дубах старинного города И останутся лишь обрывки Их неясного разговора

Ты моей никогда не будешь

Ты моей никогда не станешь

Наяву меня не полюбишь

И во сне меня не обманешь

Ты моей никогда…

Ты моей никогда никогда…

(Дмитрий Маликов)

Укрывшись за золотыми часами Версальского дворца, девушка, чье имя знает весь Париж, прячет в ладонях горькие слезы. И даже дождь, что так нещадно проливается стеной на мирный город, не может скрыть мокрых дорожек на её бледных щеках. — Перевоплощаюсь, — произносит она и прячет от уставшей Тикки лицо в ладонях. — Маринетт! Маринетт! — обеспокоенная Тикки кружит вокруг хранительницы, безуспешно стараясь привлечь её внимание. — Ты слышала, как он меня назвал? — Маринетт не открывает лица, и с каждым словом ей только больше хочется спрятаться. — Теперь понятно, что под маской Супер Кота скрывается Адриан! — Ты уверенна в том, что Адриан и Супер Кот это один человек? То, что он назвал тебя миледи, ещё ничего не доказывает, — парировала Тикки. — Будем объективны! — Маринетт, наконец, подняла голову, откинув мокрые пряди назад. — Помнишь, когда мы в Шанхае вместе с Супер Котом искали якобы потерянную меня? Он свободно разговаривал на китайском! Тогда я подумала — совпадение. Как и то, что он оказался там вместе со мной! А аллергия Супер Кота на голубей? Прямо, как у Адриана! Надо же какое совпадение! А я даже ничего не заподозрила, даже когда меняла настоящее перо на искусственное на его шляпе! А сегодня Адриан назвал меня миледи! Нет! Это же очевидно! Он и есть Супер Кот! — И что ты теперь будешь делать? Заберешь у него талисман? — Нет. Если лишу его талисмана, то только доставлю себе проблем, ведь тогда мне придется искать нового Супер Кота. А это непросто, — Маринетт приподнялась с холодной крыши и вытерла мокрое лицо. Тикки внимательно смотрела на хранительницу. Она вновь выглядела спокойно, а это значит, что у неё появился план. На что готова была пойти хранительница ради сохранения тайны их личностей? Тикки поникла, предполагая разные варианты. Ни один из них не сулил ничего хорошего. — Пока Адриан не знает, кто я, все будет хорошо, — Маринетт прервала размышления квами. — Но, Маринетт, а как же вы с… — Прости, Тикки, но пока Леди Баг и Супер Кот не снимут с себя обязанности супергероев, Маринетт и Адриан не могут быть вместе, — голос девушки задрожал, и последние слова она буквально выдавила из себя. — Не проще ли ответить на чувства Супер Кота? — не сдавалась Тикки. — Нет. Только после того, как я передам обязанности хранителя, история Маринетт и Адриана получит право на второй шанс. — Но тогда ты потеряешь все свои воспоминания! Все, что тебя связывало с Супер Котом! — воскликнула Тикки. — Я знаю, но другого пути у нас нет. Леди Баг и Кот Нуар не могут быть вместе, — шепчет она сквозь слезы. — хватит об этом. Нам пора возвращаться домой. Тикки, давай. За часами Версальского дворца мигнуло красное сияние. Его свет проходил сквозь призму капель дождя, играя радужными красками. И оттого волшебное перевоплощение выглядело еще более загадочным. Женская фигура мелькнула во тьме. Скрываясь за стеной дождя, она, казалось, старалась спрятаться. Случайные прохожие, задрав к небу головы, думают, что Леди Баг вновь спешит на помощь, и торопятся укрыться в своих домах. Дети, разинув рты, выглядывают из-под широких круглых зонтов и, заприметив таинственную девушку, широко улыбаются. Молодежь не стесняясь достает телефоны, пытаясь заснять таинственную героиню. То и дело внизу мелькают вспышки камер телефонов. Каждый из них тайно или открыто восхищается загадочной Леди Баг. Смелой и загадочной девушкой с васильковыми глазами.