Всего лишь поцелуй

— Что ты хочешь за свое молчание? Облизнув губы, растянувшиеся в наглой ухмылочке, слизеринец произнес: — Поцелуй. Она надеялась, что ей только послышалось. Герман тот еще самодовольный нахал, но зачем ему это? — Чего? — севшим голосом переспросила она после затянувшейся паузы. — Всего лишь поцелуй. Один, но настоящий.