Глава 3. Отчаянные времена требуют отчаянных решений.

…Со стоном вернув сустав большого пальца в изначальное состояние, я сбросила второе кольцо кандалов на кровать. Болеть будет еще какое-то время. Оставалось вскрыть замок на двери и убраться из этого странного места. У меня не было никаких оснований доверять собственным галлюцинациям. Мой мозг уже сгенерировал монстров, которые хотели полакомиться моей же тушкой, не хочется, чтобы эти двое впоследствии пустили меня на органы. Тем более, нужно срочно найти выход из этого чертового сна… Надо же было послушать Райана… Как только проснусь, выбью из него все жизненные советы! Наощупь осмотрев замочную скважину, я присвистнула. — Боже, да это не замок, а каникулы медвежатника! Бурное детство, проведенное в компании мальчишек, дает свои плоды. Вытащив одну из сережек, я разогнула ее на манер отмычки и принялась копаться в скважине. Спустя время послышался долгожданный щелчок. — Йес! Сережка восстановлению не подлежала, и я выбросила ее куда подальше. Следующий этап побега — покинуть темницу. На удивление, по пути к лестнице наверх и входной двери мне не встретился ни один человек. Ну, почти… У одной из камер стояли два охранника-раздолбая, ведя ленивую беседу о выпивке. Спрятавшись за углом, я оценила их телосложение. Чтобы выбраться отсюда, нужно будет их как минимум вырубить. Оба высокие, более-менее подтянутые, но явно постоянно в боях не участвующие. Салаги. Вылетев из-за угла, я вырубила одним точным ударом одного и врезала коленом в пах второго. Он согнулся пополам, осев на землю, где я его и добила. Второй готов. — Хреновая у них охрана… — буркнула себе под нос и обернулась. За решеткой, сидя на кровати в кандалах, как и я недавно, оказался молодой паренек. Он смотрел на меня с шоком и неверием, переводя взгляд на бессознательных солдат. — Эм… За что присел? — Я… Ну… — Не подскажешь, где тут выход? — я мило улыбнулась. Паренек замотал головой, — Плохо. Ладно, сама найду. Но не успела я обернуться и уйти, как некто заехал мне в лицо мыском армейского сапога. Перекувыркнувшись через себя, я свалилась к охранникам. Из носа хлынула кровь. Вот это удар… — Капитан!.. Перед глазами все расплывалось. Рядом со мной присел человек. Сфокусировавшись, я смогла разглядеть молодого мужчину с черными волосами. Он хмуро сдвинул брови и оглядел мое лицо. — Эй, синявка. Я прокашлялась. Кровь затекала в горло. — Вот урод… — прохрипела, — Как можно ударить женщину?.. — Ты, недоразумение, которое посмело напасть на военных. — Да какие из них военные… Так, максимум охранники супермаркета… — Она спрашивала, где выход! — послышался голос паренька. Мужчина хмыкнул. — Слинять хотела? — А, что, хочешь меня остановить? — харкнув ему в лицо кровью, я свалила его на пол, уселась сверху и хотела вырубить одним ударом, только вот мой кулак поймала твердая мужская рука. Дергайся не дергайся, а сдвинуть не получится. — Тебя, сучка, жизнь ничему не учит. Он ударил меня лбом в лоб. И я отключилась. *** — …ана! Диа…! Диана! — голос доносился как из-под толщи воды, — Проснись, Диана!.. Резко открыв глаза, я подскочила и схватилась за голову. Мир попыл. — Тише ты, боже! — теплые ладони легли на плечи. Подняв взгляд, я увидела взволнованного Райана. Была глубокая ночь, над нами мигал фонарь. Постепенно все ощущения возвращались, я четче видела и слышала звуки. Рукой нащупала холодный асфальт. Оглянувшись, поняла, что мы были на тротуаре, практически в полном одиночестве. Мимо проносились автомобили. Это же та дорога, по которой я ехала домой… — Эй, Ди, ты помнишь, что случилось? На тебя напали? — спрашивал друг, — Где твой мотоцикл? И телефон? Я рассеянно похлопала себя по карманам, вспомнив, что все вещи забрали военные. Но ведь это было во сне… Почему тогда их нет в реальности? В непонятках попыталась встать. — Не торопись! — Райан поддержал меня, чтобы не упала, — У тебя нос разбит и большая шишка на лбу. Может, сотрясение. — Что?!.. Я стерла рукой кровавые дорожки из-под носа. Но ведь его мне разбил тот мужик… Хотелось закричать. — Что, черт возьми, происходит?!.. — прохрипела я, взглянув на Райана, — Рай, что со мной?! — Не волнуйся, сейчас поедем в больницу и тебя подлатают. Через пару дней будешь как новенькая! — он потащил меня к своей машине, припаркованной рядом, — Я до тебя не дозвонился. Спросил у судьи, он сказал, что ты давно ушла, вот я и поехал тебя искать. Меня чуть удар не хватил, когда увидел тебя валяющуюся на обочине дороги!.. Ты помнишь тех, кто тебя так отделал? — Я… — в голове настоящая каша, ничего не понимаю, — Я не… Не помню… Друг сочтет меня психом. Без вопросов. Такого не бывает! Тебя не могут избить во сне! Точнее, могут, но это не проявляется в реальности!!!.. И все мои вещи, мотоцикл, даже та маленькая, погнутая серьга… Все осталось там?.. Как это возможно? *** Райан удивился, когда я не пошла писать заявление в полицию. Его можно было понять, но не могла же я им рассказать, что глюки из моего сна отделали меня по полной программе? Не могла. Вместо этого я прошерстила весь интернет в поисках любой информации об осознанных снах. Никаких упоминаний о том, что случилось со мной, не было. Мне стало страшно засыпать. Я литрами пила кофе и энергетики, насильно держала глаза открытыми. На третий день такого марафона мне пришла в голову бредовая идея и я покопалась в пабликах, найдя адрес бабули-ведьмы. Может, на мне какое-то проклятье или порча, что я вижу всякий бред? Или просто сошла с ума на нервной почве? Райан пытался отговорить меня от этой глупой затеи. Да и я сама считала ее таковой. Но если она сможет мне помочь, то пусть лучше остальные будут считать меня доверчивой дурой. Зато я больше никогда туда не попаду. — Кажется, тебя слишком сильно ударили по голове… — ворчал он, кидая на меня мрачные взгляды, — И выглядишь ты хреново… Бледная, как простыня… — Ты мастер комплиментов. — буркнула я, следя за стрелочкой навигатора. Оставалось совсем немного. — Может, скажешь наконец, что происходит? — Потом. — Это растяжимое понятие… Она жила на окраине города, в старом доме. Такой уже должны были признать аварийным, однако он до сих пор «радовал» жильцов своим существованием. Парковка была занята, поэтому друг поехал искать себе место, а я поспешила на прием. Дверь мне открыла высокая, сухопарая женщина в годах. Она приветливо улыбнулась и пропустила меня в квартиру. — Заходи, деточка, я не кусаюсь. Пройдя в гостиную, мы опустились друг напротив друга, в кресла. — Итак, твои сообщения были тревожными. Что тебя беспокоит? Я сглотнула. Даже ей это говорить нелепо. — Я… Странно сплю. — Как это? — уточнила она. — Ну, например… В прошлый раз я заснула за рулем и оказалась во сне вместе с мотоциклом. А потом проснулась, но он остался там… — Хочешь сказать, материальный предмет попал в сновидение и там остался? — бабуля хмурилась. Показалось, что она мне слабо верит. — Да, верится и правда с трудом, но нет ничего невозможного. — Что?.. — она только что прочитала мои мысли? — У тебя на лице написано, что ты сама себе-то едва веришь. Я потупила взгляд. До чего я докатилась… Сижу напротив «ведьмы» и рассказываю ей бредни больной головы… Женщина вдруг положила свою руку мне на колено. Она оказалась теплой. — Не волнуйся, я тебе помогу. Знаешь, редко, но так бывает, что во сне мы можем случайно заглянуть туда, куда не следует… Я тоже так когда-то могла. Правда, лишь смотрела, но не переносилась полностью. Это удивительно, Диана! Ты особенная девушка, просто пока этого не понимаешь. Я замерла на месте под ее загадочным взглядом зеленых глаз. Помнится, мы не представлялись друг другу, а писала я анонимно… — Сейчас тебе следует отдохнуть, ты больше не провалишься туда. Я научу тебя это контролировать, а пока… Бабуля поднялась на ноги, отошла к столу и вытащила из своей штакулки маленькие, деревянные четки. — Вот, — протянула мне, — Перебирай их, когда начнешь засыпать, и все будет хорошо. Только не забывай. А мне нужно подумать… Я свяжусь с тобой позже. *** Вечером того же дня, сидя в своей кровати, я с сомнением смотрела на четки. Глаза предательски жгло, они раскраснелись, сил не осталось и я понимала, что провалюсь в сон с минуты на минуту. Это был очень экстремальный эксперимент… Учитывая то, что через несколько дней мне выходить на ринг, это было еще и опрометчиво. — Черт… — прошипела я, беря в руку четки. Они были гладкие, но странно пахли, — Дожили… Улегшись поудобнее, я принялась перебирать деревянные бусинки одну за другой. Первая. Вторая. Третья. Четвертая… Пятая… Глаза открылись сами собой. Взгляд уперся в темный, низкий потолок. Нахмурившись, я приподнялась на локтях, увидев перед собой знакомую картину: решетки темницы, кровать и валяющиеся на ней застегнутые кандалы. Та самая камера, откуда я сбежала в прошлый раз. В руке у меня были зажаты четки. — Бабка-шарлатанка, чтоб ее… — выругалась я, вскакивая на ноги и ударяя со всей силы в решетку. Звон железа эхом прокатился по коридорам, а я закричала, осев на пол и схватившись за голову. Вскоре послышались шаги. Неспешные, но четкие. Они остановились прямо за спиной. Через решетку некто подопнул меня сапогом. Пришлось обернуться. — Снова ты, синявка. Надо мной стоял тот самый мужчина, разбивший мне нос в прошлом сновидении. Со стороны коридора донеслись взволнованные голоса. — Капитан Леви, мы клянемся, что глаз с нее не спускали!.. Она как в воздухе растворилась!.. Солдат осекся, увидев мое недовольное лицо, и побледнел. — Ее здесь не было… Она же сбегала!.. Что она…? — Кажется, пора поговорить начистоту. — заключил капитан.