Часть 5.Преступление и наказание

Огонь освещал гостиную Слизерина, и сжигал все по его пути,заставляя температуру подниматься так,что некоторые впечатлительные к жару девочки попадали в обморок и очутились в школьном лазарете Единственное, что могли делать жители уже бывшего общежития,это с отчаянием смотреть на пепел вместо бывших шикарных зелёных кресел, укрытых шелком и пришитым на них подушек. Уже не было на стенах изящных портретов известных тёмных волшебников и ведьм, даже от зелено-серебряных обоев не осталось ни следа. Соответственно и жители картин сбежали,спасая пусть и мертвые,но все же их сущности. Комната как будто превратилась в угольную шахту, потому что все, буквально все, окончательно превратились в огромные куски угля. Драко с ужасом рассматривал комнату после пожара. Что теперь ему делать? Как староста, он должен был понести наказание за то, что не уследил как первокурсники, узнав от кого-то «заклятие огненного дракона» решили проверить его прям в спальне. Даже не спросив, что это, ни у кого. Что запрещалось строго, ведь в регламенте Хогвартса чётко указывалось правило про «Использование непростительных и неизвестных заклинаний первокурсниками» И поскольку Малфою было уже 17 и он был старостой школы, соответственно, теперь он был полностью ответственным за то, что случилось с гостиной, которую строили и создавали дизайн для нее не то что годами. Столетиями. -Что же теперь делать....—прошептал парень, опершись об обгорелую стену спиной, не обращая внимания на то, что обугленный угол закрасил его белый пиджак в черно-серый. И вдруг очень странная и отчаянная мысль пришла в его голову.Может, сбежать?Может, начать все сначала? Главное, чтобы отец не узнал.

***

Драко бросился бежать, как только услышал чьи-то шаги, надеясь сбежать от его неизбежной судьбы. Никогда ему не было страшно так, ведь он понимал, что случиться если его спалят и увидят на мысли преступления. Но его мысли оборвал холодный голос: -Драко.—это был его отец, Люциус. Нервно сглотнул, блондин обернулся, и столкнулся лицом к лицу с его отцом, он был явно разъярен, но пытался этого не показывать. -Почему.Ты.Допустил.Это?! —он гневно прошептал, хотя Драко уже хотелось чтобы он наорал на него. Втоптал в землю, убил ногой. -Ты не мой сын. Настоящий Малфой бы признал ошибку с гордостью и пришел признаться в этом перед всеми.—В ответ на это парень вскипел: -То есть ты мне предлагаешь пойти под арест, под смертную казнь, зато сберечь честь Малфоев?! Малфой-старший закатил глаза. -Ты забыл, что ты не убил человека, это раз,и наказание за испорченную комнату в Хогвартсе не такое уж и строгое. Ты преувеличиваешь.Слишком. Что ты теперь собираешься делать? А хотя, это не важно, я уже спланировал судьбу для тебя. Драко поблед: -Что ты имеешь ввиду? —но не успел он сказать что-то, как Люциус поднял палочку.и. Люциус Малфой не скрывал своего презрения, когда взял в руку палочку. Он взглянул на сына с таким холодом, что от этих глаз стало темнее в душе. Слова его были как ледяной нож: — Ты испортил всё, Драко. И теперь тебе предстоит научиться цене своих ошибок. Драко открыл рот, чтобы возразить, но понял, что нет смысла — Люциус уже принял решение. Он замахнулся палочкой и произнес заклинание с безупречной уверенности. — Metus transmutatio. Свет, почти ослепляющий, вырвался из конца палочки и окутал Драко. Его тело начало искажаться, а сознание пронизывала боль. Он почувствовал, как его кожа темнеет, волосы меняют структуру, а черты лица становятся чуждыми и непривычными. Его глаза расширились, и он смог увидеть, как его пальцы стали толще, а кожа приобрела темный оттенок. В течение мгновения он стоял перед своим отцом уже в теле совершенно чуждого человека. Теперь он был чернокожим магглом, облачённым в синюю форму полицейского, с характерной жесткостью, свойственной сотрудникам правоохранительных органов в США. Полицейская форма, с белыми надписями на груди, контрастировала с его белым и дорогим костюмом, который теперь был превращен в нечто совершенно другое — унылую униформу, несущую с собой ироничное наказание. Драко сделал шаг назад, чувствуя, как его тело теряет магическую силу, как исчезает связь с тем, кем он был. Он был простым человеком, магглом, и был привязан к совершенно иному миру, миру, в котором не существовало волшебства. — Ну как, сынок? — с насмешкой произнес Люциус, наблюдая за метаморфозой. — Теперь ты почувствуешь, что значит быть на низшем уровне. Я заставлю тебя научиться ценить то, что у тебя было, потому что ты не способен это понять. Ты не понял, что привилегия быть волшебником — это ответственность. Драко взглянул на своего отца с ошарашенным выражением лица, но не сказал ни слова. Его гордость, его власть и магия исчезли. Он чувствовал себя чужим, как никто другой. У него не было силы что-либо изменить. — Ты станешь тем, кто несет ответственность за порядок, но без магии, — продолжал Люциус, глядя на свою трансформацию с хладнокровной удовлетворенностью. — На этот раз ты будешь работать среди тех, кого так презирал. Ты будешь работать с теми, кто всегда на страже порядка в маггловском мире, — полицейским. Прочувствуешь, что значит быть тем, кто обслуживает, а не командует. Драко почувствовал, как его душу охватывает холод. Он стал совершенно другим человеком. Не волшебником, не Слизерином. Просто обычным смертным, полицейским в этом новом мире, далёком от всего, что он знал. Это было наказание, которое было гораздо страшнее смерти. И в этом был самый страшный урок. — Ты останешься таким, пока не поймешь, что значит потерять все. — Люциус не был жестоким, он был просто беспощадным.