Глава 4. Траур

— Где эта чертовка?! — спросил Радуга, держа Перидот за волосы. — Ты видела, куда она улетела?! — Ничего я тебе не скажу! — вся в синяках и слезах, рявкнула ему та. — Ты, мразь, не посмеешь её даже пальцем своим сраным тронуть! — Вот как... — он посмотрел на Висмут. — А ты собираешься мне что-то сказать?! — Больше не жди от нас помощи, Стивен! Я тоже буду молчать, хоть избей меня! Ничего не услышишь! — Ага, значит, помощи ноль... Хотя... Чего мне стоило ожидать? Вы же свою любимую подругу не выдадите, верно? — Мы будем защищать её до последнего! Маньяк пробормотал что-то себе под нос. Резко он вскочил и широко улыбнулся, будто бы вспомнил что-то. Так оно и оказалось. Он призвал из жемчужины какие-то синие осколки. Это был расколотый камень Сапфир, который он решил сохранить себе. Нельзя же такому добру пропадать, верно? — Вспомнил... Хорошо, что я ношу с собой Сапфир, уж она то точно мне всё расскажет, — с этими словами Радуга подбросил один из осколков вверх и поймал его ртом, после чего послышался хруст — это он дробил зубами этот несчастный осколок. Висмут и Перидот в ужасе смотрели на то, как он ел бедный самоцвет. Затем он это проглотил, и его глаза засверкали. Он увидел будущее, где Ляпис прибегает в лес. — Что ж... Теперь я знаю, где она...

***

Ляпис оказалась в лесу. Она все ещё бежала, не оборачиваясь и смотрела только вперёд. Не заметив бревно, лежавшее перед собой, она споткнулась о него и покатилась вниз по склону. К счастью, склон не был особо крутым, поэтому она не пострадала. Докатившись, Лазурит плюхнулась в лужу грязи. — Твою мать! — гаркнула она и тут же встала, оглядываясь по сторонам. Поняв, что её никто не преследует, она выдохнула с облегчением, затем в ту же секунду вздохнула, села возле дерева и снова залилась слезами, тихо всхлипывая. — За что мне это всё... И за что другим эти страдания... Нас осталось слишком мало... Они не смогут защититься... Она не понимала, почему смерть Грега так повлияла на Розу, она ведь могла найти другого мужчину? Или она настолько сильно любила его, что сошла с ума?! Скорее всего, так оно и было. — Чего ты так плачешь, Ляпис? — вдруг послышался знакомый голос где-то позади неё. — Не плачь, всё хорошо! Поняв, кто это, самоцвет в ужасе обернулся. Радуга стоял перед ней, держа Перидот. Его нож был в сантиметре от её камня. — Отпусти меня, придурок! — она пыталась его укусить. — Чёртов булыжник, если ты не отпустишь меня прямо сейчас, я тебе такое устрою! — Стивен, прекрати! — крикнула Ляпис. — Не трогай её! — Я не трону её, если убью тебя, — спокойно сказало слияние. — Точно! Ты не убьёшь её, пока я жива, мы оба это знаем! Ты же ведь не зря создавал этот чёртов список, верно?! — Вот ты меня и поймала, какая жалость... — внезапно он бросил нож в свою жертву. Та еле успела увернуться. Фух... — Ты думаешь, это будет так легко?! — сказав это, Лазурит тут же использовала свои силы. Лужа грязи поднялась вверх и превратилась в ладонь, которая схватила Радугу. Это заставило того отпустить Перидот, и она упала на землю. Синий самоцвет хотел сжать тело маньяка так сильно, чтобы он лопнул и разделился. — Я заставлю вас разделиться! Жемчуг не должна страдать! — Ох, не спеши, дорогая... — призвав зонт, он схватил его зубами, после чего поднял голову. Ляпис не понимала, что он делает, но затем поняла, когда её подруга крикнула: — Ляпис, осторожно! На этот раз отреагировать она не успела. Торчавший из дерева нож снова полетел в неё и попал прямо в камень, лишив её сил. — Ляпис, нет! Это были последние секунды её жизни. Высвободившись, Радужный Кварц 2.0 с ехидной улыбкой посмотрел на постепенно умирающую жертву. Что ж, это был конец для Ляпис Лазурит, она вот-вот расколется... Треск! Камень окончательно раскололся, и Ляпис лопнула. Молчание. Перидот подползла к синим осколкам, при этом смотря на них в ужасе. Будь у неё сердце, оно бы разорвалось от горя, ведь это самое трагичное событие, произошедшее в её жизни. Она не смогла её защитить. Ляпис погибла. — Хм, ну... — задумчиво сказал Радуга, глядя на то, что он сделал. — Эти осколки мне не нужны, поэтому ты, Перидот, можешь оставить их себе. Потом и за тобой приду. Я ещё хотел вас скрепить в одно целое, но потом подумал, что мне как-то лень делать такую долгую, кропотливую работу для того, чтобы снова расколоть вас. Знаю, я тебя сильно расстроил, но ничего, совсем скоро ты отправишься к ней. После этих слов он ушёл. Зелёный самоцвет ничего не говорил, лишь смотрел на расколотый лазурит. Внезапно её тёмно-зеленые глаза сверкнули, а руки сжались в кулак. Запузырив расколотую Ляпис, Перидот встала и посмотрела в ту сторону, куда ушёл убийца. Стиснув зубы, она не на шутку разозлилась. — Я тебе это припомню, мерзкий ублюдок, — хрипло сказала она. — Я придумаю, как прикончить тебя.

***

Слияние тем временем вышло из леса, держа осколки Сапфир в руках. — Молодчина, Сапфир, не подвела меня и в этот раз! Благодаря тебе я наконец могу продолжить убивать. Правда, к сожалению, совсем скоро ты мне больше не понадобишься, ведь сейчас людей и самоцветов осталось мало. После этих слов он хмыкнул, затем спрятал осколки и призвал блокнот и ручку. — Зачёркиваю... — он зачеркнул имя расколотого самоцвета и посмотрел, какие его следующие жертвы.

Сэйди

Висмут

Сумашедший Кружевной Агат

Перидот

— Ага... Отлично... Сэйди вроде как последний человек в списке. А жаль, я бы ещё насладился органами и кровью. Он вздохнул. — Ладно, этот день в любом случае должен был настать. Завтра убью Сэйди, а дальше будут сплошные расколы. Потом, как и обещал, убью себя и Жемчуг. Ну, что за ляпота... Так, стоп... Он резко остановился. — Мне же ведь тогда придётся убить и Лукуса... О нет... Мысли об этом встревожили его. — Чёрт, мне очень жаль, Лукус... Похоже, твоя короткая жизнь скоро оборвётся. Он не хотел убивать своего друга, но ему всё же придется это сделать. Он обещал себе убить абсолютно всех жителей Прибрежья и Малого Родного Мира, включая себя самого. От одной лишь мысли о том, что ему придется сделать то, чего он совсем не желает, ему становилось грустно. Зато ему не было грустно, когда он убил и расколол остальных. Радуга даже не прослезился, хотя делал все эти убийства осознанно и даже не торопился себя останавливать. Придурок.