***

...И вечный Рим, весенний и тревожный, мне дарит сны о битвах и любви, и об умении поклясться на крови в том, что наутро мнится невозможным. Тебя встречаю в улочке безлюдной. Наотмашь бьешь молчанием. Не верю. Тебе, себе, азалии, апрелю и речи Джинетта, неискренней и скудной. Погиб ли ты? И что скрывали тайны, покровы чьи сорвал я так легко? И не ушла ли пуля в «молоко»? Быть может, я помог тебе? Случайно иль вследствие продуманной интриги… Ну что же, граф, казню вас в третий раз. (Каков наглец, гулять в полночный час по via Giulia… Понадобятся книги, оружие и то, что не люблю: терпение. Следить, не поддаваться желанию найти, догнать, нарваться, а после… К черту дежа вю!) Немертвый город, переживший многих – святой, порочный, властью наделен, – был очарован, может быть, влюблен в двоих: того, кто беспокоил Бога и хитреца, что Бога обманул. История, случившаяся в Риме, пусть будет вам поведана другими: я ухожу приветствовать весну. 17. 04. 2021