Кочевничья

Поведай, как на теле твоём появились татау, Как ветром скиталась ты у предгорий Алтая. Там, где песнь расцвела на ржавом варгане, Таргитай прял судьбу из пеньки конопляной. Ты пленилась на рынках песчаных барханов. На севере тлела, как горели ветви в чувале. Рабой на привязи тонкой ходила по странам, Где жизнь в пламя бросалась, потом увядала. Царской наложницей ты посещала хоромы, А в бане на руку наносила первый рисунок, Что однажды напомнит о потерянном доме; О хозяйке его, чей нрав был очень скромен. Степная волчица, что выла о девичьем горе, Обручённая с барсом заплеталась в узоре - На твоём теле был второй рисунок наколот Иглой, купила которую за оперенье соколье. О сыне пропавшем расскажет знойное лето, Что растворилось в шатровом голосе где-то: Колаксай, потом будучи у потомков воспетым, На спине ветвился оленем в третьем сюжете. Локоны, что вились, заплела в дикие дреды. Их украсили бусины механизмов разбитых. Душа, что билась в оковах вражьих наветов, Противилась правде, что её песенка спета? Какой за тобой вьётся тихий ворох историй: Где комедия с драмой играли разные роли, Где Апи за жертвы жить давала привольно, Где кочевник коня повёл дорогой окольной? Внимая тому, как жизнь родилась в металле, Начинённом системой, стеклом, проводами, Повесть исполнишь ли на музейном варгане, Как демиург в мире явил припой оловянный? 08.03.22