Часть 1

                           .       Предисловие              .        ***       .       - Лекс, хорош дрыхнуть, а то на Церемонию опоздаешь, - донёсся из-за двери голос человека которого я мог считать своим другом, хоть и с некоторой натяжкой.       .       Ренд… недалёкий, но добрый парень в дальнейшей судьбе которого сомневаться не приходилось. С его физическими данными, шансов избежать военной стези практически не реально. Нет, в принципе, он мог бы стать кузнецом или каким другим ремесленником, вот только недостаток мозгов и обострённое чувство справедливости вкупе с его физическими данными и зоркими глазами, это практически гарантированная служба в страже. Если повезёт, то даже во внутренней.       Конечно, рассчитывать ему на что-то большее чем начальник поста или караула не стоит, да и то, не в ближайшее время, а по выслуге лет. И дело не только в его откровенной туповатости, хотя и это играет немаловажную роль, сколько в его происхождении. Происхождение играет немаловажную роль. Если ты потомственный стражник, то и отношение к тебе соответствующее. А если ты выскочка из приютских, то многого ожидать не стоит.       Сиротам на многое рассчитывать не приходится. Хотя, говорить, что мы на самом дне – тоже глупо. Нет, если взять, к примеру, обычных жителей, то да, мы на дне. И это если брать обывателей, а не тех то сидит выше. А вот если взглянуть на ситуацию с другой стороны, и сравнивать нас с обитателями трущоб, то мы наоборот, живём очень даже неплохо. Вот только из-за такого вот странного положения мы чужаки как среди первых, так и среди вторых.       .       - Входи, не заперто, - тихо произнёс я, зная, что здоровяк меня услышит, продолжая собирать свои невеликие пожитки, что сумел нажить за годы, проведённые под сводами приюта.       .       Несмотря на то, что у меня была своя личная келья, что являлось поощрением для лучших воспитанников, я совсем не был уверен в итогах сегодняшнего дня. Да, я был одним из лучших воспитанников приюта, хоть и не самым лучшим, однако уверенности в результатах Церемонии у меня не было, поскольку я нигде так и не смог найти себя. Казалось бы, за десять с лишним лет осознанной жизни, можно добиться многого, но… всегда есть это пресловутое «но».       В отличии от всех прочих, что имели свои личные «апартаменты», я добился этого результата отнюдь не благодаря таланту, а исключительно лишь благодаря усердию и случайности. Случайности, что поставила мне мозги на место, открыла глаза и заставила пахать как проклятый просто для того, чтобы не отставать от большинства. Смех смехом, но печальный факт заключается в том, что я редкостный бездарь.       .       - Хэй, - поприветствовал меня бледнокожий детина, что в свои шестнадцать не уступал большинству взрослых мужиков активно занимающихся развитием тела, - Ты чего? Не выспался что ли?       - Вообще не спал, - хмуро ответил я, представляя насколько у меня помятая рожа, раз даже Ренд, смог что-то заметить.       - А чего так? – настолько простодушно спросил здоровяк, что даже разозлиться на него было невозможно.       - А сам как думаешь? – ем не менее огрызнулся я, - Это ты у нас, почти наверняка, в стражу попадёшь, а я… - раздражённо махнув рукой, я с силой затянул горловину мешка.       - Ты так думаешь? – здоровяк задумчиво почесал затылок.       - Не только я, а все. Наставники – в первую очередь. А наставники ошибаются редко.       - Хорошо бы, - мечтательно протянул детина.       .       Я усмехнулся. Ещё бы не хорошо! У воспитанников приюта, после Церемонии шансы остаться работать в безопасных зонах – минимальны. Тут должно сложиться множество факторов, или случиться натуральное чудо, в противном же случае они пополняют ряды авантюристов, что своими жизнями выигрывают человечеству ещё какое-то время… нет, не жизни, а существования. Поскольку назвать жизнью то, как живёт большинство людей – нельзя.       .       - Идём, - протиснувшись мимо здоровяка, я махнул ему рукой и двинулся в последний раз по давным-давно знакомому маршруту, ведь больше я сюда уже не вернусь.       .       Стены из серого, неровно обработанного камня были сложены на редкость качественно. За всю свою жизнь мне так и не довелось увидеть, чтобы хоть один из камней-кирпичей, не то что выпал, а просто, начал выкрашиваться или слегка шататься. Многочисленные двери справа и слева, были распахнуты настежь, позволяя заглянуть внутрь точно таких же келий, в которой я провёл половину осознанной жизни. Да и двери…       Двери – одно название. Составленные из тонких, кривых плохо оструганных досок они не могли защитить обитателя комнаты, если вдруг что, зато дарили главное – личное пространство. Внутреннее убранство тоже не поражало роскошью, зато продумано было сравнительно неплохо. Обычная кровать занимала бы слишком много места, так что вместо неё была откидная, крепящаяся к стене на двух тонких, но прочных цепях. Под ней располагался личный сундук и туда же задвигался табурет, но оный не всегда и не у всех присутствовал в комнате. Вместо стола, если возникала подобная надобность, предполагалось использовать кровать. Ну а шкаф… на этаже шкаф был лишь у меня, да одного умника, чьё будущее хоть и туманно, но не столь сильно как моё.       Дойдя до конца коридора, к спуску вниз, я в последний раз оглянулся и встретился с недоумённым взглядом Стоуна, что продолжал всё это время молча идти за мной. Отрицательно мотнув головой, отвечая на молчаливый вопрос, я перевёл взгляд на светильники и медленно выдохнул. Сколько живу, а всё не могу привыкнуть к таким вот источникам света, а ведь говорят, что человек та ещё скотина – ко всему привыкает. А я так и не смог до конца привыкнуть к тому, что главным источником света являются световые кристаллы.       Нет, так-то оно понятно, почему именно они, однако это не отменяет того, что сие до сих пор дл одури непривычно. Зато крайне удобно хотя бы тем, что они, по сути, вечные – способны светить неограниченно долго, если, конечно же, не измываться над ними, пытаясь выжать больше чем они могут дать. Нет, какое-то время они будут светить ярче, но…даже незначительно усиление ярости свечения сверх нормы для конкретного кристалла, приводит к тому, что стабильная интенсивность свечения становится неуловимо слабее. Причём падение стабильной интенсивности свечения зависит от длительности и силы форсированного свечения, и зависимость ни разу не линейная. К тому же, играют роль ещё и такие факторы, как размер и форма камня, изначальная яркость и цвет свечения. И это лишь то, что я знаю доподлинно.       .       Погружённый в свои мысли я не заметил, как продолжил путь и покинув стены приюта оказался за его пределами – на улице освещённой множеством световых камней, часть из которых работала явно в форсированном режиме. Хотя, стоит ли удивляться? В конце концов, Церемония проходит один раз в год и означает не много не мало то, что у города появятся новые защитники и добытчики, та что потратить несколько сотен или даже тысяч низкосортных световых камней для того чтобы на улицах стало чуточку светлей, это сущая мелочь.       Неспешно двигаясь в сторону Святилища и чувствуя, как следом за мной топает тот ого я могу назвать другом я заметил одну крайне примечательную фигуру. Широкополая надёжно скрывала лицо незнакомца, хотя рассмотреть под ней полумаску и очки-гоглы было несложно, но и только. Долгополый плащ скрадывал очертания фигуры от чего понять, кто перед тобой, мужчина или женщина было невыполнимой задачей. На широком поясе незнакомца висело множество коробков, цилиндров и подсумков от чего при каждом шаге раздавалось тихое бряканье, которое дополняли звуки металлического посоха, что в так шагам стучал по каменному полу.       Проводив взглядом Фонарщика, я ухнулся. Не самая высокооплачиваемая и престижная профессия, однако, тем не менее уважаемая и, ко всему прочему, одна из самых безопасных. Нет, я серьёзно. Даже в трущобах… Нет, не так! Особенно в трущобах где царит мрак и беззаконие, к Фонарщикам относятся с уважением и почтением, поскольку те приносят свет. Пусть немного, путь не регулярно, но приносят. Так что идиота, который решит что-то сделать Фонарщику, поднимут на ножи свои же, ведь обиженные дарители света могут после, даже, незначительного происшествия, не появляться в том квартале где оно и произошло, днями, неделями, месяцами, а то и годами.       .       Тяжело вздохнув я двинулся дальше, размышляя о том, что мне, при всех моих «талантах» подобная работа не светит. Мало того, что явных талантов у меня так и не было выявлено, так ведь и Фонарщики, сами по себе, это одна из самых закрытых гильдий. Проклятье! Даже к инженерам и механикам попасть проще. Тем достаточно и того, что у тебя башка на плечах, какой-никакой, но талант работы с механизмами, а также то, что на Церемонии ты получил подходящий «дар». А вот Фонарщики… Что не припомню чтобы хоть кто-то из сирот смог попасть в эту гильдию. Точнее, на уровне слухов – да, такое было, но вот подтверждённых фактов – ни одного.       С другой стороны, даже с учётом моих мозгов, совершенно не детского характера, а также взглядов на жизнь, общество и вообще всё, я так и не сумел разобраться в общедоступной информации, которой, надо сказать, было не так-то уж и много. А ведь я понимал намного больше сверстников. Да что там сверстников! В некоторых областях знаний я понимал даже больше чем наши учителя, а некоторые концепции мне были знакомы и понятны настолько, что…       .       - Эх…       .       Тяжёлый вздох вырвался сам собой. Несмотря на то, что я понимал много, но таланта во мне не были ни на гран. Нигде, ни в одной области я не был хоть в чём-то, хоть малость талантлив, хотя наставники и говорили обратное. Да ещё и ворчали на то, что, видите-ли ленюсь и не развиваю врождённые таланты. Ага! Таланты коих я лишен!       Нда… Если бы они знали, как всё обстоит на самом деле, то… Что бы меня ждало? Проверять это мне не хотелось. Мало того, что и так жизнь была ни разу не сахар, так ещё и попасть в область интересов какого-нибудь учёного, в качестве интересного образца… Меня аж передёрнуло от подобных перспектив, а по спине пробежал холодок. С учётом местных порядков, это… писец. Полнейший!       Конечно, Церемония тоже может выявить мои тайны, но… чисто теоретически. Сколько раз я присутствовал на подобных мероприятиях в качестве зрителя? Раз пять – точно. А сколько раз я видел, как кто-то получает «дар», от которого многие откровенно охреневали, поскольку явно не ожидали чего-то подобного? Хм… шесть раз – точно. А вот седьмой раз… нет, там, конечно, тоже неслабо так охренели, но то не было какой-то уж совсем неожиданной неожиданностью, но, всё же… двойной «дар» элитного грейда, это вообще-то ни разу не слабо.       .       Чем ближе мы подходили к Храму, тем больше людей становилось на улице, что и не удивительно. Как ни крути, а Церемония Выбора является, пожалуй, главным праздником, коих, надо сказать, в этом мире ой как не много. К тому же, учитывая факт того, что приют стоит на отшибе, гранича с трущобами, то нет ничего удивительного, что тут так много народу. А главное – света.       Сравнивая то, как были освещены улицы рядом с приютом и то, как освещены они здесь, сразу понимаешь разницу в социальном уровне. А уж если взглянуть на те дома, что выходят на площадь, где располагается Храм, то становится совсем грустно от осознания своего места в «пищевой цепочки». Когда «день» за «днём» привыкаешь видеть серые, коричневые, рыжие и так далее, стены, сложенные из плохо обработанного камня скреплённые дендрофекальным способом, то увидев стен сложенные из ровных, идеально подогнанных друг к другу, да ещё и отполированных, каменных блоков, то начинаешь понимать ту бездну что разделяет приютских и обычных горожан.       Однако, стоит лишь взглянуть на Храм как становится больно. Как морально, та и чисто физически. Всё же, когда смотришь на здание, сложенное из полированных каменных глыб, слитых в единый монолит, украшенное причудливыми барельефами и тонкими узорами, которое буквально излучает свет поскольку для его постройки использовался камень ярких цветов и светлых оттенков, то начинаешь понимать, как живут богачи и люто им завидовать. А физически больно от того, что очень много света, от чего, глаза, не привыкшие к подобной яркости, начинают побаливать. Страшно представить каково выходцам из трущоб.       .       Осмотревшись по сторонам, нашел наших и двинулся в их сторону. Ренд зря беспокоился, что мы можем опоздать, поскольку наша очередь на посвящение/инициацию/благословение, каждый называет на свой лад, будет ещё не скоро. Сперва Церемонию пройдут горожане, потом мы, приютские, а замыкают – выходцы из трущоб. В общем, наша очередь настанет никак не раньше «полудня», так что придётся подождать. А ждать лучше в толпе таких же, как и ты, а то могу случиться… инциденты.       .        ***       .       Послесловие.              .        ***       .       Примечание.