«Я — старый солдат, и не знаю слов любви.»©

      Спектакль Харуно так и не посмотрела. Нет, они туда дошли, честно просидели нужное время и даже Старатель вел себя себя тихо и спокойно, только смотрел он все это время не на сцену, а на саму Сакуру, чем немало отвлекал девушку. Что такого интересного он в ней внезапно нашёл, она не представляла, но медленно начинала жалеть о поспешном решении.       — Смотри спектакль, — прошептала куноичи и легонько ударила Энджи рукой по бедру. Тот тут же поймал её руку своей и покорно повернулся в сторону сцены.       Вообще, сговорчивый Тодороки был чем-то из ряда вон выходящим. Было что-то странное и смущающее в том, как он легко сейчас с ней соглашался, не переставая тайком смотреть именно на неё. В том, как он категорически не хотел отпускать её руку, или в том, каким глупым сейчас выглядело лицо этого обычно собранного и серьёзного мужчины.       Они неспешно шли к дому девушки, и Сакура была готова поспорить, что несмотря на направленный на нее взгляд, мысли Тодороки сейчас где-то далеко. Когда они уже совсем близко подошли к её квартирке, Старатель всё-таки произнёс:       — Очевидно, я чертовски плох во всех этих любовных штучках, но…       — Энджи, — перебила его девушка, не желая ухудшать и без того неловкую ситуацию. — Здесь нет никаких «но». Ты даже ничего толком не знаешь обо мне. Нельзя построить отношения на одном…       — Эй! — прервал её Тодороки. — Мне, конечно, нравилась наша близость, но дело не только в этом. Я достаточно знаю о тебе! Ты не любишь остро приправленную пищу, обожаешь настольные игры, можешь приготовить яд практически из ничего и действительно разбираешься в детской психологии. Ты умеешь концентрировать всю свою силу в один удар, возможно обладаешь двумя причудами, твою дочь звали Сарада и Харуно — это твоя девичья фамилия. Мне продолжать?       Сакура опешивши уставилась на мужчину напротив.       — Почему ты?..       — Потому что это взвешенное решение, — уверенно произнёс Тодороки, крепче сжимая её маленькие ладошки в своих руках. — Честно говоря, я не просто плох во всех этих любовных делах, а поистине почти безнадёжен. Мой первый брак превратился в настоящую катастрофу, но если вдруг… Если вдруг ты согласишься принять меня таким, я готов постараться и сделать все возможное, чтобы это сработало.       То, как он говорил это, как смотрел на неё, явно не особо уверенный в положительной реакции на своё предложение, но по-прежнему не отпускающий ее рук… В общем, Сакура задумалась. Она не хотела односторонних отношений, но теперь оказывается, что все не так однозначно. Энджи стремился быть с ней. Более того, сейчас он говорил о готовности стараться для того, чтобы это сработало.       — Мы можем попробовать, — тихо отозвалась девушка. — Но я не могу обещать тебе, что всё получится.       Тодороки, с самым серьезным выражением лица, кивнул и притянул девушку к себе. Куноичи лишь оставалось признать, что часть с объятьями определённо уже работала как надо.

***

      Честно говоря, Сакура не помнила, чтобы Саске когда-нибудь ухаживал за ней. Да и зачем бы ему это понадобилось, если девушка и так априори была его? Наруто по молодости криво и смешно пытался произвести на нее впечатление, несколько ребят после войны носили ей цветы и шоколад и на этом всё. Жене Саске Учиха шоколад и цветы уже не носили. Ни сам Саске, ни кто-либо другой. А под хенге Харуно не разрешала себе чего-нибудь большего, чем одноразовые встречи с определенной целью. Не сказать, что куноичи особо рефлексировала по этому поводу. Шиноби в принципе были так себе романтики.       Временами, Сакура была готова признать, что Тодороки тоже по большей части являлся шиноби. Теперь он исправно кормил ее полезной едой, старался проводить с куноичи хотя бы два вечера в неделю, всегда внимательно слушал и не орал по каждому поводу. Ну, хотя бы на Харуно. На самом деле, это уже была его большая победа над собой. Энджи действительно старался, и это радовало.       Сакуре нравилось чувствовать себя нужной, наслаждаться заботой о себе и прятаться в горячих объятьях. Возможно, это действительно сработает.