Глава 6. Срыв.

Сидя в такси, я буравила тяжелым взглядом пассажирское сидение. Настроение было ни к черту. Чудесные новости, сказанные другом, окончательно выбили меня из колеи. После осознания я повесила трубку и метнулась в ванную, взглянув на свое бледное лицо с царапинами на щеке. Глаза в панике оглядывались по сторонам. Не найдя ничего подходящего, я оказалась на кухне, где схватилась за нож и оставила внушительный порез на ладони, желая очнуться от этого кошмара. Мне казалось, что я все еще сплю. Все еще мне снится бред, словно под наркотическими веществами. Боль быстро отрезвила. Я подставила кровоточащую руку под струю холодной воды, после замотав ее полотенцем. Кровь остановилась, позволив обработать рану и забинтовать ее. Поступок опрометчивый и глупый. Но в тот момент он казался мне одним из возможных выходов. Проверив дату, я уверилась, что Райан не соврал. Прошло два дня с того момента, как я заснула. Два. Гребанных. Дня. Это переставало быть безопасным. У меня останавливалась жизнь, когда я смотрела кошмары в средневековье!.. Позвонил судья, напомнил о бое, куда я обещалась явиться. Оказывается, он должен состояться сегодня вечером, куда я и еду. Без тренировок, без готовности, без четкого осознания реальности. Я была практически уверена, что проиграю бой. Именитый костолом вывернет меня на изнанку. Приехав к месту назначения, я расплатилась с водителем и вошла в здание. В женской раздевалке никого не обнаружилось. С тяжелым вздохом и больной головой я рухнула на скамью. Не представляю, что из этого получится… Я уничтожу свою репутацию. Но и не выйти на ринг не могу. Рана на ладони больно пульсировала. — Черт… Как же херово… — прохрипела я. Дверь раздевалки открылась, с грохотом ударившись о стену. Я думала, это пришли новые бойцы, но ошиблась. Передо мной стоял тот самый парень, которого я отделала в свой последний бой. Он довольно ухмылялся и разминал кулаки, как и два дружка у него за спиной. — Какая встреча… Непобедимая Ди! — он расхохотался, — Что-то вы бледны, мадемуазель! Нездоровится? — Дак мы сейчас быстро все подправим! — сказал незнакомец, — На ринг выйдешь красоткой! Держи ее, Берт! Я подскочила на ноги, отбросив мысли в сторону. Заняться самобичеванием можно и после того, как я начищу их мерзкие рожи. Такие нападения не были редкостью. Меня частенько хотели «наказать» за то, что посмела задеть чье-то достоинство. Мало кто умел проигрывать. Еще меньше тех, кто принимал поражение от девчонки. — Парни, у меня выдались очень дерьмовые дни. Мне бы не хотелось калечить вас, так что выметайтесь по-хорошему. Они засмеялись. Это послужило сигналом к действию. Уложив самого наглого точным ударом ноги, я размяла шею и приготовилась к разминке перед боем. Если сейчас не сдюжу, на ринге мне делать нечего. Бывший противник ринулся вперед, занеся кулак для прямого удара. Уклонившись, я ударила его под колено. Посетило дежавю… Он свалился на пол, сломав телом скамью. Третий решил, что сможет меня удержать, и заключил в объятия. Мстительно отдавив пяткой пальцы, я врезала ему в печень локтем, вывернула руки и от пары заключительных ударов коленом в живот он свалился на пол. Тяжело дыша, подошла к бывшему сопернику, схватила его за волосы и приблизила к себе. — Ты, ущемленный… Еще раз я увижу тебя и твоих дружков, яйца оторву, понял? Он злобно харкнул мне в лицо и попытался снова напасть, но вспомнив нокаутировавший удар капитана, я вырубила его лбом в лоб. Звездочки затанцевали перед глазами, я согнулась пополам, схватившись за голову. — Как он это делает?! Псих…! Боль унялась. И прозвучал сигнал. Пора на ринг. Собравшись, все-таки вышла. Судья пожелал удачи, толпа взревела, увидев свою любимицу, а я, наконец, смогла взглянуть на того самого костолома. Крупный мужчина лет тридцати злобно скалился в мою сторону. Окинув меня сальным взглядом, он вдруг обратился к толпе. — Эй, вы все! У меня объявление! Если я выиграю этот бой, я хочу не денег… — он ухмыльнулся, — А тебя, куколка. — Много хочешь, ублюдок. — фыркнула я, принимая боевую стойку. — Давай уже начнем. Бой можно было описать одной емкой фразой… «Избиение младенца». Меня швыряли и пинали по всему рингу. Костолом бил прицельно в тело, не задевая лицо, больно и резко. С такой скоростью, что я не успевала реагировать. Это было похоже на удары капитана, но они были даже не в половину такими сильными, как эти… За пять минут меня и правда вывернули наизнанку. Судья напряженно смотрел за ходом боя. Осев на пол, я уставилась перед собой. Мир расплывался. — Что, уже все?! Видимо, слухи о непобедимой Ди оказались полным фуфлом! Ха! Он подошел ближе и схватил меня за волосы, заставив поднять голову. — Ну, что, малышка… Готовь попку, сегодня мы с тобой отлично развлечемся! Я харкнула ему прямо в глаз, дезориентировав. И врезала ногой в лицо. Мужчина свалился на пол ринга. Зажав его руку, мстительно вытянула ее, услышав хруст костей и его крик. Не дав себя схватить, подскочила на ноги. Это был мой единственный шанс. Я вложила последние силы в этот рывок. Одна промашка и мне конец. — Ах, ты сука!!! Да я вышибу тебе мозги!!! Костолом пошел в наступление. В последний момент увернувшись от его прямой атаки, я вложила силы в удар ногой. Он пришелся на его голову. С мерзкими хрипами мужчина свалился на ринг, без сознания. Прозвучал сигнал об окончании боя. Судья поднял мою руку вверх. И именно в этот момент я снова почувствовала сонливость… — Нет… Нет, нет, НЕТ!!!.. Свет померк. Открыв глаза, обнаружила себя в светлой комнате, освещенной лучами закатного солнца. Но боль от ударов противника заставила скрутиться в маленький комочек. По щекам сбежали слезы. Он отбил мне все, что только было можно… Так больно. Не помню, было ли мне вообще когда-нибудь так больно… *** Тихий стук заставил стереть с глаз слезы и принять вертикальное положение. Сидеть оказалось проблематично, мышцы противно пульсировали, не давай сделать ни единого резкого движения. В комнату вошла Петра. Помнится, она застала один нелицеприятный момент… Девушка бросила на меня быстрый взгляд и опустила глаза. Ей явно было неудобно. В руках она держала маленькую коробочку. — Я… Подумала, что тебя надо немного подлатать. Все же тебе крепко досталось. Я фыркнула, но позволила ей присесть рядом. Открыв коробочку, Петра продемонстрировала ее скудное содержимое. — Это аптечка? — выгнула бровь. — Все, что нашлось в замке. Сегодня должны прибыть ребята из исследовательского отряда, думаю, они привезут что-то получше. Но пока так. Она вылила какую-то жидкость на чистую тряпочку и прошлась ей по моей оцарапанной щеке. Я смотрела на ее сосредоточенное лицо. У нее была масса вопросов. Еще бы… Если бы на моих глазах поцеловали руководителя, я бы тоже хотела знать, в чем дело. — Спрашивай уже. — Что?.. — вздрогнула Петра. — Не стой из себя дурочку, тебе не идет. — Хаха… — девушка опустила глаза, — Да я не то, чтобы… Просто… — Ну? — В каких вы… Отношениях с капитаном? Это наказание было наигранным? — Помнится, кое-кто упрекал меня в том, что я распускаю грязные сплетни про вышестоящих. — фыркнула я, — Не помнишь, кто это был? Петра поджала губы. Бей врага его же оружием, как говорится. Однако мне нет резона ее стыдить, я хотя бы не подвержена армейским замашкам… Поэтому молча подняла кофту и продемонстрировала сине-фиолетовый живот. Петра испуганно распахнула глаза. — Боже! Это капитан Леви тебя так?! Но ведь… — Мы целовались? — Ну, да… — Не парься, Петра. Это я его поцеловала. — Чт…?! Девушка раскраснелась, сжав в кулаке тряпочку с антисептиком. — Он тебе, что, нравится? — я саркастично выгнула бровь. Петра замотала головой, но щеки ее стали куда краснее. Все с ней понятно. — Не то, чтобы…! Я… Еще не решила… — мялась она, — Я его безмерно уважаю и хочу следовать за ним, но нравится… Не знаю, можно ли так назвать это чувство. Фыркнув, я опустила кофту, вырвала из ее руки тряпочку и принялась сама обрабатывать царапины. — Я не претендую на твоего капитана, не боись. Он не в моем вкусе. Как и я не в его. Мы настолько разные, что в лучшем случае поубивали бы друг друга, будь вместе. Так что… Совет вам да любовь! — Н-не говори такие смущающие вещи!.. — Да ладно, — хмыкнула я, — Нам не по пять лет. Еще скажи, что до сих пор девственница. Девушка снова раскраснелась и сжалась в комочек, закрыв лицо руками. Я присвистнула. — Боже, как мило. Значит этот ворчливый мужлан — твоя первая любовь? Причем первая во всем? — Прекрати!.. — Хахах!.. Мда. Радует, что хоть этот сон начался не с побоев, монстров или допросов. В таких девчачьих разговорах я давно не участвовала… Наверное, последний раз был в далеком детстве. Была у меня одна подруга. Только вот ее очень резко не стало. И я прекратила всякое общение с женским полом. Мужчины крепче, выносливее, живучее… Они так быстро не умирают. По крайней мере, в моем мире. Что до этого… Опасно заводить вообще какие-либо отношения, будь то дружба или любовь. Если правильно понимаю, всего этого может не стать в один единственный миг. Стены, стены… От кого они все прячутся за этими стенами? Может, от тех самых монстров из первых снов? Они их истребляют? Но в чем тогда корень зла, раз никто до сих пор не вырвал его? — Капитан просил зайти, как очнешься. — вспомнила Петра, складывая аптечку и собираясь вернуться к своим служебным обязанностям. Я хмыкнула. — Что, будет читать нотации о домогательствах к начальству? — На самом деле, ты поступила очень опрометчиво, — заметила девушка, нахмурив брови, — Капитан очень щепетильно относится к субординации и своему личному пространству. Поэтому, думаю, ничего хорошего тебе ждать не стоит. Его кабинет находится этажом выше, первая дверь налево. Могу пожелать лишь удачи… — Да, спасибо! Ее мне точно не хватает!.. Когда за Петрой закрылась дверь, я тяжело вздохнула, свалившись на подушку и уставившись в потолок. Значит, этот мужлан собрался меня воспитывать… Самоуверенный.